Sidebar

25
Чт, фев

Хрущев. Черно-белый навсегда

Персоны

14 октября 1964 года Советский Союз неожиданно лишился своего главного руководителя: в результате дворцового заговора со своих должностей главы партии и правительства был снят Никита Сергеевич Хрущев.

С этим именем история связывает резкое изменение курса, которым шла огромная страна с середины 1930-х до середины 1950-х, страна, чье могущество и влияние в мире возрастало год от года. Хрущев правил недолго, всего каких-то десять лет, но оставил по себе долгую и неоднозначную память. Мнения об этой политической фигуре были полярными как при его жизни, так и после смерти. Недаром кладбищенский мемориал Хрущева, изваянный популярным скульптором Эрнстом Неизвестным, представляет нам бронзовый бюст покойного на фоне двух мраморных плит: белой и черной. В высшей степени удачный символ: именно таким – черно-белым – и вошел Хрущев в мировую историю, похоже, навсегда. Уж очень разными глазами смотрели и смотрят на него современники и потомки.

Для одних Хрущев – герой, прекративший страдания сотен тысяч невинных мучеников, восставший против массового беззакония, творимого спецслужбами, вернувший свободу закрепощенным при Сталине рабочим и крестьянам, а интеллигенции – некоторые демократические свободы, переселивший миллионы людей из избушек, халуп и коммуналок в элементарно обустроенные дома. Именно о таком Хрущеве свидетельствуют, например, многие представители творческой интеллигенции, охотно прощающие своему герою бескультурие и хамство ради великих гуманистических достижений.

Михаил Ромм, кинорежиссер: «Пройдет совсем немного времени и забудется и Манеж, и кукуруза... А люди будут долго жить в его домах. Освобожденные им люди... И зла к нему никто не будет иметь – ни завтра, ни послезавтра. И истинное значение его для всех нас мы осознаем только спустя много лет».

Другие – начиная с тех, кто сбросил его с капитанского мостика и задвинул на дачу с символическим названием Петрово-Дальнее – судили его куда строже.

К примеру, в докладе Михаила Суслова «О ненормальном положении, сложившемся в связи с неправильными действиями Хрущева» отмечалось: имеет место нарушение норм партийного руководства: решает дела единолично, пренебрегает коллективным мнением; достижения приписывает себе, а недостатки сваливает на других; пытается поссорить членов Президиума; стремится принизить авторитет своих коллег в массах, препятствует их выездам на места, а сам берет в поездки родственников; способствует восхвалению своей личности. Результат этих неправильных методов руководства – грубые политические, экономические и организационные ошибки (бесконечные перестройки и реорганизации партийного и советского аппарата, ликвидация райкомов партии, созыв нерабочих парадных пленумов ЦК, замена пятилеток семилетними планами, монополизация руководства сельским хозяйством, увлечение кукурузой, самовольство в награждении орденами, угроза разогнать Академию наук СССР) и др.

Не очень-то жаловали Хрущева и наши недавние союзники во Второй мировой войне.

Шарль де Голль: «Это, по-моему, хитрый мужичок, который очень любит власть и никак не может взять в толк, что стране нужны реальные перемены. Он буквально во всем хочет противопоставить себя Сталину и сталинскому стилю. Эта нарочитость очень часто – во вред Хрущеву и авторитету СССР».

Иосип Броз Тито: «Хрущев всегда хотел казаться простым – и Сталину, и мне, и другими политикам. Но природная хитрость была изнанкой его кажущейся простоты. Он не слишком думал о последствиях своих слов, поступков, решений и, обвиняя Сталина в самовластии, культе, непредсказуемости, сам часто вел себя тем же образом».

Но дальновиднее многих других судил о Хрущеве бывший главный друг СССР, а после ХХ съезда резко дистанцировавшийся от нас Мао Цзэдун: «Хрущев начал предательство со Сталина, а завершат это дело он или его преемники – Советским Союзом».

