sevastianov .ru
Севастьянов Александр Никитич
Сегодня четверг
30 марта 2017 года


  Главная страница

Ко дню Союза русского народа

Версия для печати Отправить на e-mail

 О значении и судьбе «Союза русского народа»

Союз Русского Народа – единственная политическая партия в России –
имеет соприкосновение о действительною массою простого, серого люда.
Вот в чем кроется и действительная сила Союза, и его живучесть…
С религией и верой в монархию шутить нельзя.

Из документов департамента полиции 1909 г.

21 ноября (по новому стилю) в 1905 г. состоялось первое собрание Союза русского народа (СРН) – самой крупной из организаций, созданных русским народом для защиты традиционного образа своей жизни. Такие организации обычно называли «черносотенными». Они все были частью охранительного движения России, призванного спасти Отечество от революционного самоубийства начала ХХ века.

Недавно в годовщину создания СРН на российском телеканале ТВЦ вышла передача «Русский вопрос», в которой один из сюжетов был посвящен названной организации. Что вызвало остро негативную реакцию у либеральной публики, в частности, на сайте Каспаров.ру. В данной связи я хотел бы сделать некоторые разъяснения относительно значения и судьбы СРН.

Прежде всего, надо напомнить, что первоначально Союз получил мощную поддержку во всех слоях русского общества. Благодаря чему, в немалой степени, удалось справиться с первой революционной волной 1905–1907 гг. Но затем «союзники» были оклеветаны, оболганы, очеренены перед лицом царя, современников и потомков. Они были заклеймлены как «погромщики», «охотнорядцы», высокая и спасительная миссия СРН была отвергнута правительством. В результате чего правительство, а с ним и вся страна, безудержно устремилось к погибели, а уделом охранителей после Октября 1917 г. стала беспощадная смерть и долгие десятилетия публичного поношения.

Но в наши дни память о СРН приобрела особую актуальность: перед лицом новых революционных угроз нам приходится задуматься о самом феномене охранительства – народной защитной реакции. Необходимо не только добрым словом помянуть тех, кто пытался не допустить убийства исторической России, но и извлечь урок из их судьбы.

Народная контрреволюция

Нельзя оспорить тот факт, что в начале ХХ века революционным брожением были охвачены огромные массы русского народа: крестьян, рабочих, солдат и матросов. Справиться с этим брожением силами правительственных чиновников и полиции нечего было и мечтать. Ведь с народом может полностью и до конца справиться только другой народ. С частью народа – только другая его часть.

К счастью, не вся Россия была революционной. Рядом с людьми, которым нечего было терять и которые мечтали «приобрести весь мир», было куда больше людей, которые вовсе не хотели поставить жизнь на ребро и ввергнуть ее в пучину непредсказуемых перемен. Не хотели рисковать жизнью и судьбой детей и стариков-родителей, своих семей. Не хотели разрушения тысячелетиями складывавшегося народного быта, уклада, уюта. Не хотели выворачивания наизнанку всей устоявшейся русской жизни. Этим людям надо было только развязать руки, дать им свободу проявления воли, подтолкнуть к активным действиям.

Именно с такой целью и был задуман СРН: как народная контрреволюция, призванная поглотить революцию. Задача простая, необходимая и разумная: ведь охранителей в обществе по определению всегда намного больше, чем революционеров. Проблема лишь в том, что вторые всегда гиперактивны, а первые – пассивны, ибо русский человек, как говаривал Салтыков-Щедрин, очень храбр, но… лишь с дозволения начальства.

Пробудить и задействовать эту храбрость с целью защиты жизни страны взялся один из наиболее высокопоставленных и дальновидных представителей русской элиты: великий князь Николай Николаевич, дядя Николая Второго, пользовавшийся большим влиянием на царя. Он, как и многие другие передовые люди России понимал, что только сам народ сможет справиться с революционным брожением в собственной своей среде. Поэтому великий князь вступил в СРН и покровительствовал ему.

Вдохновленные этим примером и остро переживая за судьбу своей страны, в СРН вошли весьма многие выдающиеся русские люди: академики Д. И. Менделеев и А. И. Соболевский, профессора Никольский, Иловайский, Забелин, Бутми, поэт Кузьмин, писатели и публицисты: Мережковский, Розанов, Тихомиров, Меньшиков; художники Васнецов, Нестеров, Корин, святой праведный Иоанн Кронштадтский, будущие патриархи Тихон (Белавин) и Алексий Первый и другие, в том числе пятеро будущих святых новомучеников.

