sevastianov .ru
Севастьянов Александр Никитич
Сегодня пятница
28 апреля 2017 года


  Главная страница arrow События arrow Не тот Маркелов

Не тот Маркелов

Версия для печати Отправить на e-mail

Пусть не удивляется читатель, но я, внимательно изучая дело Тихонова/Хасис, обнаружил в нем двух совершенно других, новых для меня Маркеловых. Совсем не тех, о которых нам пропели уши либеральные журналисты.
Новых как в физическом, так и в метафизическом смысле слова. Расскажу о них по порядку.

Кстати, о пользе чтения

Велико было мое изумление, когда, листая документы по делу об убийстве Рюхина, я обнаружил, что на заключительном этапе следствие по нему вел, дело в отношении Никиты Тихонова благополучно закрывал и следователя Игоря Краснова о сем уведомлял – следователь следственого отдела по ЮАО Следственного управления Следственного комитета при прокуратуре РФ по г. Москве, юрист 3 класса Маркелов С. Ю. Вот так, буквально и точно: Маркелов С. Ю. Вначале даже глазам не поверил. В голове непроизвольно мелькнуло: покажу я вам Маркелова, не убитого, а целого!

Последний документ в деле Тихонова-Хасис, на котором стоит его подпись, датирован: 21 июля 2010 года. Это Постановление о прекращении уголовного дела в отношении Н. А. Тихонова «за отсутствием в его действиях состава преступлений» (т. 26, л.д. 43).

Это обстоятельство снова заставило меня вернуться к домыслам следствия и гособвинения о мотивах убийства, якобы имевшихся у Никиты Тихонова по отношению к адвокату Маркелову С. Ю. Не зря ли суд столько времени перетирал бесчисленные подробности по делу Рюхина? Не произошла ли элементарная путаница, подмена имен? Этот вопрос ни следствием, ни судом не выяснялся.

Кого представлял адвокат С. Ю. Маркелов в судебных заседаниях? Потерпевшую Рюхину Т. П., мать убитого? Никак нет! Во всех судебных протоколах (т. 25, л.д. 197, 200, 242, 258 и др.) адвокат Маркелов фигурирует как представитель потерпевшего Е. Н. Томского, хотя потерпевшая Рюхина присутствует здесь же, в тех же заседаниях.

При чем же тут дело Рюхина? Не при чем вообще. Адвокат Маркелов С. Ю. в нем участвовал лишь со стороны избитого Томского Е. Н., а вовсе не убитого Рюхина А. М., и никакой возможности инициировать розыск Никиты не имел, это была прерогатива следствия, и оно, в лице следователя Пашкевича В. В. ею воспользовалось. Маркелов в судебных заседаниях этот вопрос не поднимал и вообще ничего плохого Тихонову не сделал. Попытка связать эти два имени посредством причастности обоих к делу Рюхина – туфта чистой воды. Обычная следовательская липа. Я об этом уже писал подробно: http://www.politsovet.org/uri_2/1490.html.

Если Тихонов и мог иметь претензии, то не к адвокату Маркелову С. Ю., который ничего плохого ему не сделал, а к следователю Маркелову С. Ю., который, слава богу, жив и здоров по сей день. Но и от того Маркелова, закрывшего его дело за отсутствием состава преступлений, он тоже ничего плохого не видел. Мстить вообще какому-либо человеку по имени Маркелов, тем более – убивать его, у Тихонова никаких оснований не было. Как говорится, Федот, да не тот.

Но что и про какого именно Маркелова С. Ю. знал Никита Тихонов?

Это выяснялось на его допросе в суде 23 марта 2011 г.

Вопрос адвоката Р. С. Карпинского, представляющего интересы вдовы погибшего: «Как вы узнали о роли Маркелова в деле Рюхина?»

Ответ Тихонова: «Вероятно, со слов Андрея Бормота, проходившего по делу».

К.: «О каких действиях Маркелова по привлечению вас к этому делу вы узнали от Бормота?»

Т: «Ни о каких. До задержания».

Коротко и ясно. И вполне естественно. Причин ненавидеть Маркелова, мстить ему не было. Они вдруг «появились» уже в допросной комнате Следственного комитета. Тихонов однозначно показал тогда же, что лишь после ареста узнал, «что Маркелов настаивал на привлечении меня в видеобвиняемого».

