sevastianov .ru
Севастьянов Александр Никитич
Сегодня среда
26 июля 2017 года


  Главная страница arrow Книги arrow Раса и этнос arrow Этнос и нация

Этнос и нация

Версия для печати Отправить на e-mail
Безразлично, по каким причинам семьи или даже целые роды откалывались от некоей расы и уходили на новые земли, чтобы дать там жизненную основу для новых племен. Так или иначе они все связаны общим происхождением и принадлежат к одной расе. Сливаясь в дальнейшем между собой, эти племена образовывали разные этносы, однако все той же расы (реверсия). В этих случаях не может идти речи ни о порче расы, ни, тем более, о ее исчезновении. Можем ли мы тут говорить о примеси? На мой взгляд, нет. Вторичный этнос, создавшийся в рамках одной расы, – это чистый этнос. Он – как купажное вино: его неповторимый вкус определяется именно смесью, неповторимой комбинацией ингридиентов, но сама смесь состоит из однотипных вин. К примеру, русские, мешаясь с европеоидными народами фино-угорской группы, постоянно воспроизводили… кроманьонца. Будучи изначально сами кроманьонским субэтносом, меняли ли они свою этническую природу при этом, утрачивали ли «чистоту»? Разумеется, нет. Если же и случался нерегулярный инорасовый подмес, этнос постепенно избавлялся от него, изживал, как вообще избавляется Природа от любых промежуточных, несовершенных форм.

Другое дело, если племена одной расы многократно перемешивались с племенами другой (или других): тогда постепенно, по диалектическому закону о переходе количества в качество, они в итоге меняли и расовую принадлежность, расовую идентичность. Они теряли одну расовую принадлежность и приобретали другую (татары были в массе монголоидны, стали в массе европеоидны; узбеки наоборот и т. п.) или образовывали новую, гибридную, вторичную расу (семиты, латиносы и др.), которую нельзя назвать чистой, но приходится считать уже цельной. Однако эти вторичные расы в свою очередь вступали на путь изменчивости и расхождения признаков, образуя вначале чистые этносы вторичной расы, а там, глядишь, и ее вторичные, смешанные этносы (этническая история Латинской Америки, Ближнего Востока или Южной Азии пестрит подобными примерами). И так далее. При этом язык часто переходил от победителей к побежденным, хотя бывало и наоборот, если язык побежденных обладал существенными преимуществами.

Итак, прав ли Гумилев и его эпигоны, утверждая, что «чистых» этносов вовсе нет, все этнически неоднородны? Для меня очевидно, что это не так. Но даже если и так, даже если в каждом этносе есть доля инорасовой примеси? Что из того? Речь ведь не идет о химически чистом веществе. Как известно, и золота 100-процентной пробы не бывает, в нем всегда есть чуток «незолота». Абсолюта нет нигде и ни в чем, искать его, стремиться к нему бессмысленно. Огорчаться от его недостижимости – глупо. Нельзя быть «умным вообще», «сильным вообще», «богатым вообще» – можно быть лишь «умнее, чем…», «сильнее, чем…», «богаче, чем…». И точно так же, если нельзя быть «чистым вообще», то зато можно быть «чище, чем…»,

Все познается в сравнении, все на свете относительно: есть более однородные – и есть менее однородные этносы. От этого качества очень многое зависит в их судьбе, мы это знаем и понимаем. И судить об этнической чистоте того или иного народа мы будем в сравнении с другими: данный этнос «чище, чем…». У кого выше прочих коэффициент гомогенности по разным маркерам, тот и чист.

Мы еще раз вернемся к данной теме, когда будем говорить о русском народе.

Род, фратрия, племя

Считаю уместным начать эту главку с цитаты:

«Вопрос о том, как возник род, не поддается приемлемому объяснению. Мы знаем только, что родовое общество уже в самом раннем своем состоянии имело особенную структуру, представлявшую собой два рода, связанные между собой в различных отношениях и составлявшие вместе одно племя в его зародышевом виде.

Классическим примером такой структуры является разделение одного австралийского племени на две „половины“ или два „брачных класса“ – кроки и кумите. Эта структура раннего родового общества получила название дуальной организации. Она известна и у других племен Австралии. Более сложная структура, обнаруженная у многих племен разных стран, сводится к тому, что племя распадается тоже на две „половины“, а каждая из них состоит их двух подразделений – родов. Еще более сложную структуру, представляющую собой, судя по ряду данных, следующую ступень развития этой дуальной организации, составляет деление племени на две „половины“, каждая из которых состоит из четырех родов. Эти две последние формы раннеплеменной структуры получили название системы фратрий (греч. fratria – „братство“, так именовались архаические общественные деления, сохранявшиеся в древней Греции; авторство термина принадлежит классику этнологии Л. Моргану, посвятившему жизнь изучению североамериканских индейцев).