Основные усилия по созданию СРН были предприняты известным литератором и политическим деятелем Владимиром Пуришкевичем, который стал товарищем председателя Главного совета (председателем был врач Александр Дубровин и ведущим автором органа Союза – ежедневной газеты «Русское знамя». Именно Пуришкевичу принадлежит идея создания «Книги русской скорби», четырнадцать выпусков которой содержат печальный мартиролог наиболее известных лиц, убитых революционерами в 1900–1911 годах. В книгу вошло 600 отдельных очерков, всего же, по оценке Пуришкевича, счет жертв доходит до 20 тысяч, но остальные очерки остались неопубликованными. Пуришкевич ближе многих других соприкоснулся с кровавой трагедией Смуты и лучше многих других понимал ее опасность для родного народа. В отличие от некоторых позднейших историков, он не признавал революцию «русской» и прозорливо считал ее в корне противоречащей русским интересам.

Союз объединил наиболее сознательную, патриотично и национально мыслящую часть народа – дворян, духовенство, купечество, русскую интеллигенцию. Но не только в них, образованных и мыслящих, была сила СРН.

СРН всегда стремился привлечь на свою сторону наемных рабочих. И весьма преуспел: их участие было очень активным. Особенно в Петербурге, Одессе, Иваново-Вознесенске, Екатеринославе, Ярославле, Москве, Киеве. На целом ряде фабрик и заводов столицы существовали сильные отделы Союза, особенно на Путиловском и Невском судостроительном заводах.

В составе Союза было много ремесленников, кустарей, мелких служащих и др. городских жителей, однако подавляющее большинство членов СРН составляли крестьяне.

Когда знакомишься со списками убитых красными террористами членов Союза, с изумлением убеждаешься, что большинство среди них – рабочие и крестьяне.

Благородные цели, ясные задачи

Устав СРН считался образцовым по краткости, простоте и ясности изложения целей и задач организации, по их естественной привлекательности для русских людей В нем говорилось:

«Цель Союза: Союз русского народа постановляет себе неуклонною целью развитие национального русского самосознания и прочное объединение русских людей всех сословий и состояний для общей работы на пользу дорогого нашего отечества – России единой и неделимой».

В «Программе» Союза говорилось: «Русской народности, собирательнице земли Русской, создавшей великое и могущественное государство, принадлежит первенствующее значение в государственной жизни и в государственном строительстве».

Само по себе это положение не может вызвать возражений. Тем не менее к нему было два существенных примечания:

«1: Союз не делает различия между великороссами, белороссами и малороссами.

2: Все учреждения государства Российского объединяются в прочном стремлении к неуклонному поддержанию величия России и преимущественных прав русской народности, но на строгих началах законности, дабы множество инородцев, живущих в нашем отечестве, считали за честь и за благо принадлежать к составу Российской империи и не тяготились бы своею зависимостью».

Далее предлагались направления деятельности, среди которых главными были участие в выборах в Государственную Думу, а также «просвещение народа для развития в населении сознательной политической жизни в духе самодержавия и для распространения в населении христианских начал, укрепляющих патриотическое чувство и чувство долга перед отечеством, обществом и семьей. Просветительная деятельность должна была осуществляется путем открытия возможно большего числа школ, путем устройства чтений, собраний, бесед, распространением книг и брошюр соответственного направления и путем издания своих газет, журналов и т. п.»

Планировалось также создание «Всероссийского банка Союза русского народа», чьи отделения в волостях будут называться «Крестьянскими банками Союза русского народа».

«Целью Всероссийского банка Союза русского народа будет служить поднятие исключительно русской торговли и промышленности и доставление крестьянам дешевого кредита и возможности продавать продукты своего производства при помощи банка по хорошей цене преимущественно самим потребителям, а не перекупщикам», – говорилось в Программе.

Естественно, членами Союза «могут быть только природные русские люди обоего пола, всех сословий и состояний, преданные целям Союза, давшие признание, что они твердо осведомлены о целях союза, в давшие при вступлении обещание не вступать в общение с какие-либо тайными сообществами, а также какими-либо организациями, преследующими цели, несогласованные с задачами Союза». Исключения допускались только «по единогласному постановлению соединенного собрания членов совета и членов-учредителей».

Союз русского народа рос, как на дрожжах, ставподлинно массовой организацией, сплотившей и поглотившей многие другие провинциальные правые движения. Ему быстро удалось сплотить, с одной стороны, чисто дворянские организации Союз русских патриотов и Союз земледельцев, а с другой – народные структуры: Общество Хоругвеносцев, Общество активной борьбы с революцией, нижегородское «Белое знамя» и сотни других. Когда открылся Третий Всероссийский Съезд Русских Людей в Киеве (октябрь 1906), СРН уже стал крупнейшей монархической организацией. Эта его роль была признана представителями всех монархических организаций. Историки насчитывают до 2 млн человек в составе Союза.

