21
Чт, март

Россия и Кавказ

Национальное противостояние

Беспорядки, произошедшие в Махачкале в конце мая сего года, вылившиеся в восстание и однодневный захват лакскими националистами столицы Дагестана, высветили одну печальную истину. Россия стоит на пороге утраты всего горского Кавказа. Чечню мы проиграли уже давно. Не стоит строить себе никаких иллюзий по поводу Ингушетии. Ингуши – это вайнахи, народ столь же этнически родственный чеченцам, как, скажем, белоруссы русским. На протяжении всего русско-чеченского противостояния президент Ингушетии Аушев занимал явно прочеченские позиции, не скрывая своей дружбы с Дудаевым и Масхадовым. Проигнорировав решение Верховного Суда РФ, Ингушетия провела референдум об изъятии республиканских судебных органов из подчинения федерации. В начале 1998 года эта республика приступила к созданию собственной национальной гвардии – “Дикой дивизии”. Чеченские боевики беспрепятственно проникают на территорию Ингушетии, пользуясь родственными связями и сочуствием местного населения. При желании Ичкерия с её дееспособной, прошедшей войну армией может силовым путём осуществить воссоединение вайнахов в одно государство за считанные месяцы.

Для Дагестана такое время, похоже, скоро уже наступит. Высокопоставленные руководители Чечни – Басаев и Удугов не перестают пропагандировать идею Великого Дагестана (Дагестан дословно переводится как “страна гор”), который должен объединить народы Ичкерии и Дагестанской Республики. Проводятся многочисленные конгрессы и съезды. Ваххабизм, гигантскими темпами распространяющийся в Дагестане на деньги Саудовской Аравии, основные свои усилия направляет на проповедь единой “исламской нации”, в которую должны влиться многочисленные народности и племена этой республики.

Значительные районы Дагестана населены поддерживающими контакты с исторической родиной чеченцами-акинцами. Кроме того, только основных, самых крупных национальностей Дагестана – 14 и отношения между ними складываются не лучшим образом. Религиозные, этнические и социальные противоречия в Дагестане объективно играют на руку Чечне, сепаратистским, антироссийским силам (этот взгляд представляется неверным: ничто, кроме сильного центра, не может предотвратить кровавую междоусобицу народов Дагестана; они это знают и держатся за Россию. – Ред.).

Федеральный центр бессилен сделать что-либо, он даже не может просто поддержать те силы в самом Дагестане, те его национальности, которые смотрят на Россию как на свою родину. И вот – события в Махачкале... Оказывается, не то что боевая чеченская дивизия, а даже просто шайка вооружённой городской шпаны, прикрываясь национальными и политическими лозунгами, может без особых проблем свергнуть власть, как когда-то сверг Дудаев власти ЧИ АССР. И ничего. Мятежники сразу после репитиции предстоящего джихада отправились в высокогорные районы Дагестана, где их никто не решился тронуть. Надир Хачилаев потом и вовсе ничтоже сумняшеся отправился в Москву на заседание Госдумы РФ.

ЕСЛИ мы потеряем Дагестан, на Северном Кавказе сработает эффект домино. Чеченцы, воссоединив с собой ингушей и подмяв значительную часть (вплоть до Каспийского моря) Дагестана, превратятся из обыкновенных террористов в серьёзную региональную силу. Чечня, во-первых, получит прямую границу с Азербайджаном, а во-вторых, выйдет к нефтеносному озеру, что толкнёт её к борьбе за выход к Чёрному мо-рю, дабы повернуть потоки каспийской нефти в Европу через территорию Великого Дагестана. После Дагестана на очереди окажутся Кабардино-Балкария, Карачаево-Черкессия, Адыгея, исламизируемые районы Ставрополья. Усмирению подлежат православные индоевропейцы осетины. Подобный вариант развития событий означает окончательное вытеснение России с Кавказа в лучшем случае на рубежи Ставропольского и Краснодарского края. Как относиться к подобной перспективе нам, русским националистам?

Зачем России Кавказ?

СРЕДИ русских патриотов есть две полярные точки зрения на подобную перспективу. Одна, ведущая свою родословную от Солженицына, заключается в том, что отпадение Кавказа от России будет ей только во благо. Её противники – государственники и империалисты рвут волосы на всех частях тела только от одной мысли, что может быть ущемлена целостность России на Кавказе. Кавказ, говорят они, нужен России, как воздух человеку, как вода рыбе. Мы полагаем, что правы и те, и другие – каждые по-своему.