Присяжные спросили Тихонова, от кого тот узнал, что его разыскивают по делу Рюхина. Ответ: «От Андрея Бормота». Вопрос: «А как он вам сказал?» Ответ: «По телефону. Он сказал, что оговорил меня и что „менты могут выбить из тебя любые показания“».

Судья Замашнюк, с неуместными в современных российских условиях иронией и скепсисом вопросил: «И его слов оказалось достаточно, чтобы вы ушли на нелегальное положение?»

Тихонов: «Да, это был мой ближайший друг, и он оказался вынужден оговорить меня. Этого мне было достаточно. Кроме этого, милиция вызывала».

Как мы теперь уже знаем, сведения в отношении якобы участия Маркелова в преследовании Тихонова – неправда. Кто мог нашептать ее Никите в ухо «после ареста»?!

Вопрос, как говорится, риторический. Потому что ответ на него очевиден.

У каждого свои иконы

Сегодня из фигуры погибшего адвоката многие пытаются создать своего рода икону для либеральной и антифашистской части общества.

Жил-де высокопрофессиональный и талантливый молодой адвокат, рыцарь идеи, который был лучшим другом всех, кого обижают русские фашисты, и самым страшным врагом для упомянутых извергов рода человеческого.

Особо многочисленных примеров тому не приводится, но два из них – у всех на слуху: это дело об убийстве юноши-антифашиста Рюхина и дело о помиловании полковника Буданова, каковому помилованию Маркелов всемерно противился, представляя интересы семьи Кунгаевых.

Я хотел бы немного поколебать незыблемость этих представлений. Не из вредности характера и не из личной антипатии к покойному (наши пути никогда не пересекались), и даже не по мотиву антилиберального иконоборчества, а исключительно из любви к истине и справедливости. Коснусь только двух упомянутых дел, не заглядывая вглубь.
Итак, «Дело Рюхина».

Молва прочно связывает имя Маркелова (в связи с обвинением в его убийстве Тихонова) именно с этим делом. На том основании, что первоначально Маркелов должен был защищать интересы потерпевшей – матери погибшего юноши, Т. П. Рюхиной.

Однако, как я выяснил, изучая дело Рюхина, Маркелов проявил себя в нем совсем не так, как представляют это нам новейшие либеральные иконописцы. Я уже писал об этом (там же), поэтому просто процитирую свой текст:

«Маркелов вел дело спустя рукава, что послужило причиной того, что потерпевшая Рюхина Т. П., мать убитого, от услуг такого замечательного адвоката решительно отказалась еще 26.12.06. Явившись с ордером на представление интересов Томского и Рюхиной, второго удовольствия (и заработка) Маркелов оказался, однако, лишен (т. 25, л.д. 174-175). В суде Маркелов представлял уже только потерпевшего Томского, избитого, но живого, а потерпевшая Рюхина предпочла защищать свои интересы самостоятельно».

Ну, что ж, бывает. Маркелов человек занятой, много дел и все резонансные, везде надо успеть, не забывая при этом про пиар, общение с прессой, для чего потребны частые пресс-конференции, и т. д.

Хотя, вообще-то, если уж взялся за резонансное дело, то должен понимать, что именно тут-то и необходимо лезть из кожи вон, стараясь зарекомендовать себя суперпрофессионалом. Иначе какой же смысл и браться-то? Разве только для антирекламы…

Итак, «Дело Кунгаевых-Буданова».

Тут и вовсе все получилось довольно скандально. Маркелов вошел в это дело если не случайно, то во всяком случае не с начала и при не вполне ясных обстоятельствах.

Первоначально и до самой своей смерти интересы Кунгаевых защищал их родственник и опытный адвокат Абдулла Хамзаев. Но во время его болезни кто-то попросил Маркелова подключиться к делу. Что произошло дальше? Поцитирую немного разные источники.

27 ноября 2002 года «Независимая газета» сообщила:

«В составе участников судебного процесса по делу полковника Юрия Буданова, обвиняемого в убийстве чеченской девушки Эльзы Кунгаевой, произошла перемена. Полномочия защитника семьи Кунгаевых снял с себя московский адвокат Станислав Маркелов.

Об этом он заявил вчера, заметив, что „не видит практической пользы от своего участия в процессе“. А быть „украшением процесса“, как выразился молодой столичный адвокат, ему совершенно не хочется».