Прошло полвека и правоту председателя Мао сегодня готовы подтвердить некоторые профессиональные историки, на своей судьбе испытавшие отдаленные последствия хрущевских реформ.

Вячеслав Румянцев, историк: «Сегодня все очевиднее становится тот вред, который был нанесен России в период правления Хрущева. Вошедший в историю как борец с "культом личности Сталина" он сам раздул такой же культ собственной личности. При этом умудрился "надорвать пупок" страны из-за глобального соревнования с самой экономически мощной державой мира и одновременно (вот уж редкий талант!) подточить основы имперского мировосприятия, позволил заразить умы подрастающих поколений заимствованной с Запада либеральной идеологией. Удар по Сталину был и ударом по империи (тогда советской), которая является единственной формой существования России с ее многонациональным населением».

Многие сегодня охотно осуждают «ядовитые корни», высаженные Хрущевым: разоблачение «культа личности» Сталина, антисоциалистические экономические реформы, «мирное сосуществование» с Западом, разрушение партийной и государственной системы в СССР, усиленно насаждавшееся тогда мещанское, потребительское отношение к жизни советских людей…

* * *

Каким же он был в действительности, этот сын крестьянина-бедняка из села Калиновка Курской губернии, впоследствии шахтера Донбасса, который и сам с 15 лет работал на шахте слесарем, а впоследствии вырос до полновластного руководителя величайшей страны мира?

Никита Сергеевич Хрущев (1894-1971) всем в своей жизни обязан Октябрьской революции, в ходе которой он вступает в партию большевиков, а на гражданскую войну уходит уже политкомиссаром. Так началась его партийная карьера. С 1920 года к ней добавляется и карьера хозяйственная на работе в Донбассе и Киеве.

В 1928 Хрущев уже зам. зав. орготделом ЦК КП(б) Украины. Попутно он получает начатки образования на рабфаке Донецкого индустриального института (1925), а затем в Промакадемии имени И.В. Сталина (1930), где в то время учится и жена вождя партии Надежда Аллилуева. Во время учебы в Промакадемии Хрущев рекомендует себя как верного сталинца, активно выступает против «правого уклона» и в 1930 году избирается секретарем парткома. Аллилуева обращает на «верного» Хрущева внимание всесильного мужа. С этого момента Хрущев входит в сталинскую «обойму» партийных руководителей. В 1931 году он секретарь Бауманского, а там и Краснопресенского райкомов Москвы.

Затем его приближает к себе Каганович, благодаря которому он с января 1932 года уже 2-й секретарь, а с января 1934-го 1-й секретарь Московского городского и областного комитетов ВКП(б).

После чисток в руководстве компартии Украины, которые Хрущев публично одобряет, ему поручают в 1938 году реорганизацию органов власти в Киеве, а через год – руководство процессом присоединения Западной Украины к Украинской ССР.

В будущем Хрущеву предстоит, разоблачая «культ личности» Сталина, говорить о массовых жестоких репрессиях, о произволе карательных органов, о палачах Ежове и Берии, о тысячах невинных жертв, загубленных «кровавым тираном».

Проблема, однако, в том, что сделать при Сталине такую карьеру, какая выпала Хрущеву, и остаться при этом «чистеньким» было невозможно. Есть данные, которые говорят о том, что среди всех участников кровавой вакханалии 1930-х годов, связанной с именами Ягоды, Ежова и Берии, едва ли не больше всего невинных жертв на совести именно будущего «разоблачителя» – Никиты Сергеевича Хрущева.

«Сталинский шут с руками по локоть в крови», – так порой характеризуют его недоброжелатели. И как исторический анекдот рассказывают такой диалог:

Лето 1937 года. В присутствии других членов Политбюро Хрущев обращается к Сталину: «Я вторично предлагаю узаконить публичную казнь на Красной площади».

Сталин: «А что ты скажешь, если мы попросим тебя занять пост главного палача Союза Советских Социалистических Республик? Будешь как Малюта Скуратов при царе Иване Васильевиче Грозном».

