24
Вс, март

Нужен ли русским национал-социализм?

Русские и Национал-Социализм

“Россия – русское государство”: к этой формуле сегодня склоняются все заметные идеологи русского национализма. Но каким быть этому государству? Каков будет его экономический базис? Какими – общественные отношения? Какая идеология возьмет верх и будет владеть умами русских граждан, подвигая их на государственное строительство? Какие лозунги и девизы окажутся начертаны на государственном штандарте? По этим важнейшим вопросам идет сегодня полемика. Никакого единодушия, единомыслия тут пока нет. Напротив, велик разброс мнений. Одним из наиболее заметных направлений мысли является вполне традиционный, хорошо знакомый миру, ныне вполне даже консервативный (так и тянет написать: “старый, добрый”) национал-социализм. Его наиболее заметные представители сегодня – А. Баркашев, А. Дугин, Г. Зюганов, А. М. Иванов, Э. Лимонов-Савенко, В. Попов, большая часть национал-патриотических СМИ. Им возражают с большим или меньшим успехом: В. Авдеев, С. Городников, П. Хомяков, А. Севастьянов, В. Сидоров. Все новое в идеологии всегда проходит нелегкий путь становления и завоевания массового сознания. Неизбежны ошибки, временные отступления, но – и прорывы, открытия, победы. Мы хотели бы предоставить страницы “Национальной газеты” для идеологической дискуссии и приглашаем читателя в арбитры. Для начала помещаем новый вариант фрагмента из большой статьи А. СЕВАСТЬЯНОВА “НАЦИОНАЛИЗМ ПРОТИВ СОЦИАЛИЗМА”, помещенной в малотиражном сборнике “Русский строй” (М., “Интеллект”, 1997, тир. 1000 экз.). Ждем ваших отзывов. – Ред.

Главный враг любого истинного националиста – это не национализм ближайшего или отдаленного народа, к примеру, украинского или немецкого, – а ИНТЕРНАЦИОНАЛ, в каком бы обличьи он ни выступал.

Я взялся об этом напомнить потому, что, к сожалению, интернационализм и социализм – в равной мере исторически органичны для русского народа, имеют один источник, восходят к исконным архетипам, глубоко связанным между собою.

Именно поэтому в России, как сейчас будет показано, и теория социализма, и его практика всегда были намертво связаны с интернационализмом. Я бы сказал даже, что интернационализм есть родимое пятно всего без исключений русского (хотя и не только русского) теоретического социализма.

Обратимся непосредственно к работам выдающихся русских социалистов. Их воззрения на национальный вопрос отличались ясностью и отчетливостью, в чем нетрудно убедиться. Для краткости приведу одни цитаты.

М. В. Буташевич-Петрашевский: “Социализм есть доктрина космополитическая, стоящая выше национальностей: для социалиста различие народностей исчезает, есть только люди”. Он искренне полагал, что в исторической перспективе в мире исчезнут не только вражда, но и различие между народами, что нации по мере своего развития утрачивают свои признаки, и что только утрачивая эти свои отличительные прирожденные свойства, они могут стать “на высоту человеческого, космополитического развития”.

П. Л. Лавров считал, что интернационалисты в лице Маркса и его последователей возродили космополитическую традицию просветителей-энциклопедистов 18 века, придав ей новый характер и найдя социальную опору в пролетариате. Сама по себе национальность – “не враг социализма, как современное государство; это не более, чем случайное пособие или случайная помеха деятельности социализма”. Поэтому социалист, даже прикрываясь порой обликом “«ревностного националиста», имеет целью ввести людей своей нации в работу социалистических идей с тем, чтобы в конце концов национальные различия между людьми были преодолены и позабылись”. Он полагал, что национальный вопрос должен совершенно исчезнуть перед важными задачами социальной борьбы, для которой границ, языков, преданий не существует: “есть только люди и общие всем цели”. В дальнейшем, считал он, границы будут иметь мало значения, а там и само различие национальностей станет лишь “бледным преданием истории, без практического смысла”.

