sevastianov .ru
Севастьянов Александр Никитич
Сегодня понедельник
27 марта 2017 года


  Главная страница arrow Биография
Биография

Вступление

Версия для печати Отправить на e-mail

ИСТОРИЯ РОДА СЕВАСТЬЯНОВЫХ

В русской национальной традиции род ведется по мужской линии. Соответственно, в первую очередь я обязан проследить родословие моего отца Севастьянова Никиты Борисовича. Прежде всего – по прямой линии, хотя если есть возможность раскрыть какие-то значимые для истории рода обстоятельства жизни других членов семьи, это тоже важно сделать, ведь все это – биография рода в целом, драгоценная копилка наших знаний о нас самих.

Разумеется, со многих точек зрения (не в последнюю очередь с биологической, но также и с воспитательной) роль матерей в формировании личностей потомков также очень велика. Они вносят порой столь значительную лепту в этот процесс, что их значение и влияние бывают поболее отцовских, тем более, что женщины обычно и живут дольше. А это значит, что упускать историю и характеристики женщин в исследовании рода нельзя. Но и следовать национальной традиции необходимо. Итак, вначале пусть будет «История рода Севастьяновых», а со временем к ней добавится приложение «Женщины рода Севастьяновых», где я расскажу о маме, бабушках и прабабушках (глубже заглянуть не получится). Так будет правильно.

Род Севастьяновых – крестьянско-дворянский, поскольку мой прадед Александр Тимофеевич Севастьянов, родившись в исконно крестьянской семье сельского учителя, выслужил затем на военно-морской службе вначале личное, а там и потомственное дворянство. Уже сыновья его были дворянами с рождения, а там и все потомки по прямой линии, а также потомки его дочерей, вышедших замуж за дворян (их потомство носит уже другие фамилии).

О некоем легендарном Севастьяне, от которого, по идее, произошел некогда весь наш род, мне ничего неизвестно. Ни когда, ни где он жил. Но исходя из того, что Севастьяновы считали себя поморами, надо полагать, что отдаленные наши предки были новгородцами или варягами (варинами, по А. Г. Кузьмину). Новгородцы начали обживать земли будущего Русского Севера с IX века, как о том говорит «Поморская энциклопедия»1. Именно этих выходцев из Новгорода, потеснивших карелов, коми и другие народности вплоть до Урала, и называют сегодня поморами.

Продолжение...
 

Борис Александрович Севастьянов

Версия для печати Отправить на e-mail

СЕВАСТЬЯНОВ БОРИС АЛЕКСАНДРОВИЧ (26.02.1898 – 15.04.31)

Речь пойдёт о моём родном и любимом деде Борисе.

Так получилось, что в нашей семье, в результате ареста деда 5 февраля 1931 года, обыска в его вещах и изъятия ценностей и документов, сохранилось крайне мало из вещей, к которым прикасались его руки, и почти ничего из документов. По этим немногим вещам можно судить: у деда был хороший вкус. Ваза «Три богатыря» в стиле русского модерна, японская шкатулка для благовоний в виде семьи обезьян, искусно вырезанной из слонового бивня, серебряный с финифтью портсигар (все это он дарил своей жене Таисии) и серебряный подстаканник с его инициалами, чучело медвежьей головы в прихожей, да фарфоровый пласт с глухарем на току, изготовленный и подаренный братом Владимиром с надписью «Стрельцу Бобке от братишки», несколько акварелей брата Игоря – вот и все, чем мы располагаем. Да два небольших альбома с фотографиями, несколько еще разрозненных фото, бог весть как сохранившихся. Юношеская поэма о самоедах, еще какие-то стихи. В общем, крохи.

Проблема еще в том, что и мой отец, и вдова Бориса моя бабка Тая отправились в 1942 г. на фронт из далекого сибирского села Туруханска. Бабка погибла на фронте; отец, судя по подписям к некоторым его рисункам, летом 1946 года побывал под Красноярском, посещал Туруханск (иначе зачем бы туда ездил?), но с чем вернулся? Фотоальбомы сберегла и вернула отцу Полина Осиповна, ведшая у Таисии хозяйство. Возможно, в Сибири сгинули еще какие-то материальные следы пребывания Севастьяновых на земле, бумаги, письма. Отец был идеалистом и бессеребреником, он еще в ходе войны порывался продать через Полину Осиповну все имущество, чтобы помочь двоюродной сестре. Чудом сохранившиеся у родных фотографии и какие-то вещи, документы и устные предания – все это приходило в мой дом по крупицам из разных источников, я собираю свою «борисиану» (точнее: «севастьяниану») всю жизнь.

