sevastianov .ru
Севастьянов Александр Никитич
Сегодня среда
12 декабря 2018 года


  Главная страница arrow Книги arrow Русское движение. Заметки очевидца arrow Расстановка сил в русском молодежном движении 2-й половины 2000-х гг.

Расстановка сил в русском молодежном движении 2-й половины 2000-х гг.

Версия для печати Отправить на e-mail

Количественный рост молодежных выступлений в защиту жизненных интересов русского народа привел в итоге к качественным изменениям в обществе.

Каким?

На фоне быстро размножавшихся неформальных, неконтролируемых малых групп и группочек, самодеятельно реализовывавших «белые идеалы» (у нас их принято огулом отождествлять со скинхедами) – продолжали существовать и доигрывать свою игру крупные и средние формализованные организации. Причудливое переплетение, «перекрестное опыление» идеями, информацией и кадрами между всеми этими ячейками создавало подобие сети, отмобилизовать которую не составило бы большого труда, появись в русском лагере своевременно т. н. «генеральный заказчик» – с деньгами и готовой концепцией деятельности. Такой заказчик, однако, не появился, поскольку для зарубежных политических игроков русский национализм – неприемлемый партнер, а в самой России таких смельчаков, чтобы ставить на националистов, в Большом Бизнесе не нашлось, а средний бизнес на роль заказчика, увы, не тянет.

В результате (продолжу автоцитирование):

«Часть разочаровавшихся в антирусской власти молодых людей идет в пусть нелегальные, но более-менее публичные структуры: ДПНИ (Александр Белов-Поткин) или Славянский Союз (Дмитрий Демушкин). Время от времени эти организации не прочь предстать перед публикой “крутыми”, поиграть в революционеров. Но чуть доходит до серьезного дела, как те же Белов и Демушкин торопятся отвести от себя обвинения в экстремизме, снимают с себя всякую ответственность за деятельность подпольных групп. И я думаю, что это соответствует действительности: сумасшедшая трудность – сидеть на двух стульях. Нельзя, с одной стороны, стремиться в мир публичной легальной политики (а оба названных деятеля о том мечтают), а с другой – организовывать подпольные террористические бригады.

Кроме того, судебные процессы однозначно выявляют простую истину: организация таких бригад не требует никаких особенных – ни партийных, ни квазипартийных – возможностей, кроме воли самих бригад и мизерных средств. Они – маленькие, но очень эффективные независимые подводные лодки в автономном плавании. Другое дело, что они могут отколоться, отщепиться от ДПНИ или СС, разочаровавшись в их половинчатой и компромиссной деятельности, как откололось уже “Северное братство”. Отдельные участники могут позволить себе что угодно – известно, например, о причастности некоторых активистов ДПНИ к изготовлению взрывчатых веществ, а среди СС-овцев немало скинов, сидящих в том числе и за убийства. Но к организациям в целом это не относится…

Итак, подытожим: русское националистическое подполье – свершившийся факт. По сведениям, которыми делятся с журналистами правоохранители, к числу подпольных организаций относится не только уже упоминавшийся “Бирюлевский фронт”, но еще и Национал-социалистическая партия Руси (НСПР), заявившая о себе в августе 2007 года интернет-кадрами казни приезжих таджиков и дагестанцев, а также “Северное братство” и группировки “Белые волки”, Боевая организация русских националистов (БОРН), “Славянское сопротивление”, “Славянские сепаратисты” и еще множество безымянных группировок»144.

Примерно в то же время по интернету прошел короткий документальный фильм «Русское сопротивление», подготовленный при участии молодых русских активистов. В рецензии на него, написанной мною по просьбе авторов, подчеркивалось главное:

«Неожиданным и очень важным оказался факт наличия немалого скорбного мартиролога: финальные кадры фильма посвящены тем десяткам (уже!) юношей из “русского сопротивления”, которые пали от рук убийц-русофобов, в том числе одетых в милицейскую форму.

Важными показались мне также бог весть каким способом добытые кадры из-за колючей проволоки, свидетельства тех, кто оказался в местах лишения свободы. Всего ребят-партизан, захваченных в плен на необъявленной войне, в России уже свыше трехсот. Зритель видит не сломленных, подавленных неволей людишек, а стойких духом, сознательных, убежденных в своей правоте, рано повзрослевших русских людей, временно изолированных ратников, научившихся оставаться собой и в бесчеловечных условиях тюрьмы и зоны. Которые еще и консультируют оттуда тех, что пока на свободе, объясняют, как надо вести себя и на воле, и в СИЗО, и в тюрьме, и на зоне.

Все эти кадры вполне убедительно отвечают на многочисленные упреки неосведомленных или злонамеренных лиц в том, что-де русские партизаны могут только нападать из-за угла восьмером на одного, а сами-де ничем при этом не рискуют. Едва ли не главное достоинство фильма в том, что он рассеивает в прах этот злостный вымысел, недобросовестный миф.

Рискуют, еще как рискуют эти юные бойцы необъявленного фронта. И – идут за свои убеждения на смерть и на каторгу один за другим, один за другим.

Да, они не станут подставляться понапрасну, если этого можно избежать. Они не играют в чистоплюев и не строят из себя “благородных разбойников”. Но при этом вполне сознательно приносят свои судьбы в жертву, и что особенно важно понять – за реальное дело, а не за дешевые амбиции какого-нибудь национал-п..добола».

Здесь необходимо договорить до конца одну важную тему.

Исчерпанность ставки на военизированные отряды специально обученного юношества, ставки, которую гласно или негласно, но истово делали лидеры старшего поколения – Дмитрий Васильев, Александр Баркашев, Александр Иванов-Сухаревский и др. – должны были на собственном опыте пройти и, как говорится, на собственной шкуре испытать молодежные организации, догоравшие в обрисованной выше активной и агрессивной среде. В нескольких словах скажу о них.

 
< Пред.   След. >


Свежие новости
© - Все права принадлежат их обладателям. 2006 - 2018
При полной или частичной перепечатке материалов сайта гиперссылка на sevastianov.ru обязательна.




Яндекс цитирования