Sidebar

26
Пт, фев

Позиция русского националиста по вопросу о коренных народах России

Отборное

Полемика с Борисом Сергеевичем Мироновым (открытое письмо)

Избави меня, Боже, от друзей, а с врагами я и сам справлюсь.

Александр Македонский

Великому народу непристойно играть глупую роль – роль простака,
на шее которого усаживаются более ловкие собратья.

М. О. Меньшиков

Моя публикация в «Независимой газете» под названием «Как и почему я стал националистом. Русской интеллигенции пора вспомнить о том, что она русская» вызвала немало отзывов. Некоторые из них, полемизирующие со мной прямо или косвенно, уже обнародованы – это заметки и статьи Л. Оникова («Субботник-НГ» 11.03.2000), Е. Прошечкина, Р. Абдулатипова («НГ-Сценарии» 12.04.2000), Г. Попова («НГ» 05.04.2000, 12.04.2000), Э. Паина («НГ» 08.04.2000), В. Чкаусели («НГ» 20.04.2000). Мой ответ им опубликован в «НГ-Сценариях» 14.06.2000.

По большому счету я уже победил в этом споре. В новом тексте я пишу об этом так:

«Первой своей победой я считаю тот факт, что среди моих фактических оппонентов не оказалось ни одного русского человека. Свои контраргументы предлагают армянин, грек, дагестанец, два еврея, грузин. Это наглядно подтверждает заявленные в публикации немаловажные тезисы: во-первых, о том, что незримый водораздел в интеллигентской среде в наши дни уже произошел – и именно по национальной линии; а во-вторых, о том, что русской интеллигенции пришло время вспомнить о том, что она – русская.

Вторая победа, на мой взгляд, в том, что оба ведущих оппонента – эксперт Комиссии по противодействию политическому экстремизму при президенте РФ Прошечкин и доктор философии Абдулатипов – оказались вынуждены избрать жанр политического доноса, не слишком, видимо, надеясь на интеллектуальный инструментарий».

Есть и другие достижения (об этом – ниже).

Отрадную картину противостояния с инородцами неожиданно испортил только один русский человек: Борис Сергеевич Миронов, раскритиковавший меня в пух и прах в работе «Об отношении русских к коренным народам России. (Позиция русских националистов)». Не знаю, чем он при этом руководствовался: такую позицию может позволить себе только тот, у кого истина лежит в кармане. Ведь Миронов приписал свою позицию не лично себе, а неким «русским националистам» вообще. Не указав, кто его на то уполномочил.

Текст показался мне сделанным наспех, непродуманно, но я отвечаю на него по двум причинам.

Во-первых, тема отношения русских к другим народам России действительно чрезвычайно важна и актуальна. Ее решение есть во многом решение всей нашей судьбы. Обсуждение это темы давно назрело.

Во-вторых. Я – филолог, историк, социолог – пришел в политический национализм из академической науки. Однако вернуться туда я уже не смогу, даже если захотел бы. Ибо после выхода в свет многих моих статей и книг (особенно книги «Чего от нас хотят евреи») моя репутация русского националиста служит мне на пользу лишь в весьма узком секторе политической жизни, во всех же остальных, без исключения, – только вредит. Такой выбор я сделал сознательно, по убеждению, к нему привела меня именно моя научная работа, это выбор не только сердца и чести, но и ума. Все мосты за мной сегодня сожжены. Поэтому я никому не могу позволить поколебать мои позиции на той единственной и тонкой полоске политической почвы, на которой закрепился, пожертвовав всем. Эту полоску я намерен отстаивать во всеоружии доступных мне знаний и интеллекта.

* * *

Если говорить в самых общих чертах, то главный недостаток мироновской критики – отсутствие либо поверхностность исторических знаний. А ведь в таком вопросе без исторического «глубокого бурения» невозможно ни разобраться, ни сделать верные выводы, в том числе политико-практические. Конечно, история открывает нам зачастую страницы, на которых написано вовсе не то, что нам бы хотелось. Но, как известно, «поиск истины – не есть поиск желаемого».

Знать и мыслить – порой тяжелый крест для политика, но всегда счастье для ученого. Политик – зачастую больше тактик, чем стратег; настоящий ученый, идеолог – всегда стратег и только. Политик может действовать по принципу «два пишем – три в уме»; он, как капитан корабля, должен маневрировать, лавировать, избегая рифов, мелей и столкновений, прокладывая путь к маяку. Но ученый, идеолог, как тот самый маяк, – он не имеет права маневрировать и лавировать, иначе пойдут ко дну все корабли вокруг. Одно дело, если вы что-то скажете в личной беседе – политики часто в разных аудиториях говорят совершенно противоположные вещи, и это нормально. Другое дело, если вы даете письменную публичную установку коллегам: тут уж вы отвечаете за каждое слово. Лучше смолчать, чем ляпнуть лишнее.

Второй недостаток – самоуверенность, с которой Миронов судит о сложнейших проблемах, не будучи в них специалистом. Беда в том, что он взялся за «интегральное исчисление» – еврейский вопрос, не полностью освоив простую «арифметику» национализма. Точнее, освоив ее как художник слова, эмоционально, а не рационально. Успешно разобравшись с некоторыми аспектами еврейского вопроса, Миронов решил, что ключи к решению всех русских проблем уже у него в руках. А это не так. Русский вопрос – шире и глубже, чем вопрос русско-еврейских отношений, и не ими одними определяется. Еврейский вопрос – лишь фрагмент русского, хотя и очень важный. Но реальная проблематика русской жизни не сводится лишь к русско-еврейскому противостоянию, она многомернее и сложнее. Решив с кондачка поучить меня «правильному» национализму, Миронов, отнюдь не обладая монополией на истину, попадает впросак.

В целом его сочинение – манифест заурядного патриота-имперца, мечтающего, что «на русских с надеждой смотрят не только народы России, но и народы бывших союзных республик», а вовсе не просвещенного русского националиста. (Не зря Миронов и партию свою несостоявшуюся назвал не «Русская национальная», а «Русская патриотическая»).

Попробую пояснить все сказанное и ответить оппоненту по существу в жанре открытого письма.

ПАРА ОБЩИХ ЗАМЕЧАНИЙ

1. Почему «Независимая»

«Независимая газета» допускает на свои страницы националистические материалы, причем с весьма давних времен. Еще осенью 1994 года в «НГ» вышла моя большая статья «Национал-капитализм», а затем, после критических отзывов, еще одна – «Национал-капитализм – 2». После чего один из читателей еврейской национальности прислал в газету письмо (оно также было опубликовано), в котором грозил мне Нюрнбергским трибуналом; а редактору Третьякову, насколько я знаю, по поводу моих статей не раз выговаривали люди разного политического веса. Было, правда, и другое письмо (в 1998), автор которого назвал мою публикацию самым значительным вкладом в развитие современной русской идеи. Но так или иначе почин был сделан мною почти шесть лет назад. В дальнейшем в «Независимой газете» публиковались мои манифесты «Можно ли вернуть Россию?», «Национализм с человеческим лицом», «Неотразимость этнополитики», «Как и почему я стал националистом», а также рецензии на мои книги «Национал-капитализм» (1995) и «Национал-демократия» (1996).

Возможно, с точки зрения Миронова в моих писаниях, как выражался Ленин, «нет ни грана» национализма. Но я так не думаю. Какой ни на есть – я считаю себя русским националистом, а чей национализм ближе к истине, об этом пусть судят те, кто лучше нас в этом понимает (если такие есть, конечно).

Замечу попутно, что в «НГ» мною опубликованы четыре капитальные статьи в ходе «битвы за трофеи», которую я вел против продажного Минкульта с 1991 по 1998 год. Они сыграли свою роль в ходе обсуждения закона «О культурных ценностях, перемещенных в ходе Второй мировой войны»; мы раздавали их депутатам Думы, членам Совета Федерации, судьям Конституционного суда, рассылали в иные инстанции. Статьи много попортили крови нашим противникам, в том числе министру культуры Сидорову, замминистра Швыдкому, лично Ельцину, которого, преодолев его вето, заставили подписать закон… Я также, будучи завотделом Украины и Крыма, а затем – замдиректора по науке Института стран СНГ, опубликовал в «НГ» добрый десяток больших статей по проблемам российско-украинских отношений. Ни за одну из них мне не приходится краснеть – ни как ученому, ни как идеологу, ни как профессиональному журналисту. Словом, мои взаимоотношения с «Независимой газетой» – долгие и весьма плодотворные; я строил их не один год и надеюсь, что у них есть будущее.

Почему я придаю такое значение сотрудничеству именно с этой газетой? Дорожу им? Да потому же, наверное, почему и вы, Борис Сергеевич, пытались (безуспешно) с ней сотрудничать, прекрасно понимая вес и влияние этой самой профессиональной российской газеты в сегодняшнем мире. Мы оба знаем, что «Независимую» читает вся верхушка интеллигенции и весь истеблишмент (как в России, так и ближнем зарубежье) – словом, те, кто намечает, обсуждает и принимает решения. Но публикации в «НГ» вообще не остаются незамеченными во всем информационном пространстве, что позволяет привлечь внимание интеллигенции в целом, всего культурного слоя России. Полагаю, вы понимаете значение этого фактора.

В рамках этой задачи на первое место я ставлю цель номер один: отслоить, отграничить русскую по происхождению интеллигенцию от общеинтеллигентской толпы коллег, пробудить, развить в ней национальное чувство, привить ей начатки национального сознания, заставить задуматься о своей особости, своей отдельности от других национальных групп интеллигенции (в первую очередь – от еврейской), заставить говорить на наши темы. Это работа сродни хирургии на сердце: рискованная, ювелирная, виртуозная, требующая детального знания предмета.... Больше всего интеллигент дорожит истиной, добытой самостоятельно (даже если на самом деле это не так). Подтолкнуть его на путь поиска истины в национальном вопросе – это уже три четверти успеха. Потому что острую мысль, зароненную в голову интеллигента, он обязательно додумает до логического конца. Как это сделали в свое время вы и я.

Ни одна другая газета не подходит так для этой роли, как «Независимая». Ни один другой русский публицист не справится с этой ролью так, как я. Понимание этого делает мою ставку на «НГ» не только возможной, но и единственно необходимой.

Почему «НГ» меня печатает? Миронов может думать по этому поводу все, что угодно. Но я, изучивший внутренние обстоятельства этой крупнейшей и сложнейшей во всех отношениях газеты, полагаю, что это следствие, во-первых, упомянутых внутренних обстоятельств, а во-вторых – моего точного расчета.

2. Что я считаю главным в моей статье

Любая моя статья – как ракета с разделяющейся боеголовкой, она предназначена для поражения нескольких целей, в том числе невидимых постороннему глазу. Но, конечно, эти цели ранжируются.

Вы, Борис Сергеевич, избрали себе мишенью в моей статье то, чему я придавал лишь прикладное значение как поводу к речи, как зацепке для разговора. То, что я считал в данной работе проходным – взаимоотношения русских с нерусскими в России, вы посчитали главным. Выдвинули это с последнего плана на первый. А мимо действительно главного прошли, как мимо пустого места.

В отличие от вас, армянский националист (как он мне представился по телефону) Виген Оганян понял дело правильно, и написал, защищая меня от нападок одного своего недалекого соплеменника:

«К сожалению, национальное чувство практически замалчивается нашими словарями и стыдливо утаивается учеными в «мешке» истории… Вряд ли стоит упрекать Александра Севастьянова за обоснование естественного права русского народа на контроль над созданной им державой. К тому же слишком часто невежественные популисты прикрываются знаменами национализма, дискредитируя его своей одиозностью Поэтому приветствовать нужно интеллигента, осмелившегося реабилитировать этот феномен, практически отданный на откуп политическим маргиналам. Конечно, это «опасная позиция, особенно для отца шестерых детей», обращается к автору Л.Оников. Но, во-первых, рискует любой исследователь… А во-вторых, по всему видно, что А.Севастьянов готов защищать свои позиции в буквальном и переносном смысле слова; наверное потому, что «никто не жаждет так страстно величия собственной нации, как интеллигент» (помните Каутского?). Что же касается детей, то на этот вопрос еще в 1812 году ответил генерал Раевский, поведший с собой в бой несовершеннолетних сыновей» («Субботник-НГ» 22.04.2000).

Все так. Именно этого я и добивался своей публикацией более всего. Проломить для русского национализма окно в «большую политику». Легализовать национализм в публичном политическом пространстве, придать ему респектабельность, научить интеллигенцию высшего разбора не шарахаться от него, не закрывать на него глаза, не зажимать нос. Адаптировать русскую интеллигенцию (изрядно денационализированную) к русскому национализму. Сочетать сущности на первый взгляд несочетаемые. Показать, в том числе личным примером, что рафинированная интеллигентность и национализм – вещи вполне «совместные». Я умышленно делал акцент не на рациональных, а на эмоциональных, личностных националистических мотивах, взывал к «национальному чувству» как наиболее сильному движителю, стремился известными мне способами пробудить это чувство у читателя – русского интеллигента. Судя по звонкам, письмам и встречам, мне это удалось вполне.