Лет до двенадцати я вообще ничего не знал о деде… Что говорить, если письмо моего отца Генеральному прокурору СССР от 1 октября 1964 года начиналось словами: «В нынешнем году я случайно узнал, что мой отец, Севастьянов Борис Александрович, которого я считал умершим в 1931 г., был арестован…». А ведь с момента ареста прошло 33 года, целая жизнь! Возведение (точнее: реставрацию) нашей родословной мне приходилось начинать почти что с чистого листа.

Продолжение...
 

Георгий Александрович Севастьянов

Версия для печати Отправить на e-mail

ГЕОРГИЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ СЕВАСТЬЯНОВ (12.09.1893 14.11.1917)

Георгий – старший сын Александра Тимофеевича, старший брат моего родного деда Бориса – родился, когда в семье уже было две дочери. Можно себе представить, каким подарком, праздником для семьи, давно ждавшей мальчика, было его рождение! Оно открыло целую вереницу потомков мужского пола: Георгий, Борис, Владимир, Игорь. Но первенец – всегда первенец!..

Георгий не является моим прямым предком, он вообще не успел оставить сына на земле. Но для истории нашего рода его биография чрезвычайно важна, она – украшение нашей семьи и помогает многое понять в судьбе и деда, и прадеда. Кроме того, именно работа над историей его судьбы нередко вдохновляла меня на все новые жадные поиски архивных материалов и иных свидетельств в работе над этой книгой. Я считаю крайне важным, чтобы все Севастьяновы помнили о нем, чувствовали свою с ним вечную связь, как чувствую ее я.

Источники, по которым можно прояснить биографию моего двоюродного деда, троякого рода: во-первых, официальные документы, опубликованные и архивные; во-вторых, воспоминания, устные и печатные; в-третьих, небольшой альбом фотографий, принадлежавший его жене и совершенно неожиданно приобретенный мною в начале июля 2014 года.

В биографии Георгия есть эпизоды вполне ясные, а есть неясные. Начну с первых, потом перейду ко вторым.

«Очень хороший мальчик…»

Итак:

Продолжение...
 

Александр Тимофеевич Севастьянов

Версия для печати Отправить на e-mail

СЕВАСТЬЯНОВ АЛЕКСАНДР ТИМОФЕЕВИЧ (13.10.1864 – 29.01.1937)

Дворянский род Севастьяновых идет от его основателя Александра Тимофеевича Севастьянова.

Основным источником по всем представителям нашего рода являются, помимо архивных документов и фотографий, лишь воспоминания моего отца, поскольку больше никого из Севастьяновых мне знать не приходилось. Однако они неточны, отрывочны: ведь он был еще семилетним мальчишкой, когда не стало его отца, моего деда; подростком 13 лет – когда умерли его дед с бабкой. Поэтому канву повествования составляют официальные сведения, добытые путем переписки с разными архивами.

Что говорят документы

Архангельский архив прислал мне копию «Свидетельства», выписанного членом Консистории игуменом Амосом за № 509 от 27.01.1876 г., где говорится:

«Месяца октября тринадцатого числа у крестьянина Тимофея Афанасьева Севастьянова и жены его Александры Васильевой, обоих православных, родился сын Александр, крещен тогож месяца и числа местным священником Иоанном Новиковым с диаконом Евгением Овчинниковым, восприемником был мировой посредник, надворный советник Александр Иванов Григорович».

Зачем понадобилась эта справка? Александру было уже 12 лет, видимо, надо было поступать в архангельскую гимназию, которую он окончил в 1881 году. Кто был Григорович (надворный советник – чин немалый, подполковничий) и почему стал крестным? Пока неизвестно.

Продолжение...
 