Но, оказывется, не все рассматривали участие 28-летнего юридического дарования именно как «украшение процесса».

Вышеупомянутый адвокат Хамзаев откомментировал событие так: «"Лично я приглашал Маркелова в команду, лично я его и выгнал за недобросовестное выполнение своих обязанностей"… Хамзаев утверждает, что вместо того чтобы последовательно отстаивать интересы потерпевшей стороны, Маркелов начал усиленно „пиарить“ себя на фоне громкого дела, которое не изучил в деталях и по сей день. „Какое-то время мы терпеливо позволяли ему играть в телевизионные игры, но всему есть пределы, – сказал Абдулла Хамзаев. – Он начал дезорганизовывать работу команды, и мы вынуждены были с ним расстаться“» (http://www.ng.ru/events/2002-11-27/10_budanov.html).

Старик Хамзаев вскоре сполна подтвердил репутацию «горячего горского парня» и в очередной раз доказал городу и миру, что с чеченцами небезопасно связываться даже из самых лучших побуждений. Не говоря уж про худшие. А то может произойти то же, что и с не в меру прогрессивным и отзывчивым адвокатом Маркеловым, любезно украсившим процесс. А именно:

«На протяжении двух недель в Ростове-на-Дону работала съёмочная группа передачи „Забытый полк“, возглавляемая Аркадием Бабченко, бывшим военным корреспондентом, прошедшим первую и вторую чеченские войны. Журналисты снимали фильм о том, что происходит вокруг процесса Юрия Буданова, обвиняемого в убийстве 18-летней чеченки Эльзы Кунгаевой… В составе съёмочной группы был ростовчанин Андрей Солодовников, принявший участие и в программе „Забытый полк“, снятой 20 ноября. Съёмки продолжались более четырёх часов, и в передачу, естественно, очень многое не вошло. О том, что осталось за кулисами, Андрей Солодовников рассказал нашему корреспонденту:

“Когда мы все находились ещё в VIP-зале, я беседовал со вторым адвокатом потерпевших – Станиславом Маркеловым (он был приглашён на передачу). Когда ещё не остывший от битвы на проходной Хамзаев вошёл в зал и увидел Маркелова, он вдруг заорал: „Я же тебе, сучонок, говорил, чтоб ты здесь не появлялся! Ты недостоин защищать честь моей покойной племянницы!“ Отца поддержала и Лейла: „Ты уже в процессе никто! Тебя приглашали, пока отец болел!“ Затем Хамзаев подскочил к Маркелову и неожиданно заехал ему кулаком в лицо!”» (http://www.7c.ru/archive/1033.html; данный источник сегодня существует в Рунете только в копии, но ее пересказ можно также прочесть в журнале «Большой город» № 2 (223) 11.02.2009).
Н-да…

Однако, «после того, как Абдулла Хамзаев умер, Станислав Маркелов через какое-то время снова стал фигурировать в качестве защитника Кунгаевых, хотя ранее говорил, что практической пользы о своего участия в процессе не видит» (http://www.apn.ru/column/article21240.htm). Ну, стало быть, увидел ее снова. Не буду уточнять, в чем и для кого.

Остывший след

Особенную активность Маркелов стал проявлять, когда в 2008 году встал вопрос о помиловании полковника Буданова. Вот уж повод для пиара – умри, лучше не подберешь!

В тот промежуток времени, когда Маркелов сотрудничал с Хамзаевым, он сделал немало, чтобы Буданов попал за решетку. Теперь же он старался сделать все, чтобы тот из-за нее не вышел.

Легко себе представить, какое отношение к себе либеральный адвокат вызвал в кругах русских патриотов, особенно военных, особенно тех, кто служил с Будановым или вообще воевал в Чечне.

По этой, возможно, причине все близкие и знакомые Маркелова считали, что если искать настоящих убийц адвоката, то, конечно, только в указанной среде, а вовсе не среди русских националистов правого толка, «неофашистов» (по выражению следователя Игоря Краснова).
Еще несколько цитат из СМИ и дела Тихонова/Хасис.