П. Н. Ткачев в статье “Революция и принцип национальности: По поводу “Записок южнорусского социалиста” (1878) полагал, что между образованными людьми, между людьми психически развитыми нет и не может быть ни эллинов, ни иудеев, есть только люди; что интеллектуальный прогресс стремится уничтожить национальные особенности, слагающиеся из бессознательных чувств, привычек, традиционных идей и унаследованных предрасположений. Принцип национальности несовместим с принципом социальной революции и должен быть принесен в жертву последнему – это одно из требований настоящего социалиста. Между принципом социализма и принципом национальности существует непримиримый антагонизм. Социалист “с одной стороны,.. должен содействовать всему, что благоприятствует устранению перегородок, разделяющих народы, всему, что сглаживает и ослабляет национальные особенности; с другой – он должен самым энергичным образом противодействовать всему, что усиливает и развивает эти особенности. И он не может поступать иначе”.

В. И. Ленин категорически возражал против концепции национально-культурной автономии народов, называл ее “утонченно-националистической, подрывающей интернационально-территориальные союзы борющегося пролетариата. В “Критических заметках по национальному вопросу” (1913) он утверждал: “Лозунг национальной культуры – есть буржаузный (а часто и черносотенно-клерикальный) обман. Наш лозунг есть интернациональная культура демократизма и всемирного рабочего движения... Может великорусский марксист принять лозунг национальной великорусской культуры? Нет. Такого человека надо поместить среди националистов, а не марксистов”. И т. д. Предписания Ленина недвусмысленны: задача пролетариата включает в себя “борьбу со всяким национализмом и в первую очередь – с национализмом великорусским; признание не только полного равноправия всех наций, но и равноправие в отношении государственного строительства, т. е. право наций на самоопределение, – а наряду с этим, и именно в интересах успешной борьбы со всяческим национализмом всех наций, отстаивание единства пролетарской борьбы и пролетарских организаций, теснейшего слияния их в интернационалистическую общность, вопреки буржуазным стремлениям к национальной обособленности”. Он писал также о “всемирно исторической тенденции капитализма... к стиранию национальных различий, к ассимилированию наций, которая с каждым десятилетием проявляется все могущественнее, которая составляет один из величайших двигателей, превращающих капитализм в социализм”. На этом основании Ленин утверждал: “Вся хозяйственная, политическая и духовная жизнь человечества все более интернационализируется уже при капитализме. Социализм целиком интернационализирует ее”; “Целью социализма является не только уничтожение раздробленности человечества на мелкие государства и всякой обособленности наций, не только сближение наций, но и слияние их”; “Пролетарская партия стремится к сближению и дальнейшему слиянию наций”; пролетариат должен поддерживать “все, помогающее стиранию национальных различий, ... все, ведущее к слиянию наций”; “Национальные движения реакционны, ибо история человечества есть история классовой борьбы, в то время как нации – выдумка буржуазии”. В марте 1919 г. Ленин солидаризировался с Пятаковым в том, что мир без наций – “это великолепная вещь и это будет”, жаль только, что не скоро. И т. д.

ТЕОРЕТИКИ русского социализма – это не доморощенные мыслители, не понимавшие, кому и что они говорят. Это были, во-первых, наиболее прозорливые идеологи, создатели учения, остро ощущавшие и ясно понимавшие абсолютную несовместимость принципа национальной солидарности с принципом солидарности классовой. А во-вторых, это были столпы общественного мнения, оракулы, которые лучше других чувствовали и понимали настроения огромных народных масс и лучше других эти настроения и мысли выражали. Их влияние, авторитет были столь велики именно потому, что в них видели выразителей народной воли, народного духа.

События начала века показали их правоту в том смысле, что, связывая социализм с интернационализмом, они, как оказалось, сумели заглянуть в душу русского народа и отразить ее, как в зеркале.

Стихийный социализм и стихийное же нежелание различать национальности триумфально вышли рука об руку из толщи русской народной жизни на поверхность жизни общественно-политической. Самый яркий и убедительный пример – выборы в Учредительное собрание в 1917 г., когда 90% избирателей (!!) проголосовало за социалистов всех мастей.