Классический образец развитой фратриальной организации дает индейское племя сенека-ирокезов: оно распадалось на две фратрии, каждая из которых состояла из четырех родов. Фратрии и роды носили особые названия, а именно:

Фратрия Медведь. Роды: 1. Медведь, 2. Волк, 3. Бобр, 4.Черепаха.

Фратрия Олень. Роды: 1. Олень, 2. Кулик, 3. Цапля, 4. Ястреб.

Предание сенека-ирокезов говорит о том, что Медведь и Олень были двумя начальными родами, остальные же возникли в результате их разделения. Об этом говорит и наименование фратрий, совпадающее с названием первого рода каждой фратрии…

Таким же образом многочисленные другие примеры могут засвидетельствовать, что начальное деление на две половины, или два рода, развивается во фратриальную систему, в которой каждая фратрия состоит из двух, четырех и т. д., во всяком случае, четного числа родов. Конечно, у современных племен и народностей эта первобытная организация если и сохраняется, то уже утратила такую целостность и отчетливость. Отдельные роды вымерли или смешались с другими и поэтому одна или обе фратрии состоят уже из неодинакового и нечетного числа родов. С дальнейшим развитием родового строя это примитивное дуальное, или фратриальное, разделение отмирает, и тогда племя состоит просто из большего или меньшего числа родов. Но пережитки или следы этой начальной структуры замечательным образом сохраняются надолго, отражаясь в исторической традиции многих развитых народов. Таковы предания о разделении древнего Египта на две „страны“ и сорок номов (родов), по двадцать в каждой „стране“, о разделении древних евреев на двенадцать „колен“ („коленом“, или „поколением“, часто именуется род), древних афинян – на четыре филы, состоявших каждая из четного числа родов, и т. д. Та же традиция отражена, по-видимому, и в распространенных у многих народов легендарных генеалогиях, в которых происхождение данного народа ведется от двух или четырех братьев, брата и сестры, трех братьев и одной сестры и пр.

Возникновение родового строя в форме дуальной организации теснейшим образом связано с новым этапом в развитии брака. Если мы вспомним, брак уже в самом раннем периоде, развиваясь от начального промискуитета, испытал одно ограничение: из брачного общения были исключены восходящие и нисходящие поколения. Существеннейшую и важнейшую черту дуальной организации составляет порядок, по которому при ранней и простейшей ее форме люди данной „половины“ не могут вступать в брак между собой, а могут и даже должны вступать в брак не иначе, как с членами другой, противоположной „половины“, иначе говоря, муж и жена должны всегда принадлежать к разным „половинам“ племени. Так именно обстояло дело у вышеупомянутого австралийского племени, у которого „кроки“ и „кумите“ являлись постоянными взаимнобрачущимися группами»[89].

Итак, дуальная экзогамия – естественный биологический предохранитель племен от вырождения. Дуальная организация на два или более «брачных класса» – фратрии – возникла в результате усложнения и разделения родов, а не наоборот. Т. е. род развивался от малого и простого – к большому и сложному, как и положено по законам развития. Так именно шло послерасовое образование, так семья могла с течением лет преобразоваться в племя. К примеру, как мы помним, семья из двенадцати колен Израилевых подразделялась на четыре фратрии, браки между которыми даже через многие столетия были для всех евреев строго обязательными. (То же, по сути, происходит и с любым этносом-изолятом, взять хоть тех же питкэрнцев; при этом никаких признаков вырождения у них не наблюдается. На протяжении всего двухсот лет потомки одного мужчины и двух десятков женщин могли просто не дойти до стадии вырождения[90]. Но в свое время неизбежно последует, если уже не последовало, деление племени питкэрнцев на фратрии.) Преувеличивать опасность вырождения не следует, запас прочности человека достаточно велик, история изолятов об этом достаточно ясно говорит. Но изолят изоляту рознь: очевидное замедление развития или накопление наследственных заболеваний в этносе – а такие медицинские факты широко известны – вполне может объясняться и биологической деградацией.

Род, фратрия, племя – есть ипостаси этноса, фазы его развития, формирующиеся уже на стадии первобытнообщинной формации, хотя возникающие затем и в любой другой формации вплоть до наших дней. По сути, вторая и третья из этих фаз теснейшим образом связаны: как только род начинает делиться на фратрии, возникает предпосылка племени, возникает само племя в начальной стадии.

Однако на племенной фазе развитие этноса не заканчивается, а переходит к следующим: народность, народ, нация. Для этих фаз, как и для предыдущих, первейшей, стержневой характеристикой является «кровь» – биологическая общность происхождения. Своеобразие каждой из них этим, разумеется, не исчерпывается, но и забывать об этом нельзя. Именно общность происхождения фундаментально обеспечивает и гарантирует своеобразие этноса во всех фазах его развития и во всех проявлениях. Ибо кровь есть душа.