Именно этого испугались мои оппоненты, тоже весьма точно, в отличие от вас, оценившие главное в моей публикации. Национализм масс, в сапогах и гимнастерках, им не страшен – они давно научились с ним справляться. Им страшен национализм в очках, при смокинге и бабочке. Национализм истеблишмента и «высшей лиги» русской интеллигенции. Национализм русской элиты, идущей на штурм банков и интеллектуальных штабов, Интернета и СМИ. Прошечкин и Абдулатипов именно потому взывают к высокой морали и пытаются «пришить» мне аморальность, что до смерти перепугались той очевидной моральной правоты национализма, которую Севастьянову удалось донести до аудитории «Независимой», вторгнувшись на традиционно «их» территорию. Чего им страстно хотелось бы избежать. И они идут теперь на все, чтобы только отогнать интеллигентское стадо от пастыря-националиста.

Вы, надеюсь, читали их грязные публичные доносы, опубликованные под видом критики, и отметили их слова-проговорки, выдающие панику и истерию.

Прошечкин: «Чем, собственно, интересна его статья? Обычно подобные манифесты печатаются в специфических изданиях типа «Русского порядка», «Штурмовика», «Опричного листка» или той же «Национальной газеты»… Многие уважающие себя люди этих газет не читают. Теперь примерно то же самое излагается в «НГ» в переводе с националистического на русский литературный язык, который вполне доступен восприятию культурного человека… Господин Севастьянов рассказывает обществу, как он, простой советский человек, дошел до жизни такой. Видимо, он надеется, что читатели «НГ», вдохновившись, последуют его примеру. Граждане, не спешите вдохновляться!»

Абдулатипов: «Не могу молчать». Именно в этом ключе я решил порассуждать по поводу статьи Александра Севастьянова, занявшей целый разворот в моей дорогой (! – А.С.) «НГ»… Что ж, хорошо, что «НГ» публикует статьи самого разного рода и демонстрирует тот мировоззренческий и нравственный потенциал, которым располагает сегодняшнее российское общество. Но я, например, в отличие от Севастьянова, националистом не стал. Почему? Потому что мне противно… Почему-то у интеллигенции, которую Севастьянов призывает вспомнить о том, что «она русская», как и у любой национальной интеллигенции, которая стремится под лозунгами национального самопознания вести свои народы к духовной изоляции, нормальный человеческий нюх восстанавливается только тогда, когда повеет смрадом из труб крематориев в результате деяний очередного националиста, нациста».

Чем напуганы мои оппоненты до такой степени, что опускаются даже до примитивнейших «аргументов», не брезгуя враньем, подтасовками и передергиванием? Это выражено в вышеприведенных словах очень ясно. И это еще раз подтверждает: мой удар попал точно в цель, в «десятку». Я действительно достиг главного.

Мой ответ заклятым друзьям русского народа уже опубликован в «НГ-Сценариях», поэтому не стану на этом задерживаться. Я спорю сейчас, увы, не с ними – с вами, «русским националистом».

ТЕПЕРЬ О «ГЛАВНОМ» – С ВАШЕЙ ТОЧКИ ЗРЕНИЯ

А теперь поговорим о «главном» – с вашей точки зрения. Оно выражено вашим заголовком: «Об отношении русских к коренным народам России». Почему вы прошли мимо действительно главного и сосредоточились на сказанном? Да потому, что я наступил вам на любимую мозоль, походя подверг сомнению ваше «святое», Ваш главный идеологический козырь, ваше политическое «ноу-хау», вашу концепцию единства «коренных народов» России в борьбе с жидом… Вот вы и взвились на дыбы.

Посмотрим на просвет Ваши аргументы.

1. О термине «коренной»

Еще недавно мне, как и вам, казался вполне приемлемым термин «коренные народы». Мы без особых сомнений использовали его в том же проекте Русской Конституции (1997) и т.д. Но затем я поглубже задумался над смыслом этого слова, и теперь уже от него не в восторге. Разделение народов России по принципу «коренные – некоренные» кажется мне сейчас неверным по существу и политически неудачным.

Вдумаемся: что значит слово «коренной»? Например, коренной москвич – это тот, который не только сам родился в Москве, но и его предки жили здесь. В этом и состоит укорененность. И чем больше таких предков, и чем дальше в глубь веков уходит цепочка поколений москвичей, тем такой человек «кореннее». Даже если на какое-то время род уезжал из Москвы, а потом вернулся и может подтвердить свои московские корни, он все равно имеет право считаться коренным, не так ли? Соответственно, приходится считать коренными жителями России все народы, чьи пусть отдаленные, но прямые предки когда-либо проживали на ее нынешней территории.

Но критерий, позволяющий отделить коренного жителя от некоренного, очень зыбок и спорен: срок проживания. Каким он должен быть, этот срок, чтобы народ заслуживал звания «коренного»? Этого еще никто не определил. Скажем, русские в Сибири обосновались в XVI-XVIII веках: этого достаточно или нет для признания их там коренными? А татары в Поволжье – с XIII века; они – коренные?

Очень важно, кто будет судьей в этом вопросе. Мы, русские, считаем себя уже коренными в Сибири и на Дальнем Востоке – а как же иначе! Однако согласны ли с нами якуты, эвенки, эвены, возлюбленные Вами коряки и юкагиры? Мы их обычно не спрашиваем – и правильно делаем, а то можно нарваться и на неприятный ответ. Но ведь вот загвоздка: а коренные ли в Якутии – якуты, чье переселение туда из Прибайкалья завершилось лишь в XV веке? Они-то, конечно, скажут «да», но натолкнутся при этом на яростные возражения эвенков (тунгусов), а тем более – эвенов. И уж подавно – юкагиров и коряков, с точки зрения которых даже эвены, появившиеся в тех местах в Х веке, – наглые пришельцы. Точно так же обстоит дело с теми же татарами. Спросите их: вы в Поволжье коренные? Они ответят: безусловно, да! Но переспросите у волжских булгар, коренные ли татары, – они рассмеются вам в лицо.

* * *

А теперь посмотрим на все это через призму еврейского вопроса. Как известно, на карте современной России есть территории, входившие в VII-X веках в состав Хазарского каганата. вы все поняли? Да-да, евреи уже сегодня так и говорят, и пишут: мы – коренные жители России. Возьмем известную книгу Бориса Альтшулера (бывшего правозащитника, сподвижника кровавого гуманиста Андрея Сахарова) «Последняя тайна России» (М., «Ной», 1996), посвященную истории хазар и идеологии «хазарства». Там черным по белому написано, что европейские евреи (ашкенази) были, оказывается, – «несомненно, потомками хазар и славян», «основная масса ашкеназим имеет не семитское, а степное и кавказское происхождение», а русские и хазары – братья. В связи с этой логикой утверждается, что «российские евреи – ашкеназим – коренные жители этой страны» и что «евреи России на протяжении десяти веков участвовали в создании Русского государства и являются его исконными жителями». Вы, конечно, читали об этом если не в книге Альтшулера, то в моем сочинении «Чего от нас хотят евреи», но выводов не сделали. И очень зря.

А вывод прост: добиваясь особых прав для коренных народов России, мы рискуем наделить ими того, кого наделять хотелось бы меньше всего. Вы широковещательно и без оглядки возглашаете: «Вся власть в России принадлежит коренным народам России!». Представьте себе, что этот ваш лозунг станет официальным, государственным. Именно герберы и броды тут же поднимут крик: «Мы-де и есть коренной народ России, наше массовое присутствие здесь – как минимум с седьмого века. Мы, во всяком случае, гораздо «кореннее» татар, появившихся в Поволжье на много веков позже, «кореннее» варягов, пришедших на Русь в IX веке, а возможно – и славян, с которых наши предки брали дань в летописные времена. Значит, все права коренных народов должны принадлежать и нам. И власть – тоже, и в первую очередь».

К этому ли вы стремитесь? Нравится ли вам такой поворот вашей излюбленной темы? А ведь он совершенно неизбежен!

По этой причине я сегодня предпочитаю не лезть в сомнительную терминологию, не имеющую точного и общепризнанного (!) юридического содержания (в российском праве есть лишь понятие «коренные малочисленные народы РФ (далее малочисленные)» в Законе «О гарантиях прав коренных малочисленных народов РФ» от 12.05.99), и пользуюсь привычными выражениями: «малые народы» и «национальные меньшинства». В этом случае каждому специалисту все сразу становится ясно и понятно. При относительной малочисленности как общем признаке, малые народы и нацменьшинства отличаются друг от друга тем, что первые не имеют своей государственности за пределами общих границ государства, а вторые – имеют.

Как только вы вводите этот ограничительный признак, каждому сразу становится понятно, чем татарин, башкир, мордвин отличаются от грузина, армянина, еврея. У последних есть свое национальное государство вне России, а у первых – нет. И тогда можно ставить вопрос так: поезжайте в свое государство и пользуйтесь там всей полнотой прав человека и гражданина. А здесь вы – гости, и ваши права могут и должны быть ограничены. Это, между прочим, и есть национал-демократия.

Попутно замечу, что в нашем проекте Русской конституции «коренные» народы противопоставляются по смыслу слова именно народам, имеющим вне России свою государственность, то есть – именно национальным меньшинствам.

* * *

Не думаю, что вам надо продолжть настаивать на вашем лозунге. Он, как следует из сказанного, недостаточно продуман, несовершенен и потому попросту опасен для нас. Его нужно изменить. Как – думайте сами, я вам не советчик, потому что не разделяю вашу позицию в принципе. Никакие игры в «политическую целесообразность», в «политический такт» и т.д. в вопросах власти я не признаю.

Власть во всей России должна быть у русских – и только. Это – первая из азбучных истин русского национализма.

2. «Врáчу, исцелися сам»

Судя по всему, вам, русскому сибиряку (с бурятским подмесом?), кто-то сумел, увы, привить своего рода комплекс «пришельца и колонизатора» по отношению к народам и племенам, жившим в Сибири до прихода русских. Но у нас, русских жителей европейской России, представляющих 80 % своего народа, этого комплекса нет и быть не может. И не должно. Поэтому мы на некоторые вещи смотрим с Вами диаметрально противоположным образом.

Неудивительно, что подобный комплекс пытаются навязать нам из-за океана, рассказывая всякие басни. Во-первых, у вырождающихся белых американцев, насмерть отравленных христианской демократией, у самих уже развился в отношении негров и индейцев подобный комплекс, искусно навязанный и поддерживаемый еврейской пропагандой, которая стремится психологически ослабить стержневой англо-саксонский этнос США. Во-вторых, евреи надеются привить этот комлекс нам, чтобы по апробированной в Штатах модели сделать русских как можно более расслабленной, а значит управляемой и послушной скотиной. Именно таким становится человек, утративший непоколебимую уверенность в правоте своего жизненного пути. «Прав ли я перед Богом и людьми? – задает себе вопрос рефлектирующее ничтожество. – Не задел ли я, не обидел ли кого ненароком, добывая себе место под солнцем?». Как только пошли подобные вопросы – все, бери его, голубчика, голыми руками. Он обречен. Ни ему, ни потомству его не укрепиться на земле. И никому его не жаль.

Удивительно, что и вы дудите в ту же еврейскую дуду, пытаясь вызвать у меня какое-то чувство вины и ответственности перед «малыми сими». Бесполезно. Даже не пытайтесь! Ничего не получится.

Во мне течет кровь поморов, донских казаков и коренных, исконных москвичей. Мне Ваши проблемы насчет малых сибирских и т.п. племен и народов – до лампочки. (Я даже и мысли не допускаю, что эти проблемы есть в действительности, а не в Вашем лишь воображении!) Мы не не извели, не вытоптали, не вырезали их всех под корень, как евреи семь народов Земли Обетованной, как англичане две трети индейских племен или всех тасманийцев, как немцы пруссов (и т.д.),– пусть скажут спасибо. А между прочим, если бы мы везде поступали по указанному примеру, у нас не было бы сегодня проблем ни в Чечне, ни в Туве, ни в Адыгее, ни в Якутии, ни в Прибалтике… Я ни за что тут не агитирую, просто констатирую факт.

Думаю, что вы страшно фальшивите, когда надутым, напыщенным слогом пишете о каком-то нашем долге (да еще вековом, от предков) перед какими-то народами России. Какая ерунда! Какое юродство! Мало ли что кому сулили цари-государи из высших политических соображений. вы с деланным простодушием цитируете Василия Третьего (грека по матери, имевшего характер «холодно-жестокий и крайне расчетливый», как говорит о нем дореволюционный историк Е.Белов), писавшего ненцам, хантам и манси: «А мы вас жаловати и за вас стояти и от сторон беречи хотим». Но, во-первых, великокняжеское «мы» к русскому народу в целом никоим образом не относится. А во-вторых, что же ему оставалось? Говорить, идите, мол, ко мне, я вам бошки поотрываю, земли ваши заберу?

Ни я, ни мои родители, ни мои дети – не ответчики за царские слова. И весь народ русский за царские слова – тоже не ответчик. Царям (среди которых русскими можно считать разве что начальных Романовых, до Екатерины Первой) чужие территории спать не давали, а платили-то они за них народной русской кровью! И часто зря платили: Балканы, Польша, Финляндия, Туркестан – мы подавились ими, как жадина костью, но не по нашей вине: войны, которые мы вели там, не были народными войнами, не были естественным движением русского племени. (Теперь давимся Чечней, на очереди, по моим представлениям, могут быть Ингушетия и Тува.) Но Сибирь-то мы, русские, брали сами – и для себя, никого не спрашивая, туда направляла нас народная воля, высокое демографическое давление в русской среде, нехватка пашенных земель в европейской России. И брали мы Сибирь, что бы вы ни говорили, с бою1. А что с бою взято – то свято, утверждает русская пословица. Мы никому ничего там не должны.