Шутка Сталина была, однако, с подтекстом… Именно под руководством Хрущева в Москве прошли наиболее широкомасштабные аресты партийного руководства, при этом все действия органов НКВД Хрущев санкционировал сам лично, призывая при этом еще и еще усилить «бдительность». В речи на Московской партконференции 23.5.1937 заявил: «Рабочий класс и все трудящиеся нашей страны добились великих побед социализма благодаря мудрости, благодаря зоркости, неиссякаемой энергии великого продолжателя дела Ленина, вождя народов СССР, друга трудящихся всего мира – товарища Сталина!.. Однако нельзя успокаиваться – враг еще не добит окончательно».

В 1930-е годы Хрущев был одним из тех, кто активно поддерживал массовые репрессии в стране. В архивах КГБ хранятся документы, свидетельствующие о причастности Хрущева к проведению массовых репрессий в Москве, Московской области и на Украине.

Еще в январе 1936 года, то есть за год до пресловутого 1937-го, Хрущев, выступая с трибуны, сокрушался:

«Арестовано только 308 человек. Надо сказать, что не так уж много мы арестовали людей. (С места: "Правильно"). 308 человек для нашей Московской организации (ВКП(б) – это мало». (С места: "Правильно!")

А вот его выступление 14 августа того самого, рокового, 1937 года: «Нужно уничтожать этих негодяев... нужно, чтобы не дрогнула рука, нужно переступить через трупы врага на благо народа».

В результате уже к началу 1938 г. были репрессированы фактически все секретари МК и МГК (из 38 секретарей избежали репрессий лишь трое), большинство секретарей райкомов и горкомов (136 из 146), многие руководящие советские, профсоюзные, хозяйственные, комсомольские руководители, специалисты, деятели науки и культуры. Разрешение на арест давала "тройка", в состав которой входил первый секретарь МК и МГК ВКП(б) Никита Сергеевич Хрущов.

Все они были осуждены к высшей мере наказания и длительным срокам заключения. Лично Хрущевым были санкционированы репрессии в отношении нескольких сот человек, которые подозревались в организации против него террористического акта1.

На Политбюро в 1938 году он настаивал на репрессиях и второго состава руководителей Московского городского комитета партии.

«Мы должны вести решительную борьбу с врагами, провокаторами и клеветниками, – говорил Хрущев в июне 1938 года на XIV съезде КП(б)У. – До сих пор борьба велась слишком вяло. Мы должны... безжалостно расправляться со шпионами и предателями. Надо с ними покончить».

А летом 1938 г. с санкции Хрущева была также арестована большая группа руководящих работников и в их числе заместители председателя Совнаркома УССР, наркомы, заместители наркомов, секретари областных комитетов партии.

В декабре 1939 в своем выступлении будущий борец с культом личности вновь отличился верноподданностью: «Все народы Советского Союза видят в Сталине своего друга, отца и вождя. Сталин – друг народа в своей простоте. Сталин – отец народа в своей любви к народу. Сталин – вождь народов в своей мудрости руководителя борьбой народов»…

Хрущев никогда не выступал против большого террора, никого не пытался защитить и подписывал расстрельные списки наряду с другими руководителями страны. В отличие от сменившего его в горкоме Москвы Щербакова, который в 1940 году был даже обвинен на Политбюро в том, что очень неохотно и очень редко давал согласие на репрессии, и который исключил из партии начальника следственного отдела НКВД за необоснованные аресты.

С уходом Хрущева репрессии в Москве прекратились, зато новая их волна прокатилась по Украине.

* * *

Посеявший ветер пожнет бурю – гласит народная пословица.

Хрущев руководил Украиной дважды: в 1938 – 1941 и 1944-1949 годах. Именно в годы, когда Украиной руководил Хрущев, были заложены многие трагические перекосы в отношениях с Кремлем, которые аукнулись в наше время.