«КРОВЬ ЕСТЬ ДУША»

«Строго наблюдай, чтобы не есть крови,
потому что кровь есть душа: не ешь души вместе с мясом»
Второзаконие, XII, 23

Для того чтобы войти в чужой этнос, недостаточно собственного желания
и даже простого согласия принимающего коллектива.
Можно прекрасно устроиться в чужой среде и все-таки не стать своим.
Лев Гумилев

Мы любим и веруем – знаками.
Леонид Пасенюк

Парижанки очень заметно отличаются внешним физическим типом от русских женщин. А вот парижане от русских москвичей – не очень. (Конечно, в разных провинциях Франции встречаются разные типажи, в том числе резко другие, что обусловлено пестрым расово-этническим составом французов.) Англичане более похожи на нас, причем особенно как раз женщины. В Германии я пока не был, но, судя по фотографиям и впечатлениям моих знакомых, немцы сильно на нас смахивают, особенно восточные. А испанцы, итальянцы – не слишком, хотя и в Италии есть похожие на нас жители, например, на севере. Однако, так или иначе, а европеоиды суть европеоиды, представители одной расы, потомки общего предка – кроманьонца. Никакого непроходимого барьера между нами нет, если смотреть с позиций биологизма.

Зато в духовном плане эти барьеры есть, и очень существенные. Я уж не говорю о разных расах (искусство черной Африки для нас – просто инопланетное, в полном смысле слова; искусство Китая веками было для Европы непостижимой и недостижимой вершиной, источником бесконечных тщетных имитаций). Но и внутри больших рас встречаются сильнейшие этнические отличия в менталитете, вплоть до полной непримиримости нравственных или эстетических позиций. Простой и убедительный пример: на взгляд европейца, монголоидные народы Китая и Японии внешне очень похожи; на деле же китайцы и японцы есть по духу народы-антагонисты, чье искусство, этика и даже кухня зиждутся на прямо противоположных принципах! Или: между собором Нотр-Дам де Пари (первоначальная застройка 1163-1182) и храмом Святой Софии Новгородской (1045-1052) – настоящая пропасть, эстетическая и этическая; ничего общего, хотя то и другое здание с небольшим историческим отрывом заложили белые европеоиды, единоверцы-христиане. И в дальнейшем противоположности архитектурного стиля европейских и русских церквей только нарастают, ярко отражая отличие всей ментальности. Секрет и отличие европейского искусства от русского – упорядоченная с помощью особых приемов красота; у нас же художник должен творить, как Бог на душу положит. В результате средний европеец воспринимает красоту русского стиля как дикарскую, варварскую, а мы ихнюю, по большей части, – как искусный, но безблагодатный трюк.

Ярче всего этнические духовные различия, процветающие даже внутри рас между расово близкими этносами, проявляются в языке, культуре и религии. Это видно с первого взгляда. Но если идти в глубь проблемы, все эти отличия неразрывно связаны с темой языковой дивергенции, которую нельзя разъяснить без учета дивергенции биологической. Зачем, в самом деле, народам индоевропейской языковой группы, некогда бывшим единым народом, говорившим на одном языке, понадобилась языковое разделение, приведшее к разобщению и невозможности взаимопонимания? Трудно вообразить, сколько бед проистекло от этого расхождения языков, усугубившего разделение народов, заменившего отношение «свой к своему» на отношение «свой к чужому». Понятно, что такое расхождение могло быть только следствием неких естественно-биологических процессов, неподконтрольных человеку, а уж никак не результатом чьего-то целеполагания, доброго или злого, осмысленного или нет! Именно и только расово-этническая дивергенция (расхождение признаков внутри расы и, как следствие, образование этносов) влекла за собой фиксацию и генетическое наследование определенных физиологических признаков, в том числе и тех, которые формируют фонетику языка, а также отделов мозга, отвечающих за семантику и синтаксис. Закрепляясь при помощи языка, передающегося от поколения к поколению, эти признаки затем оказывали определяющее воздействие на соприродный данному этносу тип религии и культуры. Уместно процитировать здесь известного археолога и искусствоведа А. А. Формозова, который верно отмечает: «Мы вправе предположить, что редкое в древнекаменном веке население Европы распадалось на сотни замкнутых мирков, и в любом из них мог возникнуть свой неповторимый облик материальной и духовной культуры»[91]. Так оно и было, и основным инструментом этой неповторимости был язык.



 
< Пред.


Свежие новости
© - Все права принадлежат их обладателям. 2006 - 2017
При полной или частичной перепечатке материалов сайта гиперссылка на sevastianov.ru обязательна.




Яндекс цитирования