Долг у нас, кстати, только один: перед своей русской нацией. И никакого другого нет и быть не может в принципе. Это тоже истина из русской азбуки.

А вы между тем с нелепой дотошностью перечисляете: татары, башкиры, адыги, буряты, чеченцы, ингуши, тувинцы, якуты, чукчи, коряки, эскимосы, ительмены, нанайцы, ульчи, орочи, ороки, удэгейцы, нигедальцы, ханты, манси, селькупы, алтайцы, хакасы, тувинцы, тофалары, шорцы, юкагиры, саамы, ненцы, северные коми, энцы, долганы, мордва, марийцы, удмурты, коми-пермяки… Уф! И всем им, мы, выходит, что-то должны за то, что живем, якобы, на их земле. (Я-то, признаться, всегда думал, что не русские живут в некоей великой Якутии, а якуты – в конкретной великой России, созданной русскими.)

Так и хочется заявить вам: сибиряк, не вешайте на нас свои региональные проблемы! Но я убежден, что эти ваши проблемы – ненастоящие, надуманные, в действительности не существующие даже в Сибири.

Уверен, что вы лукавите. Не может быть, чтобы вы искренне держали всю эту ораву у своего сердца! Но, возможно, вы и впрямь чего-то не понимаете. Попробую пояснить примером.

* * *

Как известно, в 1990-е гг. в Африке произошла дикая, чудовищная трагедия. Неслыханная резня, в ходе которой племя хуту подняло восстание и вырезало начисто около двухсот тысяч (!!!) представителей господствующего племени тутси. Но потом тутси опомнились, собрались с силами и показали, кто в доме хозяин, ответно вырезав порядка двухсот же тысяч хуту. Вот такие дела.

Уверен, что вы читаете про это, недоуменно подняв брови: какие еще к черту тутси, хуту? Какое мне до них дело? Ни один мускул на вашем лице, я думаю, не дрогнул при известии об этом море крови, ни одна слезинка не пролилась. И правильно! Так и должно быть! Какое нам, действительно, дело до этих темных народов, с их смешными, «ненастоящими», кукольными названиями? Да хоть бы и вовсе перебили друг друга! Между прочим, все мировое цивилизованное сообщество отнеслось к этим событиям именно с таким образцовым каменным равнодушием, чем возмутило некоторых сердобольных журналистов, которые нам про все и поведали.

Из-за кого же вы набросились на меня, своего русского товарища, с такой яростью? Из-за чукчей? Ительменов? Орочей? Я слыхал о таких, но в жизни не встречал. Для меня и еще ста миллионов европейских русских это такая же нереальная реальность, как несуществующие более могикане, апачи или оджибуэи. Или упомянутые хуту и тутси. Я, конечно, ничего не имею против перечисленных Вами народностей. Но мне вообще нет до них никакого дела…

А вот кого я повидал – так это алеутов, ибо целый месяц работал на Командорских островах. И должен прямо сказать, что не считаю алеутов драгоценным украшением виртуального фонтана «Дружба народов». Посещение хижины одного из немногочисленных представителей этого племени (всего в России около 650 чел.) оставило неизгладимое впечатление: в сенях гора – выше человеческого роста – пузырьков из-под одеколона, на стене голой, без мебели, комнаты – распяленная шкурка нерпы, на железной кровати – голый матрац, на матраце – голый по пояс непробудно пьяный алеут. Такой вот натюрморт.

Нет, Борис Сергеевич, я нипочем не стал бы ссориться с вами из-за алеутов…

А вы, кстати, отдадите свою дочь замуж за любезного вашему сердцу ительмена, ороча? Позволите сыну жениться на башкирке? У меня, как вы знаете, три дочери, и каждой известно с младых ногтей: сойдется с инородцем – придется ей забыть, как меня зовут, ибо на порог их не пущу. И сыновья мои знают: женятся на нерусских – расстанутся с отчим домом навсегда. Сурово? Может быть. Но, по-моему, предавать свою кровь – свою сембю, свой народ – нельзя ни при каких обстоятельствах, это абсолютное табу.

Каждому русскому националисту, а тем более – русскому политику, следует усвоить еще одну азбучную истину. В России для нас нет никаких «ста народов». В России живут лишь следующие четыре категории населения: 1) русские, 2) желающие быть русскими, 3) дружески относящиеся к русским и 4) враги. Все прочие классификации не имеют никакого значения, оставьте их ученым мужам: пусть считают, сколько у блохи ног. Нам это ни к чему.

И отношение наше к той или иной категории определяется только одним: отношением этой категории к нам, русским. И никогда ничем иным.

Вы и я – мы оба давно и упорно повсюду пишем: «Национализм – это любовь к своей нации». И это совершенно точно и правильно.

Так будем же достойны собственного излюбленного афоризма. Прочтите его еще раз: «Национализм – это любовь к своей нации».

К своей. Не к чужой.

3. Играем в абсурд

Есть в риторике такой прием: приведение к абсурду точки зрения противника. вы пытаетесь, весьма неудачно, использовать его против меня и пишете:

«Забыв в поговорку отлитое назидание предков “разделенное царство – разоренное царство”, начинаем делиться, а точнее разбегаться, вместо панического “Спасайся, кто может!” кричим “Россия для русских!”. Тогда (?! – А.С.), выходит, Чувашия для чувашей, Башкирия для башкир, Удмуртия – для удмуртов, Татарстан – для татар, Бурятия – для бурят, Тува – для тувинцев… А как иначе? (А что, Чувашия, Башкирия, Удмуртия, Татарстан, Бурятия, Тува – это, по-Вашему, уже не Россия? – А.С.) Вот мы якутов брали в российское подданство, мы ведь их, якутов, не из Африки завезли и выделили им под жительство кусок своей родной русской земли, мы якутов взяли в Россию вместе с территорией, на которой якуты без нас и до нас проживали (мы брали Якутию не ради якутов, они шли лишь впридачу к земле. – А.С.), и не важно, что на этой территории якутов сегодня живет куда как меньше русских (почему же?! и что же тогда важно? – А.С.), это прародительская якутская земля (а вот это как раз никого не интересует; мы должны думать не о чужих якутских предках, а о своих русских потомках. – А.С.), и если якуты провозгласят, если уже не провозгласили “Якутия – для якутов” (поздновато вы опомнились! – А.С.), под понятием Якутия они будут иметь в виду и претендовать на ту территорию, по которой кочевали их предки и вместе с которой их предки вошли в состав России (ну мало ли… “Съесть-то он съесть… Да кто ж ему дасть!”. – А.С.). Теперь развернем карту России и, приговаривая “Россия – для русских”, пошли лязгать ножницами, проводя национальную очистку, освобождая Россию от всех других народов: Дальний Восток в таком случае обрезаем, чукчи тут, коряки, эскимосы, ительмены, нанайцы, ульчи, орочи, ороки, удэгейцы, негидальцы… – это их земли. Сибирь тоже отрезаем, ханты тут хозяева, манси, селькупы, алтайцы, хакасы, тувинцы, тофалары, шорцы, юкагиры.., да разве всех перечислишь, и Север, понятное дело, долой, саамы тут, ненцы, северные коми, энцы, долганы.., но ведь тогда и Урал получается не наш, и Поволжье не наше, мордва тут хозяйничала издревле, марийцы, удмурты, коми-пермяки.., да тут только начни перечислять – не остановишься… Большие ножницы нам уже помеха, миниатюрные брать придется, чтобы вырезать то пространство куцей земли, где мы могли бы с полным правом (что значит “полное право”? и кто это право устанавливал? – А.С.), не отбирая ни у кого их коренной земли, провозгласить: “Ну, вот и Россия для русских”. Бред, конечно, все равно что ковер разбирать на нитки, дом на кирпичи, избу раскатывать по бревнышкам: “Вот эти бревнышки – мои”».

Бред. Конечно. Но автор этого бреда не я, а вы, выступающий в мало для вас пристойном жанре юродивого.

Путем приведения к абсурду вы попытались сделать смешным и нелепым лозунг «Россия – для русских!». Я говорил уже вам, что это не мой лозунг, так что ваш удар пришелся мимо непосредственной цели, то есть – мимо меня. Но он не поразил и более важную цель – саму идею.

Демонстрируя в процитированном абзаце, хотя и в превратной, отраженной форме, некоторые свои заветные установки, вы подставились. Ибо смешными и нелепыми предстали не столько критикуемые, сколько ваши собственные принципы. Ну что ж, пойдем вашим путем еще дальше и доведем ваши абсурдные предположения до еще более абсурдного вида.

* * *

Вы, если я не ошибся, ратуете за вечные и неизменные права всех аборигенов (в вашей терминологии – «коренных народов»)? Считаете в принципе справедливым, чтобы «коренная земля», на которой жили предки какого-то народа, принадлежала бы ему всегда? Мне это кажется верхом абсурда и антиисторизма, но пусть будет по-вашему. Давайте восстанавливать справедливость повсюду по вашим правилам. Выгоним из Америки все народы, появившиеся там после Колумба, а доколумбовые человеческие реликты, которые там «хозяйничали издревле», напротив, регенерируем. Англо-саксов и всяких европейцев – прочь из Австралии. Немцев – долой из Восточной Германии, возродим там исконное славянское поголовье. Французов – вон из Эльзаса. И вообще наведем новый порядок во всей Европе, которую Вадим Кожинов метко назвал «кладбищем народов»: устроим им тотальное воскрешение. И т.д. Правда, придется и якутов прогнать из Якутии ради коряков и юкагиров, и татар из Поволжья – ради булгар, чтоб «не отбирали ни у кого их коренной земли», но это – детали. Заодно стоит подумать, не вернуть ли немцев в Силезию (Польша), Судеты (Чехия) и Восточную Пруссию (своих-то, русских, в любом случае убирать оттуда придется). Но потом, если найдется парочка настоящих пруссов, придется, конечно, ради них и немцев из Пруссии выкинуть…

Зачем вы, человек с высшим образованием, прикидываетесь невеждой и неучем? Делаете вид, будто не знаете, что географическая карта неизменна в веках, а политическая меняется постоянно? Что права народов определяются не их желаниями и не договорами о дружбе, а непрерывной борьбой, в которой нет места слабым? Что такие слова, как «справедливость», «с полным правом», «коренная земля» – это разменная монета, фантики в руках политиков, а уважающие себя историки их вовсе не употребляют? Что именно удельный вес того или иного племени на данной территории, растущий или, напротив, падающий, определяет, наряду с военной силой, судьбу регионов? И в результате «коренная земля» одного народа становится «коренной землей» другого? (Ярчайший пример: Косово, «сердце» Сербии и сербского народа, где албанцы за какие-то пятьдесят лет превратились из меньшинства – в большинство со всеми вытекающими последствиями.)

Нет, Борис Сергеевич… Никакая земля не дается народу на веки вечные. Ни Якутия якутам, ни Бурятия бурятам, ни Сибирь хантам и манси. Любой народ мечтает о суверенности, стремится к ней. Но не каждому дано ее достигнуть, а некоторые и вовсе исчезают с лица Земли. Все решает, в конечном счете, демографический баланс.

Станет, к примеру, якутов в Якутии столько же в процентном отношении, сколько стало чеченцев в Чечне к исходу 1993 года, – значит, неизбежно станет Якутия претендовать на независимость, хоть ты тресни. А если, напротив, еще уменьшится их удельный вес – превратится Якутия из огромной республики в обычную область России, а то и в две-три.

Не какими-то правами, полными или неполными, определяется ареал проживания народа, а его жизненной силой – и только. Способен народ занять (вариант: захватить), удержать, заселить, освоить, окультурить, защитить тот или иной край – значит, достоин его иметь. Не способен – будет выдавлен другим народом, только и всего. Без пощады и без вариантов. Как выдавили грузины – месхетинских турок. Абхазы – грузин из Сухуми и Гальского района. Осетины – ингушей из Пригородного. Армяне – азербайджанцев из Карабаха. Азербайджанцы – армян из Баку. Албанцы – сербов из «сердца Сербии». Как выдавили в 1990-1991 гг. чеченцы русских из традиционных казачьих областей Чечни и самого Грозного. Как выдавливают сегодня русских из Казахстана и Прибалтики, Крыма и Молдавии, Средней Азии и Украины, Якутии и Тувы, и, между прочим, из Москвы. И т.д.

Таков закон жизни. Такова азбука национализма.

Мы, русские, эту азбуку никогда не учили – не было такой исторической необходимости. Сегодня нам ее преподают повсюду: что в бывших республиках СССР, что в так называемых республиках Российской Федерации. И не только нам, но и сербам, грузинам, месхетинским туркам, ингушам, азербайджанцам и армянам, эфиопам и эритрейцам, хуту и тутси – всем, кто столкнулся с переделом исторических земель по национальному принципу.

Умный человек учится на чужих ошибках. Дурак не способен научиться и на своих собственных.

Успеем ли мы выучить азбуку национализма, пока нас не сократили до размеров Московского княжества?

