sevastianov .ru
Севастьянов Александр Никитич
Сегодня среда
26 апреля 2017 года


  Главная страница arrow Статьи arrow Национальное противостояние arrow А.Н. Севастьянов на "Народном радио"

А. Н. Севастьянов на «Народном радио»

Версия для печати Отправить на e-mail

Программа «Национальный вопрос» от 09.11.2005

Тема передачи: Этнические волнения в Европе

Гости студии: политолог Александр Никитич Севастьянов

Ведущий: Игорь Шишкин

Игорь Шишкин: Александр Никитич, центральная тема последних недель это, конечно же, события в Западной Европе – во Франции, в Бельгии, в Германии. Сейчас мы не будем говорить, как они закончатся. Всякое может быть – может быть, задавят, может быть, само уляжется, важнее другое. Не кажется ли вам, что эти события имеют значение какой-то вехи в развитии западной цивилизации? Можно сказать, что западная цивилизация пересекла определенный рубеж, за которым либо она останется, либо погибнет? Казалось бы, небольшие события в предместьях Парижа, а возникает вопрос именно о судьбе западной цивилизации в целом.

Александр Севастьянов: И не только западной. К сожалению, это и России касается напрямую. Вы совершенно правы, мы являемся свидетелями не местных, не региональных стычек и погромов, которые были, есть и будут, а перед нами грандиозное событие: крах жизненной концепции Запада. Перед нами крах концепции нации как гражданского сообщества. Нам твердили и твердят вот уже больше полувека, что нация – это гражданская собственность. Все граждане с этой точки зрения, арабы, негры, которые живут во Франции, имеют французское гражданство, – тоже французы. И нам в России пытаются объяснять и доказать, что мы все – россияне, что мы единая нация, что мы единый народ. Хотя, конечно, каждый из нас, русских, понимает, что если негр проживет 300 лет во Франции, он все равно негром останется, он не станет от этого французом. Мы это понимаем, а французы, например, до последнего времени этого не понимали. Теперь вынуждены будут понять.

Нельзя из понятия нации исключать этническую компоненту. Не может национальная идея быть безнациональной, наднациональной, не бывает такого. И я в какой-то степени очень сочувствую французам и скорблю о том, что там происходит. Мне жалко национальные ценности и людей. С другой стороны, европейцы, наконец, вынуждены будут открыть глаза и назвать вещи своими именами. Это действительно касается не только Франции. Мы только что были свидетелями: в Бирмингеме, в Англии, там идут грандиозные столкновения с кровопролитием, с драками, с убийством, с погромами, с уничтожением материальных ценностей и так далее. Сейчас это все уже кинулось в Германию и в Бельгию.

Кстати говоря (чтобы правильно понимали), в Бельгии уже учреждена своя отдельная мусульманская полиция, которая действует параллельно с муниципальной, с государственной полицией и специально следит за тем, чтобы не нарушались права мусульманской уммы. Вы понимаете, что происходит? Ведь это же все мы предсказывали! Тысячу раз мы говорили о том, что вся эта концепция нации как гражданского сообщества – «францианская», «россиянская» или «англиянская», какая угодно – но она обязательно лопнет, с вонью, с дымом, с грязью, с кровью!

В прошлом году в апреле я ехал в вагоне лондонского метро и читал английскую местную газету, где был опубликован призыв лидеров мусульманской уммы: «Превратим наших детей в живые бомбы и направим их на Даунинг-стрит, на Вестминстер, бросим их на Букингемский дворец». Мне стало зябко от этих слов. Я оглянулся вокруг и увидел, что вагончик, в котором я еду, на три четверти наполнен цветными. И я подумал, что могут, могут! Прошел год с небольшим, и страшные взрывы унесли десятки жизней в лондонском метро.