Сайт ИА «Миксньюс»: «Как стало известно, адвокату семьи Кунгаевых Станиславу Маркелову незадолго до смерти угрожали. Об этом РИА Новости рассказал председатель правозащитного центра Чеченской республики Минкаил Эжиев. Он также выразил уверенность, что убийство Маркелова связано с делом Юрия Буданова, который вышел на свободу несколькими днями ранее, 15 января. Эжиев уточнил, что о поступающих Маркелову угрозах он узнал от самого адвоката. Кроме того, юрист говорил об этом и Висе Кунгаеву, отцу убитой Будановым девушки» (http://www.mixnews.lv/ru/incidents/news/2009-01-19/16586).

На сайте «Радио Свобода» легко найти интервью журналиста Максима Ярошевского, взятого у отца погибшей чеченки Эльзы Кунгаевой:

«Виса Кунгаев: Мы в шоке. Как я с работы пришел, мне звонят из Москвы журналисты, вы знаете, что Маркелов… Да не может быть.

Я не знаю, как вам сказать. Это связано с делом Буданова. В четверг ночью мы говорили, он мне сказал: „Мне угрожают, Виса“. Я сказал, Станислав, если тебе это опасно, давай прекратим…

Я однозначно могу заявлять, что это связано с Будановым. Как Буданов вышел, убит профессиональный мой адвокат».

Здесь же высказал свое мнение журналист Владимир Долин, некогда освещавший процесс Буданова: «Ему угрожал и Буданов, и подельник Буданова, начальник штаба будановского полка майор Иванов. Во время суда это было неоднократно» (http://www.svobodanews.ru/content/Transcript/481441.html).


Как я уже писал в одном из своих очерков: «Этой же точки зрения придерживается и уполномоченный по правам человека в Чеченской Республике Нурди Нухажиев.

Больше того, именно эту версию поддержали в своих показаниях видные российские правозащитники, специалисты по праворадикальным организациям. В первую очередь, главный знаток правого движения Галина Кожевникова (центр „Сова“), которая к тому же прямо назвала маловероятным участие в убийстве националистов или скинхедов (т.16, л.д. 35). А также социолог „Института коллективное действие“ О. А. Мирясова, которая наблюдательно отметила, что почерк убийства Маркелова не соответствует почерку убийств совершаемых „фашистами“ (т.16, л.д. 42). Ветеран правозащитного движения Лев Пономарев тоже предпочел сосредоточить свое внимание на лицах, воевавших в Чечне и на сторонниках президента Кадырова (т.16, л.д. 55-53)».

Но самое главное: эту же версию высказали наиболее близкие Станиславу Маркелову люди: его вдова и брат.

Вдова Маркелова поведала, что «примерно 14–15 января 2009 г. он давал часовое интервью радиостанции “Русская служба новостей”… Во время интервью затрагивалась тема кассации по делу Кунгаевых. В ходе интервью в прямой эфир поступали звонки от радиослушателей с предложениями Станиславу эмигрировать. Сам Станислав реагировал на это с юмором» (т. 8, л.д. 225).

Брат Маркелова сказал под протокол, что, по словам Станислава, ему «звонят всякие дураки» с угрозами по делу Буданова. От правых же движения никаких угроз никогда не поступало (т. 8, л.д. 218). Почему впоследствии Михаил Маркелов изменил свою точку зрения, мне не известно. Возможно, повелся на рассказы следствия.

А вот на что, хотелось бы знать, повелось само следствие?! Почему оно создало ту чудовищную путаницу, которая может стоить Никите пожизненного заключения?

У меня ответ один: оно отрабатывало политический заказ.

* * *

Заказчиком, на мой взгляд, выступила кремлядь в целом, организатором – ФСБ и либеральные круги, непосредственным исполнителем – следователь Игорь Краснов.

Вот их бы и привлечь к ответу!

Вряд ли это произойдет. По крайней мере, пока не сменится власть.

Но если Никиту и Женю осудят, у русского движения появятся, наконец, свои подлинные иконы. Настоящие, без всяких скидок, герои и мученики русской идеи. Любая жертва укрепляет общественное движение, невинная жертва укрепляет его стократ.

И тогда смена власти станет неизбежна, и воссоздание Русского национального государства будет предрешено.

А с тем – и судьба всех, кто сегодня ломает жизнь двум юным русским политическим заключенным: Никите Тихонову и Евгении Хасис.

 
< Пред.   След. >


Свежие новости
© - Все права принадлежат их обладателям. 2006 - 2016
При полной или частичной перепечатке материалов сайта гиперссылка на sevastianov.ru обязательна.




Яндекс цитирования