Sidebar

03
Ср, март

Бисмарк

Персоны

Среди зарубежных политиков, чье имя небезразлично России, в первую десятку входит имя «железного канцлера» кайзеровской Германии Отто фон Бисмарка, чье 200-летие отмечается как раз 1 апреля сего года.

Бисмарк был одним из тех людей, чья воля определяла судьбы народов и государств его времени. А его отношения с Россией – суть исторические, подлежащие изучению и анализу со стороны потомков как в Германии, так и в России. Ибо опыт, содержащийся в них, полезен и актуален для наших дней.

Будучи послом в Санкт-Петербурге в течение ряда лет (1857-1861), Бисмарк хорошо изучил русский язык, русские нравы и характеры, русскую политику. Он пользовался покровительством и дружбой министра иностранных дел Александра Горчакова, водил романы с русскими светскими красавицами, читал роман Тургенева “Дворянское гнездо” и запрещенный герценовский “Колокол” и даже участвовал в забаве русских царей – охоте на медведя (увлекшись ею так, что чуть не потерял отмороженные на охоте ноги). Не потому ли высказывания Бисмарка о России до сих пор пользуются популярностью, их охотно цитируют, вспоминают?

Вот самые известные цитаты Бисмарка о России:

— «Русские долго запрягают, но быстро ездят»;

— «Не надейтесь, что единожды воспользовавшись слабостью России, вы будете получать дивиденды вечно. Русские всегда приходят за своими деньгами. И когда они придут – не надейтесь на подписанные вами иезуитские соглашения, якобы вас опрадывающие. Они не стоят той бумаги, на которой написаны. Поэтому с русскими стоит или играть честно, или вообще не играть»;

— «Превентивная война против России – самоубийство из-за страха смерти»;

— «Россия опасна мизерностью своих потребностей»;

— «Даже самый благополучный исход войны никогда не приведёт к распаду России, которая держится на миллионах верующих русских греческой конфессии. Эти последние, даже если они впоследствии международных договоров будут разъедены, так же быстро вновь соединятся друг с другом, как находят этот путь к друг-другу разъединённые капельки ртути. Это неразрушимое Государство русской нации, сильно своим климатом, своими пространствами и своей неприхотливостью, как и через осознание необходимости постоянной защиты своих границ. Это Государство, даже после полного поражения, будет оставаться нашим стремящимся к реваншу противником...».

Как видим, многое в цитированных мыслях продиктовано доброжелательным или во всяком случае объективным отношением. Бисмарк знал, о чем говорил, и в целом смотрел на Россию, в отличие от большинства наших международных партнеров, с симпатией.

Почему?

* * *

Бисмарк вошел в мировую историю как собиратель немецких земель, один из главных творцов Германской империи – Второго Рейха. На этом пути ему пришлось преодолевать сопротивление троих главных противников: 1) самого немецкого народа, поскольку далеко не все немецкие князья стремились поначалу попасть под единовластие прусских Гогенцоллернов; 2) Австрии, которая сама претендовала в то время на роль объединителя немецких земель, 3) Франции, которая вполне прозорливо усматривала в усиливающейся Пруссии врага номер один и имела все основания опасаться его дальнейшего усиления, а тем более создания единого централизованного государства немецкой нации.

Здесь приходится вспомнить о том, что у народов и государств не бывает ни вечных врагов, ни вечных друзей, но только вечные интересы.

Всего за сто лет перед тем, когда с точно такими же объединительными претензиями выступил Фридрих Великий, Россия положила им предел, в лоск разгромив считавшуюся лучшей в Еврое армию пруссаков в ходе Семилетней войны. Единая Германия под водительством Пруссии в XVIII веке так и не состоялась, поскольку это противоречило бы интересам России.

Но за сто лет многое изменилось, и в те годы, когда Россия противостояла в Крыму военной интервенции главных европейских держав, Бисмарк противился попыткам Австрии провести мобилизацию германских армий для войны с Россией. И благодарная Россия не забыла этого. Позже, когда Бисмарк искал дружбы у русских, Россия, униженная итогами Крымской войны, враждебно настроенная по отношению к Франции и Австрии, там самым становилась естественным союзником Пруссии, не особо заглядывая вдаль.