4. Арифметика национализма

Вы пишете взаимоисключающие вещи. С одной стороны, вы справедливо называете бредом растаскивание России «по бревнышкам» – по кускам, соответствующим ареалу проживания автохтонных народов. С другой стороны, сам принцип закрепления территорий страны («коренных земель») за теми или иными народами, в зависимости от места проживания их предков, не кажется вам почему-то бредовым. И вы пытаетесь – увы! не в шутку, не в порядке бреда – выстроить некую параллель, некое тождество: мол, если Россия – для русских, то и Сибирь с Дальним Востоком тогда должны быть для тофаларов, шорцев, юкагиров и т.п. Как будто русские – не коренные и не титульные во всей России, на каждом ее квадратном миллиметре, как будто вся Россия, созданная русскими, – не «коренная земля» для нас!

Я, конечно, не считаю, что Россия – только для русских. Нет, не только. По прежде всего и в первую очередь для русских.

А ваш «полемический ход» за версту шибает в нос расчетливым юродством. Нелепым дипломатничеством, неизвестно кому адресованным. Тофаларам? Шорцам? Что же это за извращенная, ущербная логика? Что за вывихнутое чувство справедливости? О какой параллели тут может идти речь? Сколько там этих самых тофаларов и шорцев, чтобы считать их фактором реальной политики?

Заглянем-ка в свежий словарь-справочник «Что надо знать о народах России» (М., 1999) и не поленимся выяснить кое-какие абсолютные и относительные цифры хотя бы только про упомянутые вами народности в порядке убывания численности. Поскольку перепись в 1999 году не проводилась, данные приводятся по переписи 1989 года. Вряд ли они сильно выросли при новом режиме, скорее наоборот. Чтобы выяснить процентную величину того или иного народа, условно исходим из численности всего населения России в 150 миллионов.

* * *

Вы, конечно, ужасно напугали меня, перечислив народности, претендующие на раздел России. А вдруг, подумал я, русским и впрямь придется делиться? Но мой испуг сразу прошел, как только я узнал, что милые вашему сердцу шорцы составляют всего 15.745 чел. или 0,01 % населения России, чукчи – 15.107 чел. или 0,01 %, нанайцы – 11.183 чел. или 0,0074 %, коряки – 8.942 чел. или 0,006 %, манси – 8.279 чел. или 0,0055 %, долганы – 6.584 чел. или 0,004 %, селькупы – 2.877 чел. или 0,0019 %, ульчи – 2.710 чел. или 0,0018 %, эскимосы – 1.704 чел. или 0,001 %, саамы – 1615 чел. или 0,001 %, удэгейцы – 1443 чел. или 0,00096 %, юкагиры – 857 чел. или 0,00057 %, ительмены – 754 чел. или 0,0005 %, орочи – 704 чел. или 0,00046 %, тофалары – 628 чел. или 0,0004 %, негидальцы – 497 чел. или 0,00033 %, ороки – 168 чел. или 0,00011 %, энцы – 103 чел. или 0,00007 % (да-да, семь стотысячных). Итого на всех этих милейших «коренных» людей, вместе взятых, приходится ровным счетом 0,0532 % от всего населения России!!

Для очистки совести назовем еще те народности Севера, Сибири и Дальнего Востока, кто составляет менее одной десятой, но все же хотя бы побольше одной сотой процента: коми-пермяки (147.269 чел. или 0,098 %), хакасы (78.500 чел. или 0,05 %), алтайцы (69.409 чел. или 0,046 %), ненцы (34.190 чел. или 0,02 %), эвенки (29.901 чел. или 0,02 %), ханты (22.283 чел. или 0,015 %). Это в сумме еще 0,256 %.

Итого на эти «коренные» народы, которые вы призвали в свой «поход против Севастьянова», приходится 0,3092 %. Аж три тысячи девяносто две десятитысячных доли одного процента населения всей России! Внушительный итог.

Это гомеопатическое количество невозможно разглядеть простым глазом на той колоссальной площади, по которой они разбросаны. Они почти призрак – те самые племена и народности, на присутствие которых на русской земле, в нашей России вы так активно упирали – и меня в них носом тыкали. Однако на поверку оказалось, что тыкать-то – просто не во что. Количество это настолько ничтожно, что его даже не назовешь статистической величиной. Ну, давайте вытащим их из этнополитического небытия… Что же, будем носиться с ними, возвеличим и возведем в перл политического творения? Будем спрашивать у них соизволения на проживание на их «коренной земле»?! Полно, Борис Сергеевич. Забудьте про этот мелкий песочек человеческий – и никогда больше не вспоминайте о нем в разговоре с серьезными людьми. А то в другой раз и говорить с вами никто не станет, все решат, что никакой вы не идеолог, а просто любитель дешевых парадоксов.

Конечно, было бы неверно говорить, что присутствие на землях России различных народов не создает для нас никаких проблем.

Но это отдельный – и очень конкретный разговор.

5. Поминки кота Леопольда, или

О двух политических трупах

Среди компактно проживающих так называемых «титульных» народов (то есть, давших название той или иной национально-административной единице Российской Федерации) имеются, бесспорно, и такие, которых нельзя не заметить, с которыми нельзя не считаться. Есть также народы и народности довольно значительные по количеству, хотя и не являющиеся титульными. Их тоже необходимо учитывать русскому политику, ибо они тоже способны создать нам большие проблемы.

Перечислим основные из них: татары (5.522.096 чел. или 3,7 %), чуваши (1.773645 чел. или 1,1 %), башкиры (1.345.273 чел. или 0,8 %), мордва (1.072.939 чел. или 0,7 %), удмурты (714.833 чел. или 0,47 %), марийцы (643.698 чел. или 0,42 %), буряты (417.425 чел. или 0,27 %), осетины (402275 чел. или 0,27 %), кабардинцы (386.055 чел. или 0,26 %), якуты (380.242 чел. или 0,25 %), даргинцы (353.348 чел. или 0,23 %), северные коми (336.309 чел. или 0,22 %), кумыки (277163 чел. или 0,18 %), лезгины (257270 или 0,17 %), ингуши (215.068 чел. или 0,14 %), тувинцы (206.160 чел. или 0,13 %), калмыки (165821 чел. или 0,1 %), карачаевцы (150332 чел. или 0,1 %), карелы 124921 чел. или 0,08 %), адыги (122.908 чел. или 0,08 %). Весьма значительна была в 1989 году и численность чеченцев (898.999 чел. или 0,06 %), но эти цифры сегодня не говорят о реальном положении вещей, а новых нет.

Поодиночке эти народы (даже такие крупные, как татары или башкиры) не представляют для нас сегодня опасности, сравнимой с чеченской угрозой. Но многие из них объединены своего рода наднациональными скрепами (например, религией ислама или регионом проживания: Кавказ, Поволжье) и входят, таким образом в некий, по терминологии Льва Гумилева, «суперэтнос», с которым приходится искать оптимальную модель взаимодействия.

В общей сложности всех нерусских в России, как мы знаем – около 15 %, включая национальные меньшинства, в том числе, такие крупные, как евреи. Это не так уж много, можно бы и пренебречь такой цифрой. Но если дойдет дело до драки, то это и немало. Утешает только то, что они никак не могут встать разом в единый строй, ибо разбросаны по всей стране и их многое разделяет – не только километры. По разным причинам они и не хотят, и не могут пока что встать единым антирусским фронтом. И слава Богу. Хотя это вовсе не исключено в принципе. Как вы, Борис Сергеевич, возможно, знаете, в 1994 году, когда мы готовили войска для ввода в Чечню, четыре дивизии готовились для одновременного ввода в Татарию. Ибо там тоже было неспокойно, татары бушевали, притесняли и всячески дискриминировали русских, хотели полного суверенитета. Но все-таки даже тогда, на острие ситуации, никто, кроме одной-единственной мятежной окраины, не взялся за оружие (хотя, например, Денис Сайтаков, готовивший московские взрывы, – татарин). А сейчас уже и подавно не возьмется, момент упущен. До тех пор, конечно, пока русские – абсолютное большинство населения России – хотят и могут посылать свою молодежь в топку войны.

Да, драться в открытую народы России (кроме чеченцев и отдельных представителей других национальностей) с нами, русскими, сегодня не желают. Это, вроде бы, ясно. Но и мира с нами во многих национальных республиках уже нет (об этом ниже). Таким образом, сегодня налицо неустойчивое равновесие и подспудный, не всегда сознательный процесс собирания сил с обеих сторон.

* * *

Как русскому националисту относиться к этим народам, как строить с ними отношения? Для ответа на этот вопрос необходимо прежде всего дать оценку: как те или иные народы относятся к нам (в исторической перспективе и сегодня), как ведут себя с нами, чего хотят от нас.

Здесь необходим отказ от предвзятости и отвлеченного теоретизирования, необходимо точное знание, выверенный прогноз, в высшей степени дифференцированный подход к каждому региону и почти к каждому народу. Но прежде, чем перейти к такому анализу, необходимо сделать два замечания.

* * *

Первое. Нет ничего глупее, примитивнее и недальновиднее, чем объяснять межнациональную напряженность в разных странах исключительно работой «мировой закулисы», заговором «темных сил». Этнические и расовые войны идут на Земле на всех континентах с доисторических времен, когда еще никакой мировой закулисы не было в помине. Ибо они – в природе вещей; вечный спутник человечества, они были, есть и будут всегда.

Нация (в значении «народ», «этнос») проходит свое становление и крепнет – в борьбе наций. Победы в национальных войнах (например, русских с татарами, немцами, поляками, шведами, французами, «двунадесятью языками» и пр.) – пища ее роста. А если для борьбы больше нет сил, то нация сходит с круга истории и отправляется в небытие. Иногда – молниеносно, иногда – поколениями. Таков закон жизни.

Неужели вы считаете, что сегодня русский народ уже обессилел? Тогда он обречен в любом случае, и наш с вами русский национализм – просто глупость, выдумка, опасная игрушка взрослых балбесов, последняя ставка в заведомо проигранной игре. А ваша попытка заигрывать с националистами других наций – глупость вдвойне, это ужимки полутрупа, не желающего быть сброшенным в яму до срока и хватающегося за руки равнодушных могильщиков, покрывая их слезами и поцелуями.

Но что касается меня – я верю в нашу исключительную жизнестойкость и постоянно нахожу подтверждающие ее примеры. И ясно понимаю: впереди нас ждет борьба. Национальная борьба. И далеко не только с евреями.

Темные силы и закулиса работают постоянно, но результат имеют не всегда, а только тогда, когда находят в жизни реальные факторы, на которые могут опереться. Как Архимед – для своего рычага. Мне, к примеру, не раз приходилось слышать, что конфликт в Косово возник-де по указке НАТО и мирового сионизма. Но представьте, что в ответ на подстрекательство албанцы бы твердо и однозначно заявили: «Сербы – наши братья, мы с ними навек! Не смейте нас с ними стравливать! Мы ни за что не будем воевать против братьев!»

И войны бы не было.

Это – в мечтах. Но в жизни – ничего подобного, все наоборот! Повинуясь мощному природному инстинкту, албанцы и сербы наслаждались взаимными этническими чистками. (Подробности вам известны, я их опущу.)

А позвольте теперь спросить вас, от кого из более-менее крупных народов России вы видите примеры (или хотя бы слышите заверения) братских чувств к русским? От татар? От якутов? От башкир? От евреев?

Сегодня повсеместно во всех бывших республиках СССР и почти во всех национально-территориальных образованиях России русские проходят тяжелое испытание на прочность. Большая ошибка, если не сказать – глупость, думать, будто за этим стоят лишь некие злые силы типа «мировой закулисы». И не видеть объективных условий, причин, создающих реальное противостояние.

А таких причин, по большому счету, две.

Во-первых, русские бабы перестали рожать и воспитывать детей. Последние лет пять-шесть в России рождается поровну русских и нерусских детей. При том, что нас 85, а их – всего 15 %. Если эта тенденция сохранится, то через 50 лет нас в нашей стране будет уже не 85, а 50 %. А во многих нынешних российских республиках нас и вовсе не останется, как не осталось уже практически в Чечне, Ингушетии и Дагестане, как скоро не будет в Туве. О какой роли гегемона, старшего брата можно будет тогда говорить? Если и сейчас с нами не слишком считаются, норовят обобрать и ударить в спину…

Во-вторых, мы устали от нашего принудительного донорства, вмененного нам русофобской властью Коминтерна на Х съезде ВКП(б), закрепленного властью КПСС и не отмененного (а то и усиленного) ельцинским оккупационным режимом. Это донорство, за счет которого поднялись Казахстан, Средняя Азия и Закавказье, Украина и Белоруссия (чьи хозяйство и культура были уничтожены войной), Кавказ и иные национальные окраины, та же Башкирия, – именно оно выпило нашу кровь, наши соки. Отняло у нас средства для собственного развития и лучший человеческий, кадровый потенциал, бездарно сегодня добиваемый в этнократических государствах, возникших по всему периметру России… Мы не хотим больше быть пищей для пиявок, но они-то, напротив, только этого от нас и хотят, и очень волнуются, что мы можем оторвать их от своего тела. И торопятся урвать свое.

Это отнюдь не метафора, я готов подтвердить каждое свое слово горой фактов и цифр. Скрытые дотации странам СНГ сегодня едва ли не больше, чем при Советской власти. То же и внутри страны – поинтересуйтесь пресловутыми трансфертами. Да вы и сами, небось, знаете, что бюджет Дагестана, например, дотационен на 96 (!) процентов, и т.д. А что означает только что состоявшееся направление в Чечню 7,5 миллиардов (!) рублей?! Эти деньги отняты у русских детей и стариков – вы не можете не понимать этого. Зачем нам это нужно? Национализм, напомню Вам, это любовь к своей нации, а не к чужой…

Второе. Испокон веку непреложной истиной было: «Разделяй – и властвуй». Это не просто азбучная истина национализма. Это, если можно так сказать, и есть вся азбука национализма в трех словах.