Это неудивительно, ведь учреждению Союза предшествовали страшные месяцы необъявленной гражданской войны, когда в ожесточенной схватке сошлись две стихии: революционная, инородческая по преимуществу, и контрреволюционная, преимущественно русская народная. И русская стихия в тот раз пересилила.

Они победили революцию

Наиболее яркие эпизоды этой гражданской войны вошли в историю под псевдонимом «погромов», хотя на деле перед нами схватка не национальных, а социально-политических сил, принявших национальный колорит волею исторической судьбы.

Так сложилось исторически – и этот факт никто не может опровергнуть – что практически все высшее руководство левых сил в России, будь то организации, партии или пресса, состояло из лиц еврейской национальности или породненных с евреями.

Журнал английских сионистов «Маккавей» в ноябре 1905 г. разъяснял в статье «Еврейская революция»: «Революция в России – еврейская революция, ибо она есть поворотный пункт в еврейской истории. Положение это вытекает из того обстоятельства, что Россия является отечеством приблизительно половины общего числа евреев, населяющих мир, и потому свержение деспотического правительства должно оказать огромное влияние на судьбы миллионов евреев, как живущих в России, так и тех многих тысяч, которые эмигрировали недавно в другие страны… Кроме того, революция в России – еврейская революция еще и потому, что евреи являются самыми активными революционерами в царской Империи».

Революционное действие рождало противодействие огромной силы. Создавались даже чисто еврейские, но черносотенные организации, к примеру в 1905 г. в городе Петроков по инициативе местного раввина. А в 1906 г. сразу два черносотенных союза были созданы евреями Белостока: Агудас иегудим (Союз евреев) и Агудим ахим (Братство). Их цель – борьба с демократами, с еврейским рабочим движением.

Однако в целом еврейство представляло собою, бесспорно, революционную стихию. Таков исторический факт.

Естественно, что очаги компактного проживания революционных еврейских масс стали ареной их наиболее ожесточенных столкновений с русскими сторонниками традиций. Только в октябре 1905 года такие столкновения произошли примерно в 660 городах, местечках и деревнях России.

Характерным объявлением пришлось разразиться Гомельскому полицмейстеру Хлебникову: «За мое 4-дневное пребывание было уже два раза покушение на мою жизнь через бросание бомб. Негодяи, бросившие бомбы, – евреи. Предупреждаю, что всякого еврея, принадлежащего к отбросам еврейского общества и называющего себя демократом, на пути моего следования по городу будут расстреливать на расстоянии 50 шагов от моего экипажа сопровождающие меня казаки».

Кабинет министров то ли не смог, а скорее не захотел вмешаться в эту необъявленную войну на стороне справедливости. Его глава Сергей Витте надеялся извлечь политический дивиденд из хаоса. К тому же он боялся, что массовый контрреволюционный протест может выйти из-под контроля и поставить под угрозу либеральные реформы и надежды. Правительственные войска и полиция, вместо того, чтобы всемерно поддержать народное движение, были обречены подавлять его, «наводя порядок». Пагубная практика, имевшая далекие и ужасные последствия.

В результатережим пошел на уступки революционному сообществу и в том же октябре издал манифест, существенно ограничивавший права монарха. В России были введены основные демократические свободы.

После чего разгул кровавых антиправительственных бесчинств и соответствующей пропаганды не стих, как ожидалось, а многократно усилился, вовлекая в революционную деятельность все новые массы, особенно студенчество, молодежь.

Неудивительно, что в этих условиях деятельность СРН стартовала с места в карьер. Такую расторопность диктовала сама взрывоопасная ситуация, ведь революционеры не ждали, а действовали. Стреляли, взрывали, бастовали, возводили баррикады. Впереди были страшное декабрьское восстание в Москве и подъем крестьянской войны, беспощадные погромы помещичьих усадеб 1906 года.

Вот как пишет об этих тревожных месяцах историк Виктор Острецов:

«В условиях вооруженной борьбы, когда социалисты нападали на монархистов-рабочих, Союз Русского Народа создает свои боевые дружины. Они возникают в 1905–1906 гг. в Петербурге, Курске, Туле, Одессе и пр. Столкновения особенно остро происходили на заводах… Полиция, как ни странно, и здесь чинила всяческие препятствия вооружению дружин, создаваемых для противодействия революционерам-террористам. Зато террористы получали оружие беспрепятственно. Еврейская печать записала на счет Союза Русского Народа лишь три политических убийства: членов Думы Герценштейна, Иоллоса и предателя Мухина. Левые газеты, „не замечая“ массовых душегубств террористов, годами раздували дело об убийстве этих 3-х лиц. Между тем, с 1905 и по 1909 г. ежедневно от рук левых политических бандитов погибало от 12 до 18 человек.