Обсуждая роль Бисмарка в истории – особенно в истории российско-германских отношений – мы не можем отвлечься от особенностей его личности, его характера. От тех принципов, которые он считал главными в политике. А он этих принципов не скрывал, заявив еще в 1862 году на заседании парламента: "Великие вопросы времени будут решаться не речами и резолюциями большинства – но железом и кровью".

В тот момент сказанное относилось прежде всего к объединению немецких земель, но с течением лет стало ясно, что это жизненное кредо Бисмарка на все времена. Это ведущий принцип, который следует раз навсегда либо принять, либо отвергнуть.

Что служит критерием истины? Как известно: практика. И политическая практика Бисмарка подсказывает нам, что «железный канцлер» был прав в своих установках.

При благожелательном невмешательстве, а то и при прямой поддержке России, Бисмарк, уже будучи канцлером Пруссии и опираясь на личные связи в Петербурге, решил главную задачу своей жизни в три приема. Железо и кровь при этом были востребованы в высшей степени.

В 1850-е годы Австрия была еще слишком сильна, а Пруссия слишком слаба, чтобы военным путем решать вопрос о гегемонии в Немецком мире. Сразу по окончании Крымской войны, Бисмарк лелеял даже мысль об антиавстрийском русско-прусско-французском союзе, ради которого ездил в Париж на встречу с Наполеоном Третьим. Но из этого ничего не вышло, и история пошла по более убедительному варианту, обеспечив Бисмарку лавры триумфатора.

Прежде всего, Пруссия провела успешные военные действия против слабейшего противника. В 1864 году вспыхнула война с Данией из-за Шлезвига и Гольштейна, которые были южной частью Дании, но в которых преобладали этнические немцы. Вскоре Дания проиграла, и эти герцогства были поделены между Пруссией и Австрией.

Однако это не примирило претендентов на немецкое лидерство, скорее наоборот. Вскоре стало понятно, что войны не избежать, и обе стороны начали мобилизацию своих военных сил. Пруссия заключила тесный союз с Италией, связавшей значительные австрийские силы на юге. Австрийцы терпели одно поражение за другим и были вынуждены принять мирный договор, навязанный Пруссией. В результате к последней отошли не только полностью уже Шлезвиг-Гольштейн, но и западно-немецкие земли Гессен-Кассель, Нассау, Ганновер и Франкфурт-на-Майне.

Итогом стало создание Северо-Германского союза под водительством Берлина – важнейшее достижение, которое сегодня назвали бы «аэродромом подскока» к главной цели: Второму рейху. Две недели спустя Бисмарк стал канцлером: судьбоносное обстоятельство и свидетельство его заслуг.

Поразительно здесь не то, что Бисмарк добилося впечатляющей победы, используя как военный, так и дипломатический арсенал, а то, как он распорядился этой победой. Он сумел умерить аппетиты Вильгельма I и прусских генералов, желавших вступить в Вену и требовавших крупных территориальных приобретений. Бисмарк не позволил Вильгельму I "поставить Австрию на колени", оккупировав Вену, и предложил Австрии почетный мир (Пражский мир 1866 года). Будущий канцлер настоял на сравнительно легких условиях мира для Австрии с тем, чтобы обеспечить ее нейтралитет в будущем конфликте Пруссии и Франции. Это было мудро.

Одновременно Бисмарк сумел заручиться таким же нейтралитетом со стороны России и даже Англии.

Судьба Франции была этим решена. Когда прусские генералы начали одерживать над французами победу за победой, ни одна крупная европейская держава не вступилась за побежденных.

В Северо-Германский союз наряду с Пруссией входило еще около 30 государств. Все они, согласно конституции, принятой в 1867 году, образовали единую территорию с общими для всех законами и учреждениями. Внешняя и военная политика союза была фактически передана в руки прусского короля, который объявлялся его президентом. С южно-германскими государствами вскоре был заключен таможенный и военный договор.

В руках Вильгельма Первого оказалась сосредоточена огромная сила объединенных немецких земель, охваченных воодушевлением и сознанием собственного необычно возросшего могущества.

При этом едва ли не наибольшим успехом Бисмарка-дипломата стал тот факт, что именно Франция напала на Северо-Германский союз, вопреки показным миролюбивым намерениям и мелким уступкам, на которые шел по отношению к ней Бисмарк (вывод прусских войск из Люксембурга в 1867 году, заявления о готовности отказаться от Баварии и создать из нее нейтральную страну и т.д.).