Вы же, кажется, вознамерились «объединять и властвовать». Абсолютно безнадежная, на мой взгляд, затея, обреченная на позорный провал.

У русского политика должно быть кристально ясное понимание того, что любая форма «круглого стола народов России» – это совершенно недопустимая для нас вещь. Это всегда будет союз многих лилипутов против одного Гулливера. И этот Гулливер – увы, не евреи, как вам мечтается, а мы, русские. И только мы. Потому что нас – и только нас – судьба и история поставили на роль, которую никто кроме нас исполнить в России не может. Мы – объективно в одиночестве. Это одиночество царя, олимпийца. Это надо знать, учитывать и не питать дешевеньких иллюзий о дивном букете из российских национализмов, каковым букетом некто Миронов погонит вон еврейских оккупантов, как веником.

Российский «интернационал коренных народов» (такова формула вашей утопии) априори невозможен. Это – оксюморон типа «жидкая фанера».

* * *

Два больших практических политических урока за последние пять лет очень убедительно подтверждают сказанное. Два лидера с громадными общероссийскими амбициями поскользнулись на «российском интернационале»: это Юрий Скоков с его «Союзом народов России» – и Юрий Лужков с его «Отечеством – Всей Россией».

В «Национальной газете» №1 за 2000 год напечатан такой анализ В.Сумина:

«Стратегической ошибкой явился союз «Отечества» и «Всей России», представляющей, главным образом, национально-территориальные субъекты РФ, то есть абсолютное меньшинство (не более 15%) электората. Неизбежным результатом такого союза стал передел выборного списка «Отечества», вытеснение и оттеснение оттуда русского элемента в пользу татар, башкир, ингушей, калмыков и т.д. А сегодня, после выборов, это приведет к расслоению движения в Думе. (Как в воду смотрел наш автор! – А.С.)

Данная ошибка, продиктованная желанием сидеть на двух стульях и страхом перед русским национализмом, является типовой, характерной. В свое время ее совершил председатель КРО Ю.В.Скоков, создавший под себя аналогичную структуру «Союз народов России» (СНР). Наблюдатели отмечали, что уже на учредительном съезде СНР, когда было объявлено, что в регионах по спискам КРО будут баллотироваться деятели национальных движений адыгов, татар, башкир и пр., многие активисты КРО с возмущением заявляли о своем выходе из организации. Еще более негативной была реакция на местах, в региональных структурах КРО, где люди непосредственно, не понаслышке, знали о напряжении, созданном для русских людей местными этнократами из числа т.н. титульных народов. Противники КРО по выборам немедленно и очень эффективно использовали этот козырь. Скромные результаты КРО на выборах 1995 года во многом объясняются данной ошибкой.

Скокова отчасти можно оправдать его стремлением (весьма «совковым» и недальновидным) избавиться от упреков в великорусском шовинизме. Но чем объяснить решительный шаг «Отечества», которое принято упрекать как раз в обратном?

Разве электорат настолько слеп, что не видит опасного роста политических и иных амбиций «националов»? Разве не замечает деструктивных, антигосударственных акций того же Шаймиева, Николаева (Якутия), Николаева (Чувашия), Аушева, Рахимова? Разве русский избиратель не знает о резко отрицательном отношении национальных лидеров к жизненно необходимому для нашего народа союзу с белорусами?

И разве русский избиратель во всей России не задумывается о том, какую цену придется платить Лужкову за поддержку со стороны Шаймиева и Компании?!».

(Вы как-то гордились теплыми словами Шаймиева в ваш адрес как особенно мудрого русского националиста. Я бы остерегся похвал умного недруга. Как говорил Август Бебель: «Если тебя хвалит враг – подумай, какую глупость ты совершил.)

В статье «Об общественных задачах и способах их решения», опубликованной в журнале «Национальная демократия» еще в 1995 году, я писал, находясь под свежим впечатлением от скоковских инициатив:

«Как бы ни назывался подобный утопический проект – Союз народов Рос­сии, Совет национальностей, Конгресс российских племен или еще как – он априори может принести России только вред. Ил­люзии опасны! Российская конкретика такова, что нам, русским, надо ни в коем случае не объединять, а разъединять российские народы. Так, чтобы ингуш, дагестанец не смели протянуть руку помощи (руку, несущую деньги и оружие) чеченцу, чтобы башкир не договаривался за нашей спиной с тувинцем и татарином, чтобы якут с бурятом не засылали эмиссаров в Японию и США. Ибо любой их союз, любая их консолидация, даже формально включа­ющая русского представителя, даже позволяющая ему – для от­вода глаз – возглавить подобную структуру, будет на деле сою­зом, консолидацией, направленными против русской гегемонии, против нашего народа. Дружить со всеми этими народами по отдельности – пожалуйста! Вступать с ними, в меру их сил и необходимости, в особые отношения – ради Бога!! Но никаких игр за круглым столом!!!»

Вы упрекаете меня: «В книге «Чего от нас хотят евреи» определяет Севастьянов стоящую перед евреями задачу в России: «Разделить и столкнуть всех русских со всеми нерусскими», и сам же, уже в «Независимой газете», помогает евреям решать стоящую перед ними задачу».

Снова должен сказать: ваше цитирование меня – порочно. Прочтите еще раз:

«Наиболее опасным мне представляется виртуозное умение евреев использовать древний римский принцип divide et impera (разделяй и властвуй), как то и положено этносу, претендующему на роль имперского. Будь мы поумнее, мы бы сами тоже его использовали, разводя и сталкивая татар с башкирами, ингушей – с чеченцами и т.д. и всех вместе и по отдельности – с евреями, эксплуатирующими всю страну и все ее народы. Но эта задача слишком сложна: народов много, а мы – одни. Задача евреев проще: разделить и столкнуть всех русских – со всеми нерусскими, которых они пытаются объединить под своей эгидой, стоя в позе “защитника национальных меньшинств” от “великорусского шовинизма” (в лучших традициях большевиков). Главная, хоть и не декларируемая цель – недопущение русской гегемонии – достигается этим вполне…

Дружба – идеальное прикрытие для тех, кто разделяет, чтобы властвовать. Но у нас, повторюсь, с евреями разные возможности – и разная тактика. Мы можем только разъединять: всех от всех. Они же – объединяют всех, отъединяя только нас…

В связи со сказанным русским следовало бы применить двойную тактику. С одной стороны, ни под каким видом ни в коем случае не принимать никакого участия ни в каких “круглых столах”, “союзах” и “форумах” народов России (поскольку априори известна антирусская направленность этих “столов”, “союзов” и “форумов” и наше участие только придает легитимность их решениям) – разве что в качестве наблюдателей. С другой стороны, надо решительно и по каждому поводу заявлять, что проведение подобных “столов” без нашего репрезентативного участия – есть вопиющее проявление русофобии, что оно нелегитимно и неконституционно и т.п. Конечно, нас могут упрекнуть в неискренности и непоследовательности, но ответ наготове: в России сегодня нет организации, ответственно представляющей русский народ. Используем хоть раз свою слабость как силу…».

Мой рецепт «быть поумнее» вы отклонили или «не заметили», решив, что это не про вас. Добавлю еще кое-что.

Конечно, разжигать национальную рознь – преступление перед всеми народами. Да оно и политически недальновидно. Но не замечать уже разгоревшейся розни, делать вид, что «все хорошо», лобызаться с инородцами, которые приезжают в Москву, лучась дружелюбием, а потом, вернувшись домой, гнобят наших единокровных, – это тоже преступление, но уже перед своим народом. Перед русскими.

Скоков, Лужков… Неужели вы стремитесь стать третьим, Борис Сергеевич?

6. О способности страуса к круговой обороне

Признаться, вы поразили меня недодуманностью некоторых ваших аргументов. Вы, например, пишете: «Национализм не может быть агрессивным, национализм не может быть направлен против кого бы то ни было, ведь национализм – это любовь к своей нации. Как может быть любовь агрессивной? Тогда это уже не любовь. И национализм, если он чужой, агрессивный и ему нужно противостоять, это не национализм, это или экстремизм, или фашизм, или шовинизм, что угодно, только не национализм… Если бурят, чуваш или тувинец любит свой народ, и это очень хорошо, это правильно, это нормально; не нормально, когда кто-то не любит свой народ или равнодушен к своему народу; только почему любви чуваша к своему чувашскому народу нам необходимо противопоставлять любовь русского к русскому народу – не понятно».

Совсем недавно, каких-то пятьдесят пять лет назад, русские люди, любя свой народ, разгромили и покорили немецких людей, тоже очень любивших свой народ. Это – проявление русского шовинизма? Мой отец пошел добровольцем на фронт в 18 лет и много немцев, венгров и испанцев перебил за четыре года; он – экстремист? Дмитрий Донской усеял Куликово поле татарскими костями; наверное, он – фашист…

Господи, как глупо! Бывает ли любовь агрессивной, атакующей? Спросите об этом кошку, защищающую своих котят, тигрицу, защищающую своих тигрят! Любую мать, защищающую своих детей! Любого любящего, защищающего свою любимую! (Современным психоанализом разработан даже соответствующий термин: «оборонительная агрессия».)

Поистине, этого может не понимать только тот, кто любит свой народ сложа ручки, любовью платонической, созерцательной и отвлеченной, любовью ради любви – в прохладе и покое. «Что ты делаешь, чем наполнена твоя жизнь? – Я люблю свою любимую. – И все? – И все. – Но чем ты занят? – Да я ж сказал: я люблю. – Но твою любимую насилуют, а ты сидишь! – Это не мешает мне любить ее…».

Но тот, кто любит любовью деятельной, активной, тот понимает: любовь – бесконечно многообразна, она может быть оборонительной и наступательной, созидательной и агрессивной! Все зависит лишь от обстоятельств, в которых она проявляется, а не от выдуманных теоретиками «правил любви», которых, слава Богу, никто не читает. Ученый любит свою нацию за рабочим столом, космонавт – в ракете, а солдат – в окопе. И его пуля во врага направляется любовью. Для националиста в любви к своему народу нет никаких запретов и ограничений. А какой ярлык ему навесят при том враги – об этом он не должен даже думать.

Кстати, навесить на меня ярлык шовиниста постарались, разумеется, не только вы. Тут плечом к плечу с вами встали бывший ответработник идеологического отдела ЦК КПСС Леон Оников (армянин) и Прошечкин с Абдулатиповым, с чем вас и поздравляю. Отвечу вам так, как ответил Оникову:

«Для любого националиста главный враг – не национализм другой нации, а интернационал в любом обличье. Я вполне согласен с г-ном Ониковым в том, что “подлинный национализм признает право на национализм любого другого народа”. И я готов дружить с националистами всех наций… если только их устремления не противоречат интересам русского народа. К примеру, я отношусь с полным пониманием к стремлению украинских националистов создать независимое государство Украину и украинскую политическую нацию, но не могу позволить делать это за русский счет и никогда не смирюсь с этноцидом русских на Украине. Я уважаю чеченских националистов и в чем-то даже завидую им, вполне понимаю логику их политического поведения, но понимаю также и то, что для нас, русских, это – враг, которому надо без всяких сантиментов оторвать голову, а не выказывать перед ним “дружбу”, “дружелюбие”, “солидарность”, “сочувствие” (Оников). И т.д. Ну, а если мой критик мечтает о некоем “интернационале националистов” (на моем пути такие мечтатели уже не раз встречались), то я его разочарую: утопии и мифы – не мой конек».

А теперь вопрос «на засыпку», Борис Сергеевич: противоречат ли устремления татарских, башкирских, якутских, адыгейских, чеченских, ингушских националистов, любящих свои народы, – интересам русского народа? Я утверждаю: да!

Сегодня мы, русские, вынуждены защищаться и защищать тех, кого любим. А любим мы, русские националисты, (по нашему с Вами определению) – свою нацию. Будьте же последовательны, Борис Сергеевич!

* * *

Кстати, упрекая меня в недооценке прелестей национализма малых народов, вы снова передернули: подставили вместо конкретных мною упомянутых национальностей, в среде которых сегодня русские испытывают серьезные притеснения («татары, башкиры, якуты, адыги, не говоря уж о чеченцах и ингушах», а также казахи, грузины, украинцы, прибалты), – ни в чем таком не замеченных и вообще не упомянутых мною бурят и чувашей. Чтобы подчеркнуть, очевидно, мою предвзятость. Подчеркнули – свою…

Или еще: «Почитаешь Севастьянова, на кого он с таким пылом-жаром обрушился, подумаешь, что это по вине хакасов, алеутов, нанайцев, шорцев, алтайцев, ханты, манси русский народ “остался без сил, без государственной опоры, оболганный, обобранный, не способный даже себя как следует накормить”, и подумаешь, что Чубайс не еврей вовсе, а кумык, и Березовский не еврей, а нивх, и Гусинский не еврей, а ороч, и Абрамович не еврей, а эскимос… и вся остальная еврейская шобла, грабящая страну… сплошь шорцы, вепсы, удэгейцы, лезгины, кумыки, а не евреи вовсе… Разве от якута или бурята ощущает русский человек себя в опасности?» Ну, о евреях я уже сказал выше. Если бы я хотел обвинить названные вами народности, “обрушиться на них” я бы это, поверьте, сделал. Мало бы не показалось. Но я-то их даже не упоминаю, я-то обрушиваюсь совсем на других; зачем же вы опять валите с больной головы на здоровую? А что касается вашего вопроса, отвечу: насколько я знаю, от бурята – пока что нет, а от якута, увы, уже да.