Главное в это бурное время убедить, разбудить, не дать вовлечь людей в забастовку, в подпольные кружки, в террор. Активные деятели Союза Русского Народа все время на колесах, в дороге. Они создают ячейки, везут с собой литературу, организуют собрания, диспуты, доносят до людей смысл анархии, как смертельного заговора против русского народа. Кроме того, „союзники“ организовывали чайные-читальни, в которых вели беседы с рабочими, давали им читать правые газеты.

В 1905 г. верные престолу монархисты, такие вот служащие, рабочие, торговцы, пошли в казармы и на заводы. Это они пришли к семеновцам незадолго до их отправления в Москву на подавление восстания в 1905 г. и вели там с солдатами разъяснительные беседы – кому нужно освобождать народ от его природных государей, от его православной Церкви.

И если революция была подавлена тогда, то только благодаря простому народу, объединившемуся в союзы и общества, партии и лиги».

Среди которых, добавим, СРН стоит на первом месте.

Извращенная логика шельмования

Монархическое русское народное движение в целом оказалось на высоте задачи и справилось со своей исторической миссией на тот момент. На революцию оно ответило контрреволюцией, на красный террор – террором черным. Боевики из числа социал-демократов, эсеров и бундовцев были разбиты.

23 декабря 1905 года, в канун Рождественского сочельника, император Николай II и цесаревич Алексей вступили в ряды Союза Русского Народа. Во время приема императором делегации СРН, поблагодарив всех, царь подчеркнул свое доверие Союзу: «Уповайте на Бога и надейтесь на Меня». В этом нетрудно увидеть признание выдающихся заслуг наиболее верноподданной части нации по спасению России.

По-своему оценили эту заслугу и революционеры. С удвоенной силой шквал обвинений был обрушен красной и розовой прессой на охранителей, в первую очередь на Союз русского народа. Но в целом кампания направлялась на охранительство как таковое. При этом вовсю применялся двойной стандарт.

Главное: вдохновителем и дирижером народного гнева левая пресса выставляла самого императора Николая. Его обвиняли во всех тяжких грехах, публично обмазывали грязью и кровью, стремясь заставить самодержца стыдиться, стесняться своих верных помощников, спасителей России. Чтобы вбить клин между народом и верховной властью, отделить друг от друга эти главные жизненные основы страны, оставить власть без защиты и прикрытия.

Характерно, что ярой критикой террористической практики СРН занялся не кто иной, как Григорий (Герш-Исаак Цукович) Гершуни. Тот самый, который на пару с Евно Фишелевичем Азефом создал партию эсеров и ее знаменитую Боевую организацию. В статье с характерным названием «Кошмар» (1907 год) он возлагал ответственность за политические убийства, совершенные членами СРН, на Николая Второго, которого он именовал покровителем и вождем Союза.

«Страна стоит беспомощной перед всеми этими ужасами, со­вершенными Союзом Русского Народа – писал Гершуни. – Мы заранее знаем, что высокопоставленные и коронованные члены Союза прикажут „замять" всю эту историю. Мы зара­нее знаем, что все эти Тороповы, Буксгевдены и проч. — имя им легион — получат лишь благодарность от своего царя — идейного руководителя всех этих патриотических боевых дружин».

Кто упрекал черносотенцев в терроре? Тот, кто сам стоял по шею в крови. Гершуни, создавший структуру, отправившую на тот свет многие тысячи ни в чем не повинных людей, лицемерно сокрушался:

«В этом деле есть еще одна сторона, делающая его наиболее кошмарным. Вот оно — распыление революции, которое мы предсказывали, от которого мы предостерегали… Молодым, горячим головам, ропщущим на партийную дисциплину и предпочитающим работать само­стоятельно, вне этой дисциплины, трагедия жертв чер­носотенных замыслов да послужит грозным предостережением».

Гершуни не был в принципе против политических убийств – еще бы! – он лишь хотел бы, чтобы они совершались строго по рецептам партии эсеров…

Атаки такого рода на Николая Второго со стороны революционеров и сочувствующих лишь усиливались, его лично обвиняли в погромах, в политических убийствах, в прямом руководстве контрреволюционной практикой СРН.

Увы, и в правящих кругах далеко не все симпатизировали СРН. Патологической ненавистью к Союзу отличался председатель Комитета министров Сергей Юльевич Витте.



 
< Пред.   След. >


Свежие новости
Популярное
Голосование
Вы член НДПР?
 
Кто он-лайн
© - Все права принадлежат их обладателям. 2006 - 2016
При полной или частичной перепечатке материалов сайта гиперссылка на sevastianov.ru обязательна.




Яндекс цитирования