Ровно через месяц после начала боевых действий значительная часть французской армии была окружена немецкими войсками под Седаном и капитулировала. Сам Наполеон III сдался в плен Вильгельму I, а в Париже произошла очередная революция и возникла Парижская Коммуна, к счастью, недолго продержавшаяся.

В результате такого ослепительного успеха к Пруссии быстро и радостно присоединились не только вечно спорные Эльзас и Лотарингия, но также королевства Саксония, Бавария и Вюртемберг. В декабре 1870 года баварский король предложил восстановить Немецкую империю и немецкое императорское достоинство. Вековая мечта всех немцев должна была осуществиться.

18 января 1871 года в зеркальном зале Версаля Бисмарк провозгласил создание Второго Рейха. Вильгельм Первый принял титул императора (кайзера) Германии. В Версале он впервые надписал на конверте адрес – "канцлеру Германской империи", утвердив тем самым право Бисмарка управлять империей, которую тот создал.

Это был триумф победителя. Но не только его лично. Принцип «железом и кровью» торжественно справлял свою победу на авансцене всемирного театра событий.

* * *

Увы, диалектика истории такова, что победа вдохновлявшей Бисмарка идеи, разгром исторического противника – Франции и реванш за все унижения наполеоновских времен, а главное – создание Германской империи, – все это создало новую политическую реальность в Европе и мире, привело к очередной перегруппировке сил, к созданию новых комбинаций и союзов. Итогом чего стало разминовение России и Германии, положившее основание для двух самых страшных войн за всю историю человечества. Как же это получилось, что недавние искренние, казалось бы, союзники стали неприятелями?

Бисмарк мечтал о доминировании не только Пруссии в Немецком мире, но и новой объединенной Германии – в глобальном масштабе.

Однако вскоре после создания Второго Рейха Бисмарк убедился в том, что Германия не имеет возможности доминировать даже в Европе. Этому мешала, в первую очередь, Австрия, а точнее, династия Габсбургов, в свою очередь мечтавшая объединить всех немцев под своей эгидой. Кроме того, Бисмарк понимал, что отныне Франция живет одной мечтой – мечтой о реванше. Усиление Германии вызвало вполне понятные опасения и у Англии, и у других европейских держав. Перед Берлином замаячил призрак изоляции.

В этих условиях Бисмарк стремится к сближению с Россией, лоббирует и подписывает в 1871 году Лондонскую конвенцию, отменившую запрет России иметь военный флот в Чёрном море.

Все последующие годы десятилетия Бисмарк декларирует мирную политику. Опасаясь непосильной для Германии войны на два фронта, он формулирует свои задачи так: «Сильная Германия стремится жить мирно и мирно развиваться». С этой целью она должна иметь сильную армию с тем, чтобы «не быть атакованной кем бы то ни было, кто вынет меч из ножен».

Однако мир в Европе оказался нарушен, и на этот раз нарушителем была Россия, объявившая в 1877 году войну Оттоманской Порте, разгромившая ее и заключившая мир в Сан-Стефано (март 1878). Столь резкое изменение баланса сил вызвало болезненный резонанс во всей Европе. У Австрии и Англии, имевших свои интересы на Балканах, возникли сопернические претензии к России. Опасность антигерманской коалиции заметно уменьшилась, возможности манипулировать европейской политикой для Германии возросли. Бисмарк решил воспользоваться ситуацией в качестве посредника, чтобы получить политические дивиденды со всех сторон.

13 июня 1878 года в Берлине открылся международный конгресс по урегулированию послевоенной ситуации, в котором пришлось принять участие и России, чтобы избегнуть повторения Крымской войны. Своим посредником Россия надеялась видеть Германию, лично Бисмарка; Горчаков возлагал большие надежды на старую дружбу, на личные отношения с «железным канцлером».

Но канцлер, председательствовавший на конгрессе, их не оправдал. Многие из перешедших к России территорий были возвращены Турции, Босния и Герцеговина были переданы Австрии, преисполненный благодарности турецкий султан отдал Британии Кипр. Достижения России, щедро оплаченные русской кровью, оказались позорно минимизированы.