Пять лет назад, например, в районе бульвара Клиши в Париже было 50 на 50 цветных и белых. Сегодня соотношение цветных и белых примерно уже 80 к 20. Если пять лет назад я видел, как цветная гувернантка ведет в школу белых детишек, то сейчас я уже вижу, как белая гувернантка ведет в школу цветных детишек. Последний случай в октябре этого года: навстречу мне две училки ведут класс из двенадцати человек. Милые детишки, но из них только четверо белых, остальные восемь – цветные. Мы писали, мы кричали, мы говорили, что все кончится страшными этническими столкновениями, этнической гражданской войной. Вот она теперь уже и есть.

Игорь Шишкин: Но до сих пор кто-то может сказать, ну какая разница, что они черные или белые? Какая разница, арабы они по рождению или французы? Нам очень долго вбивали эту концепцию, что самое главное – это гражданская принадлежность. Вы сказали о том, что терпит крах концепция гражданского общества, гражданской нации. И терпит она крах именно потому, что не учтена природная составляющая. Что это не ярлык какой-то – «араб» или «француз», что это – глубинные корни, это разница в психологии, это разница в мировосприятии, мироощущении. Как есть жидкости, которые несоединимы, точно так же и есть этносы, которые несоединимы. Показывают по телевизору какого-то французского интеллектуала. И он изумляется тому, что произошло, говорит, что приезжали к ним итальянцы, немцы, испанцы и очень хорошо интегрировались во французскую жизнь.

Александр Севастьянов: А сколько русских иммигрантов интегрировалось?!

Игорь Шишкин: Да, русские интегрировались. А вот арабы приехали, и почему-то не интегрируются. Я на этого интеллектуала смотрю и думаю: он что, дикарь? Неужели он не читал элементарных вещей по этнологии и этнопсихологии, и не знает, что есть совместимые этносы, а есть несовместимые?

Александр Севастьянов: То, что Гумилев называл «комплиментарные» и «некомплиментарные». Сколько чеченского волка не корми, он все время будет смотреть в лес. Он все время будет считать русских своим врагом. Они с нами воевали, воюют и будут воевать. Это понятно. И то же самое происходит сейчас во Франции. Можно сравнить это с попытками так же просто открыть и прочитать арабский текст. Не получится! Человек, который не знает арабского языка, его не прочтет. В Европе человек, который знает хоть один европейский язык, сможет сориентироваться: знание итальянского поможет вам понять французский, испанский и португальский текст, знание немецкого поможет сориентироваться в английском, потом и в скандинавских языках. Но здесь-то совсем другой мир. Арабы даже пишут не слева направо, как мы пишем, а справа налево. Все обратно: завернутый, перевернутый мир.

Игорь Шишкин: Разные суперэтносы – это разные цивилизации.

Александр Севастьянов: Это совершенно разные цивилизации. У нас мозги по-разному устроены. Все говорят: все мы люди, все из одних атомов сделаны. Атомы, может быть, у нас одни, но даже узор на пальцах, даже глазное дно у нас разное. Спросите об этом у антропологов, они вам расскажут, объяснят. А все это выражается в языке. А язык – это калька мышления. Как мы мыслим, так мы и говорим. Мы не можем мыслить по-французски, а говорить по-арабски. Так не бывает. И точно так же: французскую культуру – ее может понять араб, если он будет в этом направлении сильно над собой работать. Но создать ее он не может! Создать французскую культуру может только француз.

Игорь Шишкин: Вненациональной культуры нет.

Александр Севастьянов: А попытки создать вненациональную культуру просто не интересны. Они списываются обществом очень быстро, потому что они бессодержательны. Содержание культуры всегда национально, поэтому нельзя пытаться привить арабский дичок на французскую сливу. А когда это делают, и ничего не получается – поздно разводить руками и изумляться. Не получилось и не получится, потому что надо считаться с законами природы.



 
< Пред.   След. >


Свежие новости
© - Все права принадлежат их обладателям. 2006 - 2016
При полной или частичной перепечатке материалов сайта гиперссылка на sevastianov.ru обязательна.




Яндекс цитирования