Наша позиция по вопросу национально-государственного строительства России постоянным читателям “Националки” хорошо известна. Мы считаем, что Россия не может и не должна более быть интернациональным государством вообще и империей в частности. Россия должна стать Русским Национальным Государством. Мы самым решительным образом отбрасываем возражения о мнимой необходимости в этом случае уйти из Татарии, Башкирии, Якутии, Бурятии, Карелии, Коми и т. д. Под Русским государством мы подразумеваем территорию не только всех краёв и областей, но и тех субъектов РФ, где русские составляют большинство – всего 80 из 89 регионов России. Это русская национальная территория. На ней не должно быть никаких искусственных автономий, тем более – суверенитетов! Плюс добровольно самоопределяющиеся и автономизирующиеся Чувашия, Калмыкия, Осетия. Крайне, чрезвычайно важно, чтобы в этом ряду была и Татария.

Ну, а горский мусульманский Кавказ? Чечня, Ингушетия, Дагестан, Кабардино-Балкария? (Сюда же ложно относят населённые преимущественно русскими Карачаево-Черкессию и Адыгею, что для нас совершенно недопустимо). Как быть с ними?

Наша позиция предельно последовательна: за сохранение русского господства в Русской Адыгее и Русской Карачаево-Черкесии мы готовы бороться абсолютно всеми способами. При лояльном отношении к России и русским мы не против государственного единства с Дагестаном и Кабардино-Балкарией. А вот Чечня и Ингушетия должны быть удалены из российского государственного организма решительно и безоговорочно, предельно жёстко и, если надо, жестоко. Естественно, из всех отпадающих от Русского государства провинций предварительно должны эвакуироваться русские люди под гарантию коллективной ответственности соответствующих диаспор России.

Что касается русского национально-государственного строительства – здесь действует один принцип: чем национально монолитнее государство, чем оно однороднее в культурно-цивилизационном отношении, тем оно более сплочённое и дееспособное. Такому государству совершенно не нужен цивилизационно чуждый регион, переполненный всевозможными “горячими точками”. Тем более, если от него можно отгородиться вполне чёткой и надёжной оборонительной границей по линии Ставропольского и Краснодарского краев.

НО ЕСТЬ и другая правда. Кавказ, исключительно обременительный для России в плане государственного строительства, чрезвычайно важен для неё стратегически – в качестве единственного моста, геополитически связывающего её с третьим миром. Миром, в котором только и можно искать надёжных союзников по борьбе с американским империализмом. Речь идет об Иране, Индии, а также Ираке и Ливии (как возможных центрах национальной консолидации всех арабов для борьбы за подлинную независимость и единство).

Неужели союз с ними нам так необходим? Да, чрезвычайно. Запад наркотически зависим от энергоресурсов третьих стран. Если мы начнём проводить в жизнь независимую национальную политику, он может пойти на тотальную блокаду России, компенсировав утрату российского сырья за счёт активизации нефтедобычи в странах Ближнего Востока, теперь и Азербайджана. Мы, тем самым, потеряем единственный на сегодня реальный источник для русской модернизации – нефтедоллары. Кроме того, мы окажемся между молотом Запада и наковальней Востока – ситуация покруче, чем война Гитлера на два фронта.

Это произойдёт в том случае, если нас отрежут от наших союзников или если произойдёт полная горбачевизация и последующий распад Ирана, если США с Израилем раздавят Ирак и Ливию, а с Пакистаном – Индию. Тогда действительно стоит совсем уходить со всего Кавказа, отгораживаясь от Востока великой китайской стеной.

Но это – путь поражения. В условиях битвы с космополитическим финансовым капиталом и его политическим орудием – американским империализмом, национализм не может победить в отдельно взятой стране. Если он будет отгораживаться от своих союзников среди других наций и даже цивилизаций, его просто задушат. Опыт Гитлера недвусмысленно обосновывает данное предположение.

ИТАК, Кавказ для России важен с точки зрения эффективного противодействия американскому империализму. Ни больше, ни меньше. Что это означает для практической политики России на Кавказе?

В плане геополитической обороны – всемерное противодействие проникновению на Кавказ и далее в Среднюю Азию, Поволжье и алтайский Туран главного американского сателлита и регионального противника России – Турции.

В плане наступательной геополитики – создание полноценного стратегического союза и обеспечение абсолютно свободного и беспрепятственного сообщения между Россией, Ираном, Ираком и Индией. Реализация данной задачи предоставит нам возможность рассчитывать на постепенное вытеснение США со всего Ближнего и Среднего Востока, что ознаменует собой полный системный крах этого мирового кровососа.