Творческая биография

Версия для печати Отправить на e-mail

Творчество всегда было для меня в числе важнейших приоритетов. Поэзия, журналистика, критика, публицистика, проза (в том числе документальная, научно-популярная и научная) – я пробовал свои силы во многих жанрах.
С восьми лет пишу стихи. В четырнадцать уже состоял членом двух литобъединений – Калининградского областного и университетского. Стихи, если освоены профессионально, – отличная школа мышления. Найти в богатейшем русском лексиконе нужное, точное, единственное слово, соблюсти внутренний ритм, пропорцию мысли и чувства, отжать и выкинуть все лишнее, мешающее – это умение, отличающее мастера стихосложения, важно для всех, кто работает со словом: писателя, ученого, оратора. Публиковался в СМИ, в сборниках. В 1992–1995 гг. состоял в поэтическом объединении наиболее одаренных поэтов современности – Ордене куртуазных маньеристов (1988-2004); однако, избрав судьбу политика, вполне официально вышел из Ордена.
В семнадцать лет первая журналистская командировка от газеты «Калининградский комсомолец» в рыболовецкий совхоз на путину (очерк не был опубликован ввиду недостатка в нем «поэзии труда»). Тогда же первая опубликованная рецензия на кинофильм. В дальнейшем печатался в журналах «В мире книг», «Полиграфия», «Декоративное искусство», «Наука и жизнь», «Вопросы литературы», «Вестник МГУ», «Радуга», «Наш Современник», «Национальная демократия», «Политический класс» и др., газетах «Литературная газета», «Независимая газета», «Правда», «Советская Россия», «День», «Завтра», «Стрингер», «Дуэль», «День литературы» и мн.др. Был координатором проекта «Русский вопрос» в «Литературной газете». Член редсовета журнала «Вопросы национализма». Всего свыше шестисот публикаций в журналах и газетах.

Продолжение...
 

Политическая биография

Версия для печати Отправить на e-mail

В молодости я сформулировал область своих интересов так: любовь, творчество и политическая борьба. На том стою и сейчас. Все это на  самом деле очень тесно связанные между собой вещи. Уникальность моего положения в том, что в политику я пришел из науки, пройдя школу историка, социолога и культуролога.
Жадный интерес к политике проснулся у меня с началом изучения истории в школе. Мы жили в насквозь политизированном, идеологизированном мире, где человека брали в обработку октябренком и далее вели по жизни с помощью пионерии, комсомола, профсоюза, партии, а если что – так и КГБ. Я обладал критическим умом, остро чувствовал ложь официальной пропаганды, тяготился тотальным контролем, особенно со стороны общественных организаций. Мне хотелось переделать этот ложный мир. Но уже классе в восьмом я понял, что профессиональному политику можно состояться в СССР только через партийную карьеру, да и профессиональному историку, вообще гуманитарию как «работнику идеологического фронта» – тоже. Вступление в брежневскую КПСС я считал неприемлемым для порядочного и умного человека, а инстинкта карьериста я лишен, видимо, от рождения. Поэтому свой интерес к политике я решил удовлетворить за счет углубленного занятия историей, чтобы через ретроспективу найти ответы на остросовременные вопросы. Найти ключи к политическому переустройству несовершенного советского общества.

Продолжение...
 

Личная биография

Версия для печати Отправить на e-mail

Родился я 11 апреля 1954 года в Москве, на площади Белорусского вокзала, в доме, где жили известные летчики и самолетостроители. Приемный отец моей мамы, С. А. Кочеригин, в квартире которого мы с родителями тогда оказались, был одним из первых русских летчиков-испытателей, а впоследствии известным авиаконструктором, близким сотрудником Ильюшина. Отец мой, Никита Борисович Севастьянов, демобилизовавшийся осенью 1945 года (его последний фронт – взятие Будапешта) полным сиротой. Его отец, белогвардейский офицер, вернувшийся в 1922 г. из Константинополя в Россию, был расстрелян по ложному доносу в 1931 г. (реабилитирован уже на моей памяти), а мать, капитан медицинской службы, погибла на фронте в 1943 г. Все имущество отца составляла прожженная у фронтового костерка шинель; первые годы совместной жизни они с мамой снимали углы по всей Москве. Круглый отличник (Сталинский стипендиат), отец сразу поступил в аспирантуру Мосрыбвтуза и незадолго до моего рождения стал кандидатом наук. Моя мама, Анна Александровна, урожденная Куликова, педагог божьей милостью, преподавала английский язык в МГИМО. Но своего жилья не было, поэтому, когда в 1959 году отцу предложили переехать с институтом в Калининград и возглавить там кафедру, он согласился. В апреле 1945 года он брал штурмом Кенигсберг и охотно поехал в этот, с его участием отвоеванный, край – Восточную Пруссию. Там он, ученый с мировым именем, и работал до конца жизни; сегодня в Калининграде есть улица Профессора Севастьянова.

Продолжение...
 


Свежие новости
© - Все права принадлежат их обладателям. 2006 - 2016
При полной или частичной перепечатке материалов сайта гиперссылка на sevastianov.ru обязательна.




Яндекс цитирования