Во многом это связано с репрессивной политикой, масштабно и энергично развернутой Хрущевым.

Успехи по «добиванию врага» в Москве и области были настолько ярки и очевидны, что в январе 1938 года Хрущев резко пошел на повышение и был назначен и.о. 1-го секретаря ЦК КП(б) Украины. И там он тоже руководил массовыми чистками. Его личная подпись стоит под смертными приговорами тысячам людей.

Особенно отличиться пришлось, конечно, при «зачистке» Западной Украины, присоединенной в 1939 году. Роковая роль, которую этот регион уже сыграл и продолжает играть в истории нашей Родины, во многом была предопределена стилем хрущевского руководства. Кровь всегда взывает к крови…

Хрущев и до войны делал особый акцент на борьбе с украинским национализмом. Например, он докладывает Сталину: «На Украине разоблачена большая группа ярых националистов. Среди арестованных имеются лица, занимавшие ответственные государственные посты. Я привез списки».

Сталин строго возразил: «Почему мы должны вас подменять?».

Хрущев в простоте ответил: «В списках 6971, многие вам известны, и мы боимся переборщить»…

Знаменита телеграмма, которую в 1938 году Сталин получает из Киева от Хрущева: «Дорогой Иосиф Виссарионович! Украина ежемесячно посылает 17-18 тысяч репрессированных, а Москве утверждает не более 2-3 тысяч. Прошу Вас принять срочные меры. Любящий Вас Н. Хрущев».

Согласно легенде, ответ был краток: «Уймись, дурак! И. Сталин».

Хрущев, однако, не унялся. Позже будут найдены документы, подтверждающие его причастность к репрессии более чем 200 тысяч человек.

Присоединение Западной Украины в 1939 году и послевоенное партизанское сопротивление бандеровцев, так называемой Украинской повстанческой армии повлекло за собой усиление репрессий в данном регионе. Курировал их опять-таки Хрущев, но без особого успеха.

В речи на XVIII съезде партии Хрущев рвал и метал: «Украинский народ с ненавистью относится к буржуазным националистам, ко всем этим подлым шпионам – любченкам, хвалям, затонским и прочей нечисти. Эти изверги, отбросы человечества прокляты трудящимися Советской Украины. С помощью этих врагов украинского народа фашисты хотели закабалить Советскую Украину. Не вышло и не выйдет навеки. Успешным и победоносным разгромом фашистских агентов – всех этих презренных троцкистов, бухаринцев и буржуазных националистов мы, прежде всего, обязаны лично нашему вождю, нашему великому Сталину».

Однако на практике до конца эффективно расправиться с бандеровцами никак не получалось. В марте 1947 был Хрущев был даже снят со своих постов на Украине, но заменить его оказалось некем, и в декабре 1947 он вновь занял кабинет 1-го секретаря Украинской компартии.

С 1944 по 1949 годы, пока Хрущев руководил Украиной, амнистию УПА пришлось объявлять аж… девять раз! При этом не прекращались и армейские операции, и спецоперации НКВД и СМЕРШа. Использовал Хрущев и насильственное расселение жителей западных областей и масштабные переселения на эти территории людей из других регионов. Все это будет припомнено нам украинскими националистами в 1990-е годы.

* * *

Если бы, впрочем, репрессии ограничивались только террористами из УПА! Увы, не менее ожесточенно и «успешно» Хрущев боролся и с Красной Армией.

Вот один из страшных документов того времени:

Постановление Военного Совета Киевского военного округа «О состоянии кадров командного, начальствующего и политического состава округа», подписанное в том числе секретарем ЦК КП(б) Украины Хрущевым:

«...Военный совет поставил задачей "выкорчевывание" врагов народа и подбор на руководящие должности преданных и растущих командиров.