Все это практически невозможно без прочного союза и беспрепятственного как морского, так и сухопутного сообщения России с Ираном.

Россия, Кавказ и Иран.

У РОССИИ есть два сухопутных выхода на Иран. Один из них лежит через Азербайджан, с которым граничат и к которому прилегают мусульманско-кавказские республики РФ. Второй выход – через индоевропейскую и восточно-христианскую Армению, отрезанную от России православной Грузией. Что требуется в том и в другом случае?

Мусульманско-кавказский путь

НА ЭТОМ пути необходимо, во-первых, безусловное сохранение в составе России всех мусульманско-северокавказских республик. А значит – военное подавление сепаратизма. Во-вторых, практически невозможный сегодня стратегический союз с прозападным и протурецким Азербайджаном. (Для этого нужно свергнуть режим Алиева и водворить в Баку пророссийскую власть.)

Сепаратизм можно уничтожить окончательно, только предложив ему заманчивую альтернативу общего государственного строительства. Такую альтернативу предлагает “евразийство”, идеология России не как русского государства и русской цивилизации, но как в равной мере славяно-тюркского и христианско-мусульманского государства.

Подобная постановка вопроса могла бы устроить значительную часть элит мусульманско-кавказских народов, включая даже азербайджанскую мелкобуржуазную элиту. Именно она стала бы главной опорой российско-азербайджанского союза в обмен на: свободу передвижения лиц, товаров и услуг; предоставление договаривающимся сторонам национального режима экономических прав (а лучше всего – введение общего гражданства). Тогда Россия могла бы прибрать к рукам значительную часть каспийской нефти, предоставив союзнику полную гегемонию в сфере оптовой и розничной торговли на всём российском рынке продовольствия.

Само собой, пришлось бы смириться с тем, что в русских городах прибавится лиц не просто “кавказской”, а именно мусульманско-кавказской национальности. Ведь все эти республики по сравнению с русской национальной территорией просто-таки вопиюще перенаселены, а демографический рост у этих народов все продолжается одновременно со столь же динамичным спадом рождаемости у русских.

С русским национализмом такая геополитика никак не совместима.

Хотя бы потому, что в этом случае сработает уже евразийский эффект домино. Равноправный славяно-тюркский, русско-мусульманский союз с Кавказа автоматически распространится на всю Среднюю Азию (благо, Нурсултан Назарбаев давно уже носится с этой идеей). Будет воссоздано общее государственное пространство, на котором русские в течение всего нескольких десятилетий превратятся в этническое меньшинство. Иначе и быть не может – тюркский, мусульманско-кавказский демографический натиск неизбежно устремлён на Север. На Юге ему больше нечего осваивать.

Вот почему мусульманско-кавказский вариант выхода России к Ирану нас, русских людей, устроить не может никак.

Христианско-кавказский путь

ОН МОЖЕТ найти воплощение в уже давно витающей в воздухе идее оси “Москва – Ереван – Тегеран”. Основой такого долгосрочного союза являются не только общие арийские корни образующих его наций, но и совместное противодействие натиску агрессивных сил Турана и стоящего за ним Запада. В чём угроза пантюркизма для России – теперь уже понятно почти всем. Для Армении – тем более.

Что же нужно для выхода России к Ирану через Армению? Два необходимых условия. Во-первых, наличие у России прямой реально контролируемой границы с Грузией. Во-вторых, пророссийская и антизападная направленность грузинской внешней политики.

Такая направленность могла бы быть обеспечена радикальным православным характером грузинской государственности и национального самосознания. Грузины должны и могут рассматривать себя как неотъемлемую часть цивилизации европейских восточно-христианских народов. Но именно с этим дело обстоит сложнее всего. Режим Шеварнадзе – это столь же оголтело прозападный, протурецкий, сколь и антироссийский режим. Сегодня Грузия играет на одном поле с Чечней и Азербайджаном против России и Армении. А без Грузии связь России с Арменией, а значит и с Ираном, будет носить совершенно эфемерный характер.

Что с того? Если режим Шеварнадзе стоит на пути геостратегического союза России, Армении и Ирана – тем хуже для этого режима: он должен быть уничтожен. На его место должна придти православная патриотическая власть, ориентированная на союз с Россией.