Не буду голословным. Передо мной «Национальная газета» №3(7) за 1997 год. Статья бывшего вице-мэра Якутска, действительного члена Академии Космонавтики им. К.Э. Циолковского – Александра Азямова, которого местные якутские власти сумели выжить из Якутии, предварительно бросив на несколько месяцев в тюрьму. Название: «Крайний Север: русским вход запрещен». Там, в частности, написано:

«В одночасье русские на окраинах стали людьми второго сорта, которых только ленивый или окончательно спившийся нацмен морально или физически не пинает. На Крайнем Севере отмечено резкое сокращение русского населения, особенно там, где у власти оказались местные “бароны”, лелееющие антирусские настроения. На последнем съезде КПСС один известный нацмен недаром в грубой форме отрезал, что впредь-де никогда не будет ни старшего, ни младших братьев. И теперь на окраинах России даже многочисленные полукровки, которые раньше с гордостью говорили, что они русские, вдруг в один миг стали передовым отрядом “национальной интеллигенции”. Ныне вчерашние “младшие братья” претендуют на особые отношения своих “суверенных” государств с “суверенным” несуществующим Русским государством, от которого эти “бароны” стали получать все, а возвращать ему – ничего. Они отгородились таможнями, ввели различные ограничения для приезжающих русских. А чтобы местные русские не мешали строить вдруг свалившееся с небес “суверенное” государство ханов и рабов, “бароны” решили всех их превратить либо в беженцев, вынужденных переселенцев, либо (если кто пожелает остаться) в современных рабов, которые будут много работать, но ничего не будут получать за свой труд… Все производства возглавили местные национальные кадры, имеющие весьма смутные представления о деятельности промышленных предприятий. Правоохранительная система на глазах стала приобретать преступный клановый характер, при отчетливой тенденции полной “суверенизации” от центральных федеративных органов власти. Участились случаи полного произвола против русских, грабежей, разбоев со стороны лиц в милицейской форме. Расследования подобных преступлений ведут, как правило, те же лица. Промышленность, добываемые минеральные ресурсы на корню разворовываются местными “баронами”, их родственниками и приближенными лицами (под стенания и причитания о горькой судьбе своего вымирающего народа). При этом они еще и натравливают “свой вымирающий народ” на “русских пришельцев”, утверждая, что все беды – от них. “Русские, убирайтесь отсюда! вас никто к нам не звал!” – таков лейтмотив местных лидеров “национальных фронтов”. Откровенно хулиганские антирусские выходки начинаются с началом рабочего дня, под одобрительные взгляды руководства из нацменов, и заканчиваются во второй половине дня на очередном митинге – таковы политические результаты деятельности “национальных фронтов” и их активистов».

Все это, как вы понимаете, писалось Азямовым не с чужих слов, а по собственному горькому опыту. И в личной беседе наполнялось местной якутской конкретикой. Но в моем досье полно материалов, газетных вырезок, которые позволяют наполнить эти же строки башкирской, татарской, адыгейской (и т.д.) конкретикой. Попросите – покажу.

Вот вы недавно побывали в Башкирии, привезли, насколько я знаю, оттуда аналогичные впечатления. вам не совестно теперь за ваш выпад против меня? Ведь пытаться заткнуть рот человеку, который видит опасность и не стесняется о ней говорить, это все равно, что убить часового. Своего часового…

Вы делаете именно это. И как!

Вы цитируете меня: «То, что начали чеченцы, рано или поздно продолжат другие. Мы должны сыграть на опережение». И комментируете: «Что же начали чеченцы? В общественном сознании, сформированном антирусскими, антироссийскими СМИ… чеченцы начали отделяться от России. Получается, чтобы нам “сыграть на опережение”, как пишет “Независимая газета”, надо не дожидаясь, пока от нас начнут отделяться татары, башкиры, удмурты, чуваши, хакасы… самим отделяться от них?»

Да есть ли у вас совесть, Борис Сергеевич! Так перевернуть, извратить мои слова! И нечего прикрываться «антирусскими СМИ»! вы что, и впрямь не знаете, что «начали чеченцы»?!

Ну, так я вам скажу. Чеченцы в 1990-1991 годах начали открытый и тотальный геноцид русского народа в Чечне, а затем и антирусское восстание, и антирусскую войну2. Это не были отдельные выходки подонков и провокаторов: это было массовое народное антирусское движение, в котором участвовало чеченское население как таковое. Не верите мне – посмотрите отчеты Комиссии Говорухина (они опубликованы), прочтите книгу А. Кольева «Чеченский капкан», «Белую книгу» ФСБ по Чечне, другие материалы и документы (очень хочется об этом сказать подробно, но нет места). А хотите, я дам вам адреса общин беженцев из Чечни, познакомлю вас кое с кем из них? Чтобы они вам в глаза объяснили, что же именно «начали чеченцы»? Как известно, от почти полумиллиона русских жителей Чечни там осталось едва двадцать тысяч. Не хотите ли окунуться в это море русской беды, разлившееся по воле чеченцев, «любящих свою нацию»? Или предпочтете опустить глаза? Или будете лепетать наивные глупости про то, как «четыре года назад (?!) евреям удалось стравить два коренных народа России»?!

«Что же начали чеченцы»... Все знают, а Миронов – не знает?!!

Печально, но факт: «чеченский синдром» в более или менее выраженном виде присутствует и в других так называемых республиках, в первую очередь – в неоднократно мной уже названных: в Татарстане, Башкирии, Якутии, Адыгее, Туве. Про Ингушетию и Дагестан я не говорю: там русских и раньше было очень мало (в Дагестане, например, – всего 9,2 % населения в 1989 г.), а ныне уже давно практически не осталось. Дискриминация русских происходит в Калмыкии, в Кабардино-Балкарии, в Марий-Эл и даже в Осетии… И если вы, русский лидер, не слепы, вы обязаны все это видеть и знать. А вы, кажется, намерены с античным стоицизмом закрыть на это глаза – и все гладить и гладить по головке татар и башкир, якутов и адыгов, ингушей и чеченцев, стоя в красивой позе и приговаривая: «Не бойтесь, мы с вами!»

Учитесь смотреть в глаза – правде, в лицо – опасности. Вызов современности в том, что нам, русским, приходится сегодня (как много раз прежде) держать круговую оборону от многих внешних и внутренних неприятелей, среди которых евреи – возможно, самый страшный, но далеко не единственный. Да, это наша трагедия. От нее не спрятаться, не уклониться. И мы должны встретить ее в полной готовности, в том числе моральной. Спина к спине, плечо к плечу.

Можно, конечно, уподобившись страусу, спрятать голову в песок. Что будет потом – гадать не надо: поимеют все прохожие.

Вы этого хотите?

6. Как цари стелили и как потом спалось

А может, я неправ? Может, и впрямь предаю заветы предков? Нарушаю русские традиции? Не имею в себе «русского духа», «русского сердца»? Плохо образован, несведущ? Если нет знаний – это плохо, очень плохо. Надо стремиться к знаниям, надо учиться их осмыслять… Что ж, я всегда готов.

Вот знаток истории Борис Сергеевич Миронов и учит меня, серого: «Не столько кровью и силком, сколько добротою, любовью и уважением к другим народам полнилась российская семья, по-родительски принимали русские цари в свою семью новые народы и их отеческая длань была оберегающей, охраняющей, окормляющей. Да и как иначе могло быть…». В доказательство приводит, правда, лишь царские грамоты и клятву казахских батыров, старшин и ханов. Слова, слова, слова…

Итак, посмотрим в глубь истории: могло ли, действительно, быть иначе?

Не будем касаться таких скользких моментов, как покорение Кавказа или завоевание Туркестана и Польши. Ни поляки, ни народы Средней Азии и Казахстана сегодня не входят в состав России. Вопрос с Кавказом завис на долгие времена. Хотя, конечно, велик соблазн рассказать в подробностях о польских восстаниях, о туркестанских походах русской армии, о заветах Ермолова, о диком и непристойном вооруженном восстании, которое учинили казахи, узбеки и киргизы, когда их попытались призвать на Первую мировую… Но это, в общем и целом и так все знают.

Нет, коснемся-ка других народов, о которых не все и не всем известно. Не буду углубляться в специальную литературу (хотя мог бы), возьму за основу всем доступные, проверенные источники: дореволюционную энциклопедию Брокгауза-Ефрона (БиЕ) и Советскую историческую энциклопедию (СИЭ). В них спрессован огромный материал, обобщены капитальные сведения, приведена обширная библиография. Излагаю информацию свободно, кавычки ставлю не всегда.

Кстати о Сибири

Как это начиналось. В 1472 г. была покорена Пермская земля. В 1465 устюжанин Василий Скряба «воевал Югрскую землю» и полонил князей ее Калпака и Течика. Замечу для неосведомленных, что «югра» – это общее название, под которым в русских письменных источниках с XI века поминаются те самые ханты, обычно именуемые остяками, и манси, обычно именуемые вогулами, которыми Вы, Борис Сергеевич, задумали меня попрекнуть. Специально для вас – выписки из Брокгауза-Ефрона о том, как наши предки их жаловали, за них стояли и от сторон берегли.

«В истории России вогулы появляются в год смерти первого епископа пермского Стефана. С этого времени они не перестают напоминать о себе. В 1455 г. при одном набеге на зырян они проникают, под началом князька Ассьяна, даже до Вычегды. Четвертый и пятый епископы пермские, Питирим и Герасим, убиты вогулами, первый – при одном из их набегов, а второй – во время проповеди».

Экспедиция Скрябы не имела такого значения, как поход 1483 г., когда князь Курбский Черный и Салтык Травин с большим московским войском прибыли к устью реки Пелыми, оттуда отправились мимо Тюмени в «Сибирскую землю», завоевали множество городов, взяли много пленных и затем пошли по Иртышу «на Обь, реку великую, в Югорскую землю, и князей Югорских воевали и в полон увели» (БиЕ). Результатом похода князя Курбского было признание сибирским князьком Лятиком, югорским Пыткеем и двумя вогульскими князьями своей зависимости от Москвы. Отказ их платить дань послужил поводом к новому походу в 1499 г., окончившемуся покорением северной Югрии. В 1514 году завоеванная Югрия была разделена на две области, Кондинскую и Обдорскую, и великий князь Василий Иванович (тот самый!) к титулу, унаследованному от Ивана III – «великий князь Югорский» – прибавил «кондинский и обдорский».

«Набеги, однако, не прекратились: в 1581 г. вогулы напали на строгановские города, а в следующем году подступали под Чердынь. Оказалось необходимым поставить постоянную стражу в пределах самой земли. В 1592 г. кн. Горчаковым был казнен вогульский князек Алберган. Последний вогульский бунт относится к XVII столетию». К концу XIX в. оседлые вогулы, поголовно окрещенные в 1722 г., настолько обрусели, что «отличить их от русского крестьянина сплошь и рядом невозможно».

Остяки, «теснимые русскими», постепенно «отступали к Уралу; в Сибири они рано вынуждены были вступить в борьбу с самоедами, а потом подпали под власть татар. В XVI в., при завоевании Сибири, остяки оказывали упорное сопротивление русским, которые разрушили у них 41 городок… Народ вообще довольно бедный, непредприимчивый, простой, честный, добродушный, вследствие чего эксплуатируется русскими крестьянами, у которых остяки находятся обыкновенно в неоплатном долгу. Особенно сильно вредит остякам водка; и везде, где они живут в более близком и частом общении с русскими и зырянскими торговцами, среди них развито пьянство, сифилис, они бедствуют и вымирают, и территория их все более колонизируется русскими».

Что-то не очень похоже на ваши благостные выдумки, Борис Сергеевич! А ведь этот том энциклопедии вышел не в «перестроечной» России, а в 1897 году!..

О войне с Кучумом все знают, хотя не все знают, что он регулярно убивал послов Ивана Грозного, которых тот ему столь же регулярно направлял лет пятнадцать кряду. Первая война за покорение Сибири кончилась в 1584 году. Но окончательное завоевание датируют только 1701 годом. За эти годы восстание за восстанием поднимали вогулы, остяки, татары и даже самоеды; опустошительные набеги творили ногайцы, калмыки.