В итоге беспощадного "выкорчевывания" троцкистско-бухаринских и буржуазно-националистических элементов на 25 марта 1938 года проведено следующее обновление руководящего состава округа: командиров корпусов на 100%, командиров дивизий на 96%, командиров бригад на 55%, командиров полков на 64%, комендантов УРов на 100%, начальников штабов корпусов на 67%, начальников штабов дивизий на 72%, начальников штабов полков на 58%, начальников отделов штаба округа на 84%...

Всего было уволено из частей округа по политико-моральным причинам 2922 человека, из них арестовано органами НКВД 1066 человек...»2.

Впоследствии к указанным жертвам прибавились и новые.

Тяжелую и кровавую руку Хрущева ощутили на себе далеко не только военные. Хрущев лично возглавлял в Москве и на Украине страшные «тройки» и председательствовал на «чистках», которые с его появлением на Украине только усилились.

«После того как на Украину приехал верный сталинец Никита Сергеевич Хрущев, мы начали всерьез расправляться с врагами народа», – утверждал шеф украинского НКВД Александр Успенский.

В одном только 1938 году было арестовано 106 тысяч 119 человек, с 1938-го по 1940-й – в общей сложности 165 тысяч 565. Если верить Молотову, Хрущев, будучи членом украинской тройки, приговорил к смерти 54 тысячи человек.

Арестованы были все (кроме одного) члены Политбюро, Оргбюро, Секретариата КП(б)У. Все украинское правительство было заменено полностью, как и первые и вторые секретари во всех двенадцати областях Украины и почти во всех корпусах и дивизиях Красной Армии. Из 86 членов ЦК, избранных в июне 1938 года, лишь трое сохранили за собой эти места с предыдущего года. В Киеве была осуждена половина членов партии, в одном из районов города – даже 63 %. От прежнего состава ЦК осталось в живых несколько человек, остальных Хрущев расстрелял.

При этом Хрущев закрывал дорогу лицам, находившимся в родственных отношениях с необоснованно арестованными, когда не представлялось возможности репрессировать и их за связь с врагами народа.

* * *

Что можно сказать, резюмируя рассказ о Хрущеве-палаче?

Во второй половине 1956 года из ЦК КПСС руководству КГБ поступила команда представить в Бюро Президиума ЦК КПСС все следственные дела на лиц, арест которых в разное время санкционировали члены Политбюро, а позднее – Президиума ЦК.

Такие дела отобрали, в том числе на арестованных по указанию Хрущева.

Их набралось больше всего.

Информацию об этом довели до аппарата ЦК.

Через некоторое время оттуда поступила команда: дела уничтожить.

Итак, что же двигало Хрущевым в ходе развенчания культа личности Сталина и последующей реабилитационной кампании? Нечистая совесть или страх разоблачения? Возможно и то, и другое.

В этой связи, конечно, нельзя не задуматься об обстоятельствах передачи Хрущевым Крыма Украине. Сознавая в глубине души свой страшный, незамолимый грех по отношению к украинскому народу, который он так долго и целенаправленно обезглавливал, Хрущев всегда лелеял мысль о некоей компенсации, об искуплении своего греха.

Хрущев первоначально поднял вопрос о передаче Крыма из РСФСР Украине не в 1954 году, как обычно принято думать, а на десять лет раньше, в 1944 году, когда, будучи в Москве, он обратился к Сталину с такими словами: «Украина в разрухе, а все из нее тянут. А вот если ей Крым отдать, тонка кишка?». Сталин, однако, не поддался на доводы Хрущева. Украину восстанавливали, отстраивали заново всем миром (всем Советским Союзом), но Крым передавать ей не стали.

Со временем, исполнив свое намерение и волюнтаристски вбросив Крым в Украину, отняв его у России, Хрущев нашел своему решению другое обоснование. 29 августа 1956 года он заявил друзьям СССР из Канады, что «некоторые евреи» намеревались превратить Крым в «американский плацдарм» (намек на историю с займами американских банкиров Советскому Союзу под условием создания в Крыму еврейской автономии).

На деле же причина была одна: неспокойная совесть палача.