В современной Грузии эти силы представляют собой отец и сын Гиоргадзе. Чем же в глазах своего народа помимо цивилизационно-конфессиональных соображений могли бы они обосновать пророссийскую политику? Только одним – восстановлением территориальной целостности Грузии в форме конфедерации и возвращением грузинских беженцев к исконным местам их проживания в Абхазию. При этом единство Грузии должно будет носить не унитарный и не федеративный характер, а именно характер многонациональной конфедерации, в рамках которой Абхазия будет обладать широчайшей автономией, а Южная Осетия правом на конфедеративные отношения с Северной Осетией. Грузины смогут вернуться к родным очагам, грузинский капитал получит доступ к абхазским портам и курортам.

Условием восстановления и сохранения территориальной целостности Грузии, грузинского этнического присутствия в Абхазии и Южной Осетии должна быть безусловная военно-политическая зависимость Грузии от России. Думается, на такую модель конфедеративного многонационального единства с сохранением большей части национального суверенитета после многих лет блокады согласилась бы и Абхазия. Россия в этом случае просто закрепила бы назревший компромисс.

ДАННЫЙ вариант для России много проще и выгоднее первого. Он не требует от нас силового удержания мусульманско-кавказских республик и уж тем более утраты русского облика нашей государственности и цивилизации. Кроме того, подобный союз не требует от России не только государственного единства со странами христианского Кавказа, но даже и безвизового режима въезда.

Ориентация России на Ереван не несет с собой этнодемографической угрозы. Армения, судя по заявлениям радикальных армянских националистов, не только не собирается отказываться от Карабаха, но и рассчитывает рано или поздно вернуть себе Нахичевань и Карскую область с горой Арарат. Территория этой страны должна будет увеличиться в несколько раз. Но современной Армении, переживающей процессы масштабной депопуляции, такое не под силу. Поэтому амбициозная Армения своей государственной идеологией должна будет провозгласить собственный аналог раннего израильского сионизма – объединение всего или большей части армянского народа в рамках единого национального государства. Массовое репатриационное движение – вот что можно предсказать в связи с этим. То есть, в отличие от тюркско-кавказского демографического натиска, армянский, напротив, объективно будет устремлён именно на Юг, на возвращение и освоение оккупированных тюрками армянских земель. Нетрудно предположить и возобновление военного противостояния Армении с Азербайджаном. Что ж, мы по просьбе армянских властей могли бы открыть в Краснодарском крае филиалы армянских военкоматов, занимающихся отловом тамошних дезертиров, спекулирующих на южнорусских рынках...

КАКИЕ препятствия могут помешать осуществлению данного проекта?

Первое – если мусульманско-кавказский клин отсечёт Россию от Грузии. Это возможно в том случае, если горцы сумеют оторвать от России не только мусульманско-кавказские республики, не только русскую Адыгею, но и значительную часть прилегающего к ней Краснодарского края. Но, хотя русский народ порядком ослаб, однако не до такой степени, чтобы позволить этим <... > аннексировать безусловно принадлежащие ему земли.

Второе – если Грузия сама сумеет восстановить свою территориальную целостность военным путём и тем самым разорвёт все путы её зависимости от России. Последнее было бы крайне нежелательно, но всё же и в этом случае не всё будет для нас потеряно. Ведь мы можем, во-первых, направить мусульманско-кавказский взрыв в сторону Грузии, а, во-вторых, в нужный момент с помощью Еревана спровоцировать взрыв в южных районах Грузии, компактно населённых армянами.

Мусульманско-кавказский взрыв и русская геополитика

МУСУЛЬМАНСКО-кавказский фактор – это то, в чём мы сегодня увязаем. То, что заставляет нас расстрачивать наши национальные силы, подрывает нашу веру в себя. Остановить мусульманско-кавказский взрыв после того, что произошло в Чечне, после того, что происходит в Дагестане и готовится произойти на всём Северном Кавказе, можно было бы только военной силой.

Наведение “конституционного порядка” на всём Кавказе слишком дорого бы обошлось нам. Конечно, можно выжечь всё это пространство огнём и мечом в назидание другим. Но, спрашивается, зачем? Подобная акция стоила бы денег, которые можно истратить с большим толком для русских людей. Из мусульманско-кавказских республик русским надо по возможности плавно и организованно уходить. Уходить, предварительно дробя местное пространство, создавая связи с местными князьками, оставляя лояльных и завязанных на российскую поддержку полевых командиров. Народы, народности, племена, кланы, тейпы, толки – какой невероятный простор для и манипуляции аборигенами! Разделяй и властвуй!