Девяносто процентов!! Что же, люди не видели, кто стоит во главе социалистических партий? Кто составляет их ядро, их боевую головку, их штабы? Всех этих цедербаумов, апфельбаумов, гершуни, азефов, гоцев, либеров, данов, розенфельдов, лурье, лениных, бронштейнов, свердловых, дзержинских и проч.?! Отлично видели, все знали и понимали. Но это никого не смутило! Торжество идей социализма шло в ногу с торжеством идей интернационала. Лишь ничтожное меньшинство, не имеющее ни веса, ни доброй репутации в политике, так называемые “черносотенцы”, впоследствии в корне изведенные, открыли для себя вторую сторону, изнанку революции и гражданской войны: их страшный, истребительный для русской нации характер. От большинства же русских – абсолютного, подавляющего большинства! – этот характер остался скрыт…

Победа русского социализма и – как это ни парадоксально – русского интернационализма была неизбежна. Чем это обернулось?

А обернулось это национальной катастрофой и русским геноцидом. Параметры этой катастрофы здесь прописывать не место. Имеется специальная литература. Поэтому не буду говорить ни о прямом и чудовищном ограблении русского народа, ни об уничтожении его элиты, ни о навязанной ему иссушающей роли донора, ни о подрыве русской биопопуляции и демографическом кризисе.

Скажу только об одном. В результате построения практического социализма денационализация русского народа доросла до невероятных масштабов. Господствующей “русской идеей” в так называемой Советской Империи стал великодержавный космополитизм, он же безродный патриотизм. По мере того, как в союзных республиках росли национальные элиты, а с ними – местный национализм, русские чем дальше, тем больше отрекались от национального сознания. Не только в русской политической теории, но и в государственной практике России сплав социализма с интернационализмом оказался органичным, жизнеспособным, действенным, победным, но – это столь же очевидно – губительным, самоубийственным для нации.

Какой урок отсюда извлечем?

Национализм и социализм – две вещи несовместные, взаимоисключающие. Об этом говорят нам русские социалисты-теоретики. Об этом кричит русская социалистическая практика. Об этом гласит современная идеология русского национализма.

(Нам заявляют, правда, что пример Германии 1-й половины столетия будто бы опровергает вышеприведенный тезис. Это неверно. Во-первых и прежде всего, под личиной национал-социализма в Германии был в действительности осуществлен национал-капитализм [см. об этом мою работу “Уроки Гитлера”]. Во-вторых, трюк Гитлера состоял в том, что он посулил всему немецкому народу, включая рабочих и крестьян, роль элиты во всемирном масштабе. Таким образом элитарное [по определению] националистическое мировоззрение вмиг оказалось открыто для всех слоев немецкого общества, радостно приобщившихся к нему в предвкушении мирового господства. Можем ли мы хотя бы в бреду обещать сегодня нечто подобное русским? В-третьих, национал-социализм действительно оказался возможен, но только не в одной отдельно взятой стране: он возникает в условиях империалистической международной эксплуатации как результат ее, когда развитые страны даруют своему населению социальные льготы и гарантии за счет эксплуатируемых народов. [Гитлер не смог добиться этого грубой силой, но его политические преемники в странах “золотого миллиарда” осуществили его заветы и мечты с помощью самого совершенного “оружия новейшего времени”: экономики и идеологии.] Россия пока что бесконечно далека от подобной возможности. Ставить несообразные силам задачи – значит наверняка надорваться вконец. В-четвертых, как говорится, “что русскому здорово, то немцу смерть”. У славян и германцев разные архетипы: древние германцы жили кровнородственной общиной [и именовались по имени общего предка], а славяне – территориальной [и именовались по ареалу обитания: поляне, древляне, полещуки, вятичи, дреговичи и т. д.]. У простого немца в крови извечный национализм есть, а у простого русского – нет. Это надо твердо усвоить и не забывать.)

Что из этого следует? Не надо преуменьшать сложность наших задач, но не надо и отчаиваться. Нужно трезво оценивать обстановку, ясно видеть расстановку социальных сил, их характеристики. Нужно ставить на верную лошадь.

Александр Севастьянов

«Национальная газета» № 6(10) 1997 г.

Яндекс.Метрика