Быть добреньким за чужой счет легко. Хрущев не раз прибегал к этому методу. Так же, как Крым – Украине, он передаст со временем Германии – Дрезденскую галерею и Пергамский алтарь, которыми мы завладели в полном соответствии с международным правом и соглашениями стран-победительниц в порядке компенсаторной реституции. Мало кто знает, но помимо этих знаменитых культурных сокровищ Хрущев передал также еще порядка трех миллионов (!) трофейных артефактов, передал втихаря, не афишируя этот акт «доброй воли». Что купил он этой передачей оплаченных русской кровью ценностей – вчерашнему агрессору, смертельному нашему врагу? Только презрение потомков.

Но как же быть с устоявшимся представлением о Хрущеве-освободителе? Из истории ничего нельзя вычеркивать, тем более такое судьбоносное событие, как ХХ съезд КПСС.

* * *

До нашего времени широко распространено мнение, что будто бы только после хрущевского доклада о культе личности на XX съезде началось освобождение политзаключенных. Но это совершенно не так.

Резкие изменения внутриполитического курса, включая широкую амнистию половины - 1,2 млн. (!) – заключенных ГУЛАГаащение фальсифицированных политических дел (врачей, сионистского заговора в МГБ, мингрельского и др.), решение о пересмотре Ленинградского дела, и т. п., были осуществлены по инициативе вовсе не Хрущева, а Берии задолго до ХХ съезда. В мае 1954 г. по решению Президиума ЦК КПСС была образована Центральная комиссия по рассмотрению жалоб граждан, осужденных за "контрреволюцонные" преступления (статья 58 УК РСФСР имела 10 частей – различных составов преступлений – от шпионажа, диверсии, вредительства, терроризма до антисоветской агитации и пропаганды). В конце 1955 г. в ЦК КПСС для оценки деятельности органов НКВД-НКГБ-МГБ-МВД СССР в 30-е – 50-е годы также была образована специальная Комиссия во главе с секретарями ЦК КПСС П.Н. Поспеловым и А.Б. Арестовым.

К 1956 году, к XX съезду партии, открывшемуся 14 февраля, уже обрели свободу более 80 (!) процентов политзаключенных. Все предпосылки для смены курса были уже созданы.

В этом нет ничего удивительного. Любой правитель, пришедший на смену Сталину, должен был встать на путь смягчения режима, чтобы обрести популярность в массах и удержаться у власти.

Парадокс состоит в том, что в последние годы власти Сталина были намечены очень важные позитивные перемены: усиление роли конституционных, государственных органов (Совета Министров, Советов депутатов разных уровней) за счет внеконституционных, партийных, верховенство права и закона.

Обрушив свою критику не на систему, а на личность Сталина, Хрущев похоронил и эти новации, укрепив худшие черты системы, упрочив бесконтрольную власть партийной бюрократии. Вместо одного непогрешимого вождя страна приобрела целую касту непогрешимых и неподсудных. Вряд ли за это можно сказать Хрущеву «спасибо».

Однако у мифотворчества свои законы.

Академик А.Д. Сахаров: «Все же после ХХ съезда КПСС система избавилась от крайностей и эксцессов сталинского периода, стала более "цивилизованной", с лицом, если и не совсем человеческим, но, во всяком случае, не тигриным».

Конечно, съезд стал заметным рубежом нашей истории.

А Хрущев вошел в анналы как локомотив «оттепели» и «восстановления социалистической законности» (было бы что восстанавливать).

Для осуществления надзора за следствием в органах КГБ при СМ СССР в Прокуратуре СССР был создан специальный отдел.

При этом порой вместе с водой выплескивали и детей. К примеру, в соответствии с Указом ПВС СССР от 17 сентября 1955 г. «Об амнистии советских граждан, сотрудничавших с оккупантами в период Великой Отечественной войны» были освобождены из заключения бывшие военнослужащие РККА и ВМФ, осужденные за сдачу в плен врагу.
Также были приняты указы об освобождении и возвращении на родину немецких и японских военнопленных, находившихся в лагерях военнопленных, или отбывавшие наказание по суду как военные преступники.