Но предварительно надо:

– отойти на хорошо оборудованную границу по линии Краснодарского и Ставропольского краев,

– положить конец спорам вокруг Пригородного района и, вооружив православных осетинов, создать из их отрядов, усиленных самой современной военной техникой, заслон на границе с Ингушетией,

– расквартировать на Юге России ударный ракетно-авиационный корпус, отвечающий на каждый набег горских бандитов массивными, жесточайшими ковровыми бомбардировками возмездия и устрашения.

Никаких наступательных сухопутных операций, только оборона! Полгода такой политики, и у всей этой компании надолго отпадёт охота соваться в русские земли. Но оружие-то у них останется, и противоречия, и энергия. А ресурсов для развития нет, и подпитки из России – нет. Что делать? Отнимать друг у друга и у тех соседей, которые послабее России.

В первую очередь это – Грузия, на свою голову поддерживающая чеченов. Подобная близорукость обойдётся ей сторицей. И не только ей. Российские войска уйдут с азербайджанско-дагестанской границы, но останется проблема разделённого лезгинского народа. Нам надо позаботиться и о том, чтобы вместе с ней у лезгинов осталось и оружие.

Но проблемы возникнут не только у лезгинов с азербайджанцами. Лакцы, даргинцы, аварцы, кумыки, рутульцы, кабардинцы, балкарцы, табассараны, ногайцы, таты, ингуши, чеченцы, а ещё и десятки непризнанных ими национальностей типа цезов – это далеко не полный список народцев и народиков, которые толпятся на чрезвычайно сжатом, но переполненном оружием и противоречиями пространстве всего мусульманского Кавказа. Пространстве, которое, разрываясь в клочья от изнурительных междуусобиц, будет беспощадно отделено от внешнего мира прочным геополитическим кольцом: Россия – Грузия – Армения – Иран.

После завершения такой стратегической блокады утрата даже всего мусульманского Кавказа России будет абсолютно не страшна.

ЧЕРНАЯ ДЫРА

С ТОЧКИ зрения геополитики, мы должны превратить весь мусульманский Кавказ в одну большую чёрную дыру. Азербайджан, Дагестан, Чечня, Ингушетия весьма интересны для американской, турецкой или саудистской геополитики. Но они будут отрезаны от них железным арийским обручем. Неуёмные дикие горцы десятилетиями станут истощать друг друга, будучи не в силах причинить сколь-либо серьёзный ущерб России. Чёрного моря им не видать – к нему не прилегает ни одна кавказско-мусульманская территория. Каспийская нефть не пойдёт в Западную Европу через Турцию, она, если будет на то наша воля, вообще не пойдёт в Европу. Вкупе с нашими сателлитами – Арменией и Грузией, вместе с нашим партнёром – Ираном мы заблокируем транспортировку нефти из Азербайджана, вышибем этот перспективный ресурс из-под ног Запада.

Да, Грузия или Иран лишатся гипотетического источника доходов от транзита нефти. Но для Грузии куда важнее абхазские курорты и порты, а блокировка азербайджанской нефтедобычи автоматически повышает цену в том числе и на иранскую нефть.

(Очень важно при этом использовать абсолютно все возможности российской политики для поддержания и дальнейшей эскалации антиамериканских настроений в Иране. Прозападное перерождение его правящей элиты, “горбизация”, будет означать тотальное геополитическое поражение России на всём восточном направлении.)

Тем самым центральноазиатские тюрки будут с двух сторон отсечены от Турции так же, как и весь мусульманский Кавказ. На пантюркизме можно будет поставить крест. Для антиимпериалистического союза России с энергоэкспортирующими национальными центрами третьего мира откроются новые перспективы.

МОРАЛЬ сей басни такова: на худой конец России можно уйти с большей части мусульманского Кавказа. Но только если взять его в кольцо и отрезать как от российских тюркских республик, так и от прозападной Турции. Поэтому внимание наше должно быть обращено не на уже проигранные Чечню с Ингушетией и Дагестаном, а на русские Адыгею, Карачаево-Черкессию, Башкирию, Татарию, на лояльную Кабардино-Балкарию и внутригрузинские противоречия.

В ином случае мусульманско-кавказский взрыв грозит перерасти в мусульманско-кавказско-тюркский. Чтобы этого не было, противодействовать сегодня нужно не режимам Масхадова или Аушева (поздно!), а режимам Рахимова, Шаймиева и Шеварднадзе.

Вадим Сидоров

«Национальная газета» № 8-9(20-21), 1998

Яндекс.Метрика