По сути дела, на Берлинском конгрессе лета 1878 Россия лишилась плодов своей победы. Горчаков с горечью писал Александру Второму: "Берлинский трактат есть самая черная страница в моей служебной карьере". «В моей тоже», – наложил резолюцию русский Император.

Благодарить за это приходилось Бисмарка.

Бисмарк, творец Берлинского конгресса, стремясь заручиться благоволением Австрии и Англии из опасения войны на два фронта, сломал отношения с Россией и тем самым проложил путь Франко-русскому союзу и грядущей Антанте.

Весь мир очень дорого заплатил за эту ошибку.

* * *

Вероятно, Отто фон Бисмарку даже в самых кошмарных снах не могли привидеться ужасы Первой и Второй мировых войн, явившихся последствием «маленького предательства», совершенного им по отношению к России в 1878 году на конгрессе в Берлине. Ведь сам он всегда считал, что война с Россией была бы крайне опасной для Германии.

Современники свидетельствуют, что за этот поступок «железный канцлер» был подвергнут сокрушительной критике со всех сторон. В прессе России началась острая кампания против Германии. Император Вильгельм был крайне испуган крахом прежней прорусской внешней политики Германии. Он писал Бисмарку о том, что дело идёт к заключению союза между царской Россией и Францией, указывая на ненадёжность Австрии как союзника, а также на неопределённость позиции Британии.

Бисмарк оправдывался, утверждая, что его инициативы предприняты и в интересах России…

Но колесо истории уже повернулось необратимо.

Заключив с Австрией «Обоюдный Договор» (1879), Бисмарк окончательно втолкнул Россию в объятия Франции. Это было фатальной ошибкой Бисмарка, разрушившей близкие отношения наших стран. Между Россией и Германией началась жёсткая тарифная борьба. С этого времени Генеральные штабы обеих стран стали разрабатывать планы превентивной войны друг против друга. А когда в том же году обострились франко-немецкие отношения, Россия в ультимативной форме потребовала от Германии не начинать новую войну.

В отчаянии Бисмарк даже подал в отставку, но кайзер отказался принять её и отправил канцлера в бессрочный отпуск, продлившийся пять месяцев.

Через два года, когда у России оказались связаны руки необходимостью борьбы с внутренней угрозой политического терроризма (в марте 1881 года был убит император Александр Второй), Берлину удалось добиться подписания договора России, Германии и Австро-Венгрии, в соответствии с которым участники обязались соблюдать нейтралитет, если даже один из них начнёт войну с любой четвёртой державой.

Но временные меры уже не способны были принципиально улучшить, а тем более кардинально изменить характер русско-немецких отношений. В 1885 году эти отношения снова обострились из-за сербско-болгарской войны. Генеральные штабы России и Франции снова начали разрабатывать планы войны с Германией. Началась тарифная война, связанная с поставками пшеницы и ржи в Германию. Российские активы были переведены из Берлина в Париж.

Дальнейшие колебания ничего не способны были изменить в балансе отношений России и Германии, которые приняли поистине фатальный характер.

Какими актуальными кажутся сегодня все эти обстоятельства, к каким многозначительным аналогиям влекут! Хочется еще и еще раз осмыслить уроки прошлого перед лицом современных вызовов и угроз. Ведь отношения России и Германии вновь, в который уже раз, предстают как архиважные в контексте судеб всего мира.

* * *

Словосочетание «железом и кровью» (Blut und Eisen) было произнесено премьер-министром Пруссии Отто фон Бисмарком 30 сентября 1862 года в речи перед парламентом, вызвав негодование либеральной прессы. Оно относилось к объединению Германии. Но стало крылатым выражением, быстро облетев всю Европу и долетев до России, где вызвало шумный резонанс. Особенное возмущение оно вызвало у великого русского поэта и дипломата по совместительству Федора Ивановича Тютчева, который откликнулся знаменитыми стихами:

Единство, – возгласил оракул наших дней, –

Быть может спаяно железом лишь и кровью».

Но мы попробуем спаять его любовью –

А там увидим, что прочней.

Попробовали.

Увидели: Бисмарк был прав, а Тютчев ошибался.

Поэзия в политике обходится слишком дорого, ибо оплачивается в конечном итоге все тем же: железом и кровью, но уже намного дороже…

Яндекс.Метрика