Но вот что интересно, если продолжить тему мифа. С течением лет эйфория по поводу развенчания «культа личности» прошла, имя Сталина прочно заняло первые позиции рейтинга великих деятелей России, имя же Хрущева в нем так и не появилось. Тут есть над чем задуматься.

История все расставляет по своим местам.

В преддверии полувекового юбилея ХХ съезда КПСС многие редакции СМИ провели на своих вэб-сайтах интерактивные опросы читателей по тематике этого события. Журнал «Огонек» сформулировал вопрос: «Что такое ХХ съезд КПСС для вас?».

Из 34.137 (столь значительное число добровольных участников опроса свидетельствует о том, что его проблематика вызвала явный интерес и они пожелали четко зафиксировать свою лично-гражданскую позицию) принявших участие в голосовании, лишь около четверти – 26,8 % заявили, что считают ХХ съезд важнейшим событием нашей истории. Около половины – 50,4 % по окончательному результату опроса полагали, что это был всего лишь «этап борьбы Хрущева за власть». Наконец, 13,2 % – удельный вес ответов о том, что это было «очернением нашего славного прошлого».

При этом 40,1 % принявших участие в опросе «радикальней осудили бы сталинизм», 30,1 % заявили, что «не стали бы делать громких заявлений», 20,3 % «не стали бы проводить съезд», а 9,5 % заявили, что не знают, чтобы они решили.

Надо сказать, что и современники встретили доклад Хрущева на ХХ съезде неоднозначно. О его подрывном значении говорили и вне, и внутри СССР, говорили наши друзья и наши враги.

Как вспоминал об этом бывший в ту пору заместителем директора Центрального разведывательного управления США Рей Клайн: «Выступление Хрущева стало событием исторического значения, ибо документировано обличив сталинизм как невиданных размеров политическое зло, он был вынужден перейти к более мягким формам тоталитарного управления страной».

Недаром к широкой публикации текста доклада Хрущева о культе личности, полученного ими из Польши по каналам израильской разведки, приложили руку непосредственно государственный секретарь и директор Центрального разведывательного управления США братья Джон Форстер и Аллен Даллесы.

Позднее в своей книге «Искусство разведки» в 1963 г. А. Даллес писал: «Я всегда рассматривал это дело как одну из самых крупных разведывательных операций за время моей службы в разведке. Поскольку доклад был полностью опубликован госдепартаментом, добывание его текста было также одним из тех немногих подвигов, о которых можно было сказать открыто, лишь бы источники и методы приобретения документа продолжали оставаться тайной».

Доклад Хрущева в США был опубликован газетой «Нью-Йорк таймс» 4 июня 1956 г., а затем зачитывался в передачах контролировавшихся ЦРУ радиостанций "Свобода" и Свободная Европа".

Вряд ли эти факты нуждаются в комментариях. Но нельзя не напомнить, что США тут же сунули в трещину свой ломик: было принято решение американского Сената о дополнительном ассигновании 25 миллионов долларов на подрывную деятельность, которая цинично именовалась «поощрением свободы за "железным занавесом"».

* * *

Впрочем, Америка сунула в Советский Союз свой ломик еще раньше – и сунула в самое слабое место советского режима: в самого Хрущева. Это случилось славном городе Женеве в марте 1955 года, куда Хрущев прилетел на встречу с главными лидерами западного мира: президентом США Дуайтом Эйзенхауэром, премьер-министром Англии Энтони Иденом и премьер-министром Франции Эдгаром Фором.

Хрущеву страшно льстил сам факт встречи на таком высочайшем уровне. Он был неумен, самолюбив и тщеславен не меньше, чем Горбачев, которого с ним не случайно сравнивают. Хрущеву не давал покоя образ Сталина, которого уважали политики высшей лиги, ему хотелось пожать лавры миротворца, войти в историю как руководитель СССР, нашедший общий язык и замирившийся с Западом. Это было бы для него своего рода моральной победой над великим предшественником: Сталин-де довел дело до холодной войны, а Хрущев повернул ход истории обратно. Но дело было еще и в том, что холодная война в любой момент могла обернуться самой настоящей войной, бремени которой Хрущев бы не выдержал, он это понимал. У него были все основания бояться такого поворота, и он был готов платить за замирение любую цену.

Его партнеры по переговорам тоже все это понимали. Они выкатили Хрущеву три условия, о которых подробно рассказывает статья «Женевская капитуляция Хрущева»: «Условиями улучшения отношений противник выдвинул сокращение вооруженных сил СССР, осуждение деятельности Сталина во главе страны и, что самое интересное, снятие запрета на произведение абортов, действовавшее в нашей стране с 27 июня 1936 года»3

Все эти условия Хрущев выполнил с большим перехлестом. Разгромив, буквально, вооруженные силы СССР и низвергнув Сталина с пьедестала, на который того возвела история. Все это имело очень тяжкие последствия для нашей страны. Но самый страшный урон нам нанесло разрешение абортов (люди Запада знали, о чем просить).

23 ноября 1955 года Указом Президиума Верховного Совета СССР «Об отмене запрещения абортов» всем беременным было разрешено производство операции искусственного прерывания беременности. Для этого не требовалось согласия супруга, а достаточно было всего лишь желания самой женщины.

С тех пор в России было произведено примерно 200 млн (!) абортов: стольких граждан нашей страны мы недосчитались. Это в полтора раза больше, чем все сегодняшнее российское население. И развернуть ситуацию вспять было бы теперь очень сложно: для этого нужен, как минимум, новый Сталин.

* * *

Конечно, можно многое было бы сказать еще о Хрущеве. Вспомнить и светлые, и темные стороны его правления. Космические и боевые ракеты и спутники, Юрия Гагарина и гонения на церковь, ботинок на трибуне ООН и Карибский кризис и прочие хрестоматийные моменты официальной биографии известного политика.

Но интереснее, заканчивая разговор о Хрущеве, коснуться чисто личного момента, раскрывающего нашего героя с неожиданной стороны. Никита Сергеевич был женат дважды, имел от разных браков двух сыновей. Судьба обоих по-своему показательна и дает важные штрихи к портрету отца.

Старший, Леонид Хрущев, в начале 1941 года совершил уголовное преступление на почве злоупотребления алкоголем, он должен был предстать перед судом, но благодаря отцу избежал не только наказания, но и суда. Однако вскоре Леонид убил сослуживца во время попойки, после чего его судили и дали восемь лет с отбытием на фронте. А затем самолет-истребитель, пилотируемый сыном Хрущева, ушел в сторону расположения немцев… и бесследно пропал. Возможно, был сбит, но этот факт не установлен.

Младший сын Хрущева Сергей (р. 1935 г.), специалист-ракетчик, профессор, обладал многими наградами и первостепенными секретами нашего ВПК. Эмигрировал вместе с ними в США. С 1990 г. преподает в Гарварде, с 1993 г. – гражданин США.

Предательство как роковое фамильное свойство рода Хрущевых? Любопытная гипотеза, от которой просто так не отмахнешься.

Сегодня, прожив пятьдесят лет после отставки Хрущева и пережив крушение Советского Союза, поражение России в «холодной войне», переживая нынешний украинский кризис, мы перед такой ретроспективой вновь и вновь вынуждены задумываться над оценкой хрущевских реформ.

К чему они привели? Чем явились исторически: шагом вверх, к свету, или шагом вниз, в пропасть?

Пусть читатель задумается над этим.


1 Массовые репрессии оправданы быть не могут //Вестник. АПРФ. 1995. № 1. С. 127

2 "Военно-исторический журнал", 1989, № 3.

3 https://pynop.com/180755.htm

Яндекс.Метрика