«Волости татарских и тюрко-татарских народов не были довольны русским владычеством; старая аристократическая закваска сказывалась, да и обращение русских с инородцами было очень жестокое. Барабинские татары в 1628 г. перебили русский отряд; тарские татары опустошили весь уезд вплоть до города Тары. Из Тобольска двинуты были ратные люди; татары были застигнуты врасплох и почти все перебиты… В следующем году русские успели разбить чатского мурзу и теленгутского князя… С 1634 г. калмыки начинают открыто поднимать восстания против русских во имя тех же Кучумовичей… Так тянется дело до начала 60-х годов XVII века. Надежда освободиться при помощи сибирских царевичей от русских властей не умирала среди татарского населения. Новый мятеж прежде всего начался на Исети. В 1662 году изменники “многие слободы повоевали, людей побили и скот отогнали и дворы выжгли”… Мятежные действия продолжались три года… В первой четверти (1626 г.) XVII столетия число ясачных людей, вместе с инородцами, бывшими на службе царской, в Западной Сибири не превышало 3000 человек, между тем как в середине XVI века послы Едигера, прибывшие в Москву с изъявлением покорности, сказывали, что “у Едигера” (т.е. в Западной же Сибири) 30700 человек черных людей». Одно это говорит об интенсивности борьбы и о страшном избиении инородцев (за какие-то 75 лет исчезло 90 % автохтонного населения! – А.С.)Всех военных столкновений за период с 1590 по 1617 г., не включая экспедиций для наложения ясака,.. было не менее 30, причем некоторые из них были очень серьезны…

Ясак в сущности равнялся оброку с русских, но к нему надо прибавить еще «поминки» (подарки) царю, воеводам, сборщикам и т.д., грабеж инородцев всеми сильными людьми и обязанность платить за умерших – и тогда будут понятны вопли несчастных: “Мы обнищали и одолжали великими долгами, женишек и детишек позакладывали!” Понятно станет и то, почему ясачные никогда не могли уплатить сполна ясака и недоимки на них накоплялись ежегодно. От ясака московское правительство имело громадную прибыль… В царствование Федора Ивановича стоимость вывозимых мехов составляла от 400 до 500 тыс. р. Весь государственный доход в это время не превышал 1.500.000 руб.; следовательно, ясак давал почти одну треть всех поступлений…

Сибирь из царства инородческого превращалась мало-помалу в русскую область… Бунты камчадалов и чукчей, несмотря на упорство последних, большой опасности не представляли. После продолжительной борьбы они смирились или, вернее сказать, почти все взрослое население было перебито военными командами. Одни киргиз-кайсаки не оставляли своего разбойничьего образа жизни не только в XVIII в., но даже и в XIX–м…» (Г. Лучинский. Сибирь. – БиЕ, т. XXIX).

Достаточно, пожалуй? Да, еще одну детальку для красы: «Многие инородцы умирали холостыми, так как жен неоткуда было взять: инородческие женщины были у русских. Из 44, например, умерших инородцев Каурдацкой волости только двое оставили после себя семью» (там же).

Что ж, прав Миронов: не одним насилием, но и лаской, любовью…

Татары

Кое-что о татарах мы уже узнали выше. Добавим немного.

Как известно, Золотая Орда разделилась на четыре ханства: Казанское, Астраханское, Сибирское и Крымское.

В 1552 году русские взяли Казань, к 1558 году к России были присоединены все земли Казанского ханства. Первые восстания татар вспыхнули уже в 1573-1587 годах. В 1616-1619 годах (уже после Смутного времени) волнения «ясачных людей» охватили территорию от Мурома до Сарапула (т.н. Еналеевское восстание). В XVII в. происходит усиленная колонизация и насильственная христианизация края. Было основано 20 монастырей (Раифский, Семиозерный и др.). Коренное население превращается в основном в ясачное. В 1662-64 гг. татарское население восточных районов участвует в башкирских восстаниях, а в 1670-1671 весь край был охвачен Крестьянской войной под предводительством Степана Разина. «Даже впоследствии, когда ханства потеряли независимость и подчинились русским, народности, входившие в их состав, не раз поднимали опасные восстания. Существуют основания думать, что они чувствовали родство друг с другом и задумывали, под покровительством и при помощи Турции, общий бунт, но их планы не осуществились» (БиЕ).

В середине XVIII в. активизировалась русификаторская политика царизма, вызывавшая протест татарского населения. Феодальное и национальное угнетение усиливало классовую борьбу местного населения, в которой наряду с крестьянами нередко выступали работные люди – суконщики (1740-41) и др. Население Татарии активно участвовало в Крестьянской войне под предводительством Пугачева 1773-75. В дальнейшем были крестьянские и рабочие волнения. Татары приняли заметное участие в революции. В марте-апреле 1919 года была сформирована 1-я Татарская стрелковая бригада, принявшая активное участие в боях против колчаковской армии. Тысячи сынов татарского народа боролись на фронтах гражданской войны за власть Советов (см: М.К. Мухарямов, А.Х. Халиков. Татарская АССР. – СИЭ, т. 14).

В 1554 г. русские войска вошли в Астрахань, в 1557 – присоединили Астраханское ханство к России. Набеги и разбои астраханских татар прекратились только после явления в 1632 году прикочевавших калмыков (о них см. ниже), которые быстро навели свой порядок.

О сибирских татарах рассказано выше.

О крымских татарах и, соответственно, русско-крымскотатарских отношениях – разговор особый. Злейших врагов еще надо поискать.

Башкиры

В 1229 г. башкиры подверглись нападению татаро-монголов и, несмотря на упорное сопротивление, в 1236 были покорены войсками Батыя. После присоединения Казанского ханства к России в 1552 башкиры обратились с просьбой к русскому правительству о принятии их в русское подданство. К 1557 большая часть населения Башкирии добровольно вошла в состав России. Зауральские башкиры перешли под власть России в конце XVI – начале XVII вв. после ликвидации Сибирского ханства.

Недолго длился башкирско-русский роман. Прошло едва сто лет – и началось…

«Главные удары во время восстаний направлялись против русских поселений.

Поводом к восстанию 1662-64 послужило запрещение русским правительством набегов башкирских феодалов на калмыков и изъятие калмыцкого полона.

Толчком к восстанию 1681-83 явилась насильственная христианизация башкир. Его возглавил старшина Сеит Садиир, по имени которого восстание получило название Сеитовского. Оно началось осенью 1681 и к лету 1682 охватило всю Башкирию. Башкиры, обманутые лозунгом «священной войны» против русских, сначала поддерживали восстание. После поражения повстанцев в бою у реки Ик восстание пошло на убыль. В это время восставших активно поддержали калмыки.

Усиление финансового гнета и злоупотребления царской администрации при взимании налогов были поводами к восстанию 1705-11. Носило антирусскую направленность. Наибольшего размаха оно достигло на 2-м этапе, в 1707-08, когда движение захватило всю Западную Башкирию и прилегающий к ней Казанский уезд.

Наиболее крупным было восстание 1735-40, непосредственной причиной которого было строительство в Башкирии горных заводов и крепостей, что сопровождалось отнятием земель у башкир.

Все крупные восстания совпадали по времени с осложнениями в русско-турецких и русско-крымских отношениях. Есть сведения о попытках феодалов Башкирии установить связь с Крымом и наметить планы совместной борьбы против Русского государства» (см: И.А. Булыгин. Башкирские восстания. – СИЭ, т. 2).

«Антифеодальные настроения масс нашли выражение в движении тептяро-бобыльского населения в 1747 и в Башкирском восстании 1755. Башкирский народ активно участвовал в Крестьянской войне под предводительством Пугачева 1773-75, в которой выдвинулись башкирские вожди Салават Юлаев, Кинзя Арсланов, Канзафар Усаев и др.»

В следующем веке также были башкирские волнения в 1830-е, 60-е, 70-е и 80-е годы.

14 июня 1922 декретом ВЦИК была создана БАССР с включением части уездов Уфимской губернии. Столица автономной республики была перенесена из Стерлитамака в Уфу (см: А.Н. Усманов, Б.Х. Юлдашбаев. Башкирская АССР. – СИЭ, т. 2).

Как известно, дьявол сидит в деталях. За этим дело не станет.

«В 1557 г. башкиры уже платили ясак, а Иоанн Грозный в завещании, писанном в 1572 г. поручает сыну своему Казанское царство уже “с Башкирдою”…

Уже в первой половине XVII века начинаются волнения… В 1662 г. вспыхнуло восстание под предводительством Сеита. Своею конечною целью восстание имело возрождение мусульманской независимости во всем Казанском крае и Сибири. В 1663 г. воевода Зеленин подавил восстание…

Спокойствие в крае водворено, но ненадолго. В 1705 г. вспыхнуло восстание еще более упорное. В 1707 г. один из башкир, назвав себя Святым Султаном, задумал восстановить магометанское царство. Он ездил в Крым и Константинополь, пробрался на Кубань и к горским народам, чеченцам, мичкисам, аксайцам. Многие к нему пристали, в том числе кумыки, аграханские казаки-раскольники, окочены и татары, но 26 февраля он был разбит под Терком и полчища его рассеяны. В то же самое время в Башкирии кипел бунт… Башкиры осаждали Уфу, Бирск и Мензелинск, выжгли села по рекам Белой, Каме и Самаре и уже были в 30 верстах от самой Казани. Петр, занятый войной со шведами, не мог отрядить против них значительного войска… Петр разрешил собрать вольницу и истреблять башкир всячески, огнем и мечом. На зов явились калмыки. Две орды, по 10.000 каждая, под начальством стольника Бахметева, вторглись в Башкирию, жгли селения, грабили скот, резали мужчин, уводили в плен женщин и детей. Восстание было подавлено, но едва удалились калмыки – оно вспыхнуло с новой силою. Последовало вторичное вторжение калмыков…

Волнения не прекращались. Петр думал о более прочных мерах для умиротворения края, но смерть помешала ему (1725)…

В 1724 г. башкиры были ограничены в праве владения лесами. В постройке Оренбурга они видели дальнейшую меру лишения их земельной собственности. Они решили сопротивляться. В 1735 вспыхнуло восстание под предводительством Кильмяк-Абыза… Несмотря на турецкую войну, даны были регулярные войска, которые и двинулись в Башкирию под начальством Румянцева. Со стороны сибирской действовал известный историк В.Н.Татищев… В июне 1736 г. большая часть Башкирии была выжжена и разорена… Указом 1736 г. русским разрешено приобретение башкирских земель, а мещерякам, оставшимся верными и в бунтах не участвовавшим, предоставлено было право собственности на те земли, которые они до того арендовали у башкир-бунтовщиков. В 1739 г. тептери и бобыли, которые представляли род крепостных по отношению к природным башкирам, освобождены были от оброка башкирам-бунтовщикам… Вместо Румянцева прислан Хрущов, который, забирая башкир в качестве заложников, перебивал их… В 1740 г. Урусов вместе с Соймоновым, сменившим Хрущова, подавляет, наконец, восстание. При этом сожжено и разорено было 696 жилых деревень и, по одним официальным рапортам, башкиры потеряли убитыми 16.634 человека, сосланными в разные места до 4000; кроме того, 301 человек были наказаны отрезыванием носа и ушей, отобрано было множество верблюдов, лошадей и рогатого скота…

В 1755 г. башкиры начали собираться в небольшие шайки и, обозначив свой путь пожарами и убийствами, удалялись за Яик в Киргиз-кайсацкую орду, где должны были собраться все силы мятежников… Неплюев… с большим искусством поселил раздор в самом мятежном населении и отвлек от башкир и даже вооружил против них мещеряков, тептерей и бобылей… Батырша был взят в плен… Более 50.000 башкир, считая в том числе женщин и детей, бежали за Яик к киргиз-кайсакам, но и там Неплюеву удалось возбудить между союзниками раздоры, закончившиеся взаимным избиением…

Батыршин бунт был последним бунтом башкир, но не последним протестом их против русской власти… Ни одно движение конца XVIII века в Поволжье не обходилось без участия башкир. Никогда Пугачевщина не приняла бы таких обширных размеров, если бы к ней не примкнули башкиры под предводительством Салавата… про которого народ и поныне распевает песни, отчасти им самим сложенные. Пушкин называет его «свирепым»…

Достаточно?

Якуты

«Идеал якута заключается в том, чтобы, ничего не делая, много есть и разжиреть, но при необходимости он работает с замечательным усердием и вообще отличается трудолюбием… Их коммерческие наклонности облегчают им эксплуатацию легкомысленных и беспечных соседних инородческих племен, а нередко даже и русских… К наукам якутские дети прилежны и понятливы; в якутской гимназии, особенно в низших классах, они идут впереди русских… Хотя в настоящее время якуты – христиане, но догматы христианской церкви до сих пор совершенно чужды и непонятны большинству якутов. Они усердно придерживаются шаманских обрядов… К массе старых божков прибавили только русских святых, в особенности Николая Угодника» (Л. Личков. Якуты. – БиЕ, т. XLI).

«Впервые известие о якутах получено было в 1620 г. от мангазейских казаков... Решительные действия начались с 1632 г., когда енисейский сотник Петр Бекетов, с 30 казаками, плывя по Лене до места, где стоит город Якутск, покорил по пути якутов, обложил их ясаком и для прочного занятия края заложил Якутский острог… Еще в 1630 г. отряд мангазейцев под начальством Васильева дошел до Лены и покорил вилюйских якутов… В 1645 г. произошло восстание юкагир… В 1682 г., при воеводе Приклонском, якуты сделали последнюю попытку к восстанию. Восстание кончилось полным их разгромом. Остатки разбитых якутов бежали за р. Яну; воевода отправил за ними отряд из 70 человек, приказывая им истреблять бежавших и обложить ясаком каменных ламутов…» (Н. Латкин. Якутская область. – БиЕ, т. XLI).

«И успокоилась земля от войны», – как замечают в подобном случае библейские хроники.

В годы гражданской войны якутские большевики сыграли большую роль в свержении белого колчаковского правительства. В ночь на 15 декабря 1919 года в Якутске произошло восстание рабочих и революционных солдат, после чего всю полноту власти принял Военно-революционный штаб (Ф.Г. Сафронов. Якутская АССР. – СИЭ, т.16).

Калмыки

«Впервые некоторые из калмыков, проникшие в Сибирь, официально заявили о себе русскому правительству при Василии Шуйском и просили о принятии их в русское подданство… В 1655 г. была взята первая шертная запись, по словам которой калмыки клялись быть верными подданными русского царя… В 1672 г. вступил в управление Аюка… Два брата его возбудили междоусобную распрю, и один из них просил для защиты стрелецкий полк. Близ Черного Яра они сошлись для битвы, но Аюка убедил их помириться, после чего все трое, соединив свои войска, напали на стрельцов и всех их перерубили. Бунт Стеньки Разина воспрепятствовал русским наказать за это калмыков. В 1674 г. русские просили Аюку помочь в их “промысле над Азовом и неприятельскими крымскими юртами”, но Аюка этой просьбы не исполнил. Калмыки и подвластные им татары постоянно производили нападения на русских, “брали их в полон и учуги разоряли”… С 1684 г. Аюка перенес свои военные действия за Урал: воевал с киргиз-кайсаками, потом покорил туркменов мангышлакских; к этому же периоду относятся его войны с дагестанцами, кумыками, кабардинцами и кубанцами. Около 1690 г. Далай-лама прислал Аюке ханский титул и печать; Аюка принял эти подношения, не спрашивая русского царя и даже не извещая его о своих сношениях с Тибетом…

Число крещеных калмыков, однако, постоянно возрастало; в 1703 г. для них устроено было русскими особое поселение с церковью на р. Терешке, но в конце 1704 г. оно было разрушено по приказанию Аюки. В 1706 г., при усмирении астраханского бунта, Аюка вызвался помогать правительству, но при этом сам разорил и разграбил астраханские слободы. В 1707 г. калмыки отправились, было, в числе 3000 чел., в войну против шведов, но от Москвы воротились назад и по дороге увели с собой до 100 семей из разных русских деревень. В 1708 г. калмыки, в соединении с башкирами, сожгли более 100 сел в Пензенской и Тамбовской губерниях. В 1709 г. Аюка вызвался помогать князю Хованскому в искоренении шаек бунтовавших донских казаков, но на возвратном пути разорил русские деревни и увел в свои улусы около 1000 человек русских. В 1714 г. к Аюке явилось из Пекина китайское посольство; калмыцкий хан официально заявил перед ним о своих симпатиях к Китаю и розни с Россиею. В 1715 г. кубанский султан Бакта-Гирей напал на калмыков и так разграбил их улусы, что сам Аюка едва успел спастить в Астрахань, под защиту русских полков, собранных тогда для похода на Хиву под начальством князя Бековича-Черкасского. Русские выступили на защиту Аюки, но не стреляли по татарам. Аюка, недовольный этим, послал в Хиву извещение о движении русских, что повлекло за собой гибель Бековича…

С 1727 г. снова начинаются набеги калмыков на русские пределы; в течение одной осени 1727 г. русские потерпели от них убытков на сумму свыше 60 тыс. руб.; в плен было взято 17 чел. и убито 15…» (проф. Д. Анучин и проф. А. Позднеев. Калмыки. – БиЕ, т. XIV).

В 1771 году калмыки в основном составе снялись с места и ушли из России в Чжунгарию. Осталось не более 50 тыс. человек. Калмыки были переданы в ведение Астраханского губернского управления, а Калмыцкое ханство ликвидировано. Но «сложности» национального характера остались. Калмыки участвовали в Крестьянской войне Пугачева; «волнения» среди них, подавлявшиеся военной силой, происходили даже в ХХ веке – в 1903, 1905-09 гг. Когда в 1916 г. царское правительство мобилизовало калмыков (всего лишь на прифронтовые работы) – это вызвало «сильное недовольство и волнения в степи». В годы гражданской войны было создано два калмыцких кавалерийских полка для борьбы с белогвардейцами3. Осенью 1942 значительная часть Калмыкии была оккупирована немцами. Аборигены проявили себя под оккупацией так, что в конце 1943 года Сталин был вынужден выслать их на восток, а саму Калмыцкую АССР упразднить. После ХХ съезда КПСС все вернулось на место (см: Б.С. Санджиев. Калмыцкая АССР. – СИЭ, т. 6).

* * *

…Что, Борис Сергеевич, поняли, чем пишется история? Красненьким, солененьким. А вы нам все умильные сказочки рассказываете… О каком там долге перед инородцами, о каких заветах предков вы толкуете? Слава Богу, предки были нормальными людьми и свой дом – Россию строили, как это и положено у нормальных людей, для собственных, русских детей и внуков. А вовсе не для «малых сих». И надеялись при этом только на свои силы да на Бога. И нам именно так поступать и завещали.

Я, пожалуй, поставлю точку в изысканиях. Рассмотренные народы относятся к числу наиболее проблемных для нас. (Кавказ надо рассматривать отдельно). Но ведь далеко не все народы – проблемные! Уверен, что нам не ударят в спину и не отделятся от нас осетины – иначе их христианский анклав, зажатый мусульманскими республиками, да еще разделенный грузино-российской границей, да еще со смертельным врагом, ингушами и грузинами, под боком, окажется в безвыходном положении. Сомневаюсь, чтобы кабардинцы, добровольно вошедшие в состав России еще в XVI веке и также соседствующие с кровными врагами – балкарцами, захотят остаться с ними один на один без могучего посредника. Боится отделения от России Дагестан, который, во-первых, окажется в бездне нищеты, а во-вторых, немедленно взорвется межэтническими и межконфессиональными противоречиями и рухнет на долгие годы в пучину гражданской войны. Ничего плохого я пока не слышал про бурят, там русофобия невысока. И т.д.

По правде говоря, я пока не жду особых каверз от численно значительных чувашей, марийцев и мордвы, хотя бы потому, что они, в основном, православные христиане и столетиями мирно уживались с русскими. (Недаром наши «доброжелатели» пытаются оторвать их от любой общности с русскими и затащить в искусственный суперэтнос под названием «народы Поволжья», а то еще «финны».) Крайне важно, что 49 % всех чувашей проживает вне Чувашии, 50 % марийцев – вне Марий-Эл, 71 % мордвы – вне Мордовии. Представление о собственной нации у этих народов неотделимо от России в целом, от Большой России. (Для сравнения: 96 % всех якутов живет в Якутии, 96 % тувинцев – в Туве, 88 % калмыков – в Калмыкии, 64 % башкир – в Башкирии.) С этой точки зрения даже татары, 68 % которых рассеяны по всей стране вне Татарии, не так страшны нам, и, может быть, именно в этом одна из причин того, что в 1994 году нам не пришлось вводить туда уже готовые к тому войска.

Есть и другой немаловажный фактор: процент титульной народности в составе населения той или иной республики. Здесь показатели такие: чуваши – 67,78 %, тувинцы – 64,31 %, татары – 48,48 %, калмыки – 45,36 %, марийцы – 43,29 %, якуты – 33,38 %, мордва – 32,53 %, адыгейцы – 22,09 %, башкиры – 21,91 %. Если судить по данному перечню, самые большие опасения, вроде бы, должны вызывать чуваши и тувинцы, самые меньшие – башкиры и адыгейцы. На деле все не так просто. Православные в целом чуваши – вполне «комплиментарный» (т.е. цивилизационно и душевно совместимый) для нас народ, история наших взаимоотношений, хотя и не вполне безоблачная, не отягощена так, как это сложилось у нас, допустим, с башкирами или татарами. И сегодня отношения чувашей и русских в Чувашии сравнительно ненапряженные, хотя чувашский президент Федоров, к примеру, отказался посылать призывников из республики в Чечню. То же можно сказать и о марийцах, и о мордве, с которыми нас, русских, гораздо больше объединяет, чем разъединяет. Вспомним, хотя бы, что мордвин Никон дорос до патриарха Всея Руси, а лучшие исполнительницы русских песен – Л. Русланова и Н. Кадышева – тоже мордовки. Так что с чувашами, марийцами, мордвой можно и нужно искать искренней дружбы, строить открытые союзнические отношения. Относительно неплохи наши отношения и с калмыками, потому, в частности, что они – буддисты и не втянуты в процесс исламизации окраин.

Это – одна категория российских народов. Но есть и другая. Тувинцы, адыги, башкиры, татары и якуты сумели создать у себя, при попустительстве Москвы, максимально (в границах России) дискриминационные условия для русских. Еще чуть-чуть – и начнется прямой этноцид. Как в Прибалтике, Казахстане, Украине. А стерпим, смиримся – будет и геноцид. Как в Чечне. Напряжение в этих республиках, превратившихся в этнократии, уже сейчас очень велико. В Якутии уже пытались ввести визовый режим, свою пограничную службу и свою таможню, создали полк казаков-якутов, чей лозунг, естественно, «Якутия – для якутов!» Антирусские настроения в Туве уже безобразно выплескивались на улицу, сопровождаясь убийствами русских. Дискриминация прав русских в Башкирии и Адыгее открыто обсуждается в прессе. И т.д. Плохо русским и в Татарстане, где принят, в частности, закон, по которому можно быть гражданином Татарстана, не будучи гражданином России. Вообще, как известно, недопустимые расхождения между конституциями национальных республик и Конституцией России исчисляются десятками, если уже не сотнями. В Калмыкии и Марий-Эл, оказывается, нельзя стать президентом республики, если не владеешь, соответственно, калмыцким или марийским языком. Ку-ку, русские! Вот тебе и «равенство перед законом».

* * *

Как же нам строить в этих условиях отношения с многочисленными «титульными» (и не только) народами? Не обратиться ли нам и впрямь к наследию предков? Но не к тому, сусальному, которое нам подштопал, подгримировал и подлакировал Б.С. Миронов, а к подлинному, историческому. Ведь модель наших взаимоотношений мало изменилась с 17 века. Как только мы слабеем – жди удара в спину (башкиры, калмыки во время Северной войны; калмыки, крымские татары, чеченцы и др. в 1942-43). Как только начинается гражданская война, русская свара – все они тут как тут, с огнем и саблей (что в Разинщину, что в Пугачевщину, что в Гражданскую). А попытки панисламистских поползновений, роль Турции и Крыма (татарского)! Что, разве все это не знакомо по нашим дням? Разве вы не осведомлены о проекте «Великий Туран», в котором задействованы наши Крым, Кавказ и Поволжье, Борис Сергеевич?

Что делали в таких ситуациях цари, те самые, что, по Миронову, якобы покрывали инородцев «отеческой дланью» (вернее бы сказать, «отеческой данью»)? Мы это видели выше. Во-первых, никому не давали спуску и отвечали десятикратно на каждый удар. Во-вторых, максимально использовали межэтнические противоречия. Башкир с калмыками, мещеряками, бобылями, тептерями. Якутов – с тунгусами. Калмыков – с астраханскими татарами. И т.д. По все тому же классическому, азбучному рецепту: «разделяй и властвуй». Вот и все.

Все эти возможности сохранились и сегодня. Каждый, кто не с наскоку, а всерьез занимается этнополитикой в России, не может не знать о застарелой ненависти, о глубоких противоречиях, уходящих корнями в глубь истории, но доходящих и сегодня до полной нетерпимости, между, скажем, волжскими булгарами и татарами в Татарии, татарами и башкирами в Башкирии, башкирами и калмыками, кабардинцами и балкарцами, карачаевцами и черкесами, ингушами и осетинами везде и всюду, мордвой мокша и мордвой эрьзя в самой Мордовии, якутами и эвенками в Якутии, многочисленными народами Дагестана между собой и т.д. – список этот можно продолжать и продолжать. Если бы не всех и все покрывающая власть русских, многие народы России уже давно бы вырезали друг друга, и память об этом у них сильна. Мы (пока живы и сильны) для них – единственный гарант. Русский политик должен знать все это до тонкости и пользоваться этим без колебаний. Только так можно сохранить и Россию, и свое в ней первенство.

Все это нисколько не мешает нам сотрудничать с народами России, объединяться в общем деле (вы приводили тому примеры). Но суть – не в том.

Цари никогда не садились с инородцами за круглый стол, не играли с ними в «первого среди равных». Это не царская игра.

ОСНОВНОЙ ЗАКОН НАЦИОНАЛИСТА

Но, может быть, я недооцениваю вас, Борис Сергеевич? И вы ищете не земного блага для русских людей, а какой-то высшей справедливости для всех? Может быть, вы тот самый политик, который принесет в мир некую высшую юстицию (назовем ее, допустим, «христианской», или «русско-православной» или просто «русской» или как угодно) – и всех рассудит? И всех помирит? Может быть, вам не дают спать лавры Справедливейшего Судии, способного встать над интересами всех сторон и судить с высоты беспристрастности, как некий бог? На это я скажу вам вот что.

В мире есть два основных закона, по которым один человек может судить других. Это закон справедливости – и закон любви. Они несовместимы.

Любовь – это высшая несправедливость, высшее беззаконие. Ибо любовь есть бесконечное и немотивированное предпочтение кого-то одного – всем остальным. Подчеркну: бесконечное и немотивированное. Любовь не поддается объяснению, тем более – калькуляции. Она часто предстает перед нами, как воплощение абсурда. И тем не менее, вы, наверное, согласитесь, что закон любви – это высший закон.

Можно быть справедливейшим судьей, пока судишь посторонних людей. Но если ты судишь свою мать, или отца, или жену, или сына по тем же законам, что и остальных, то ты не справедливейший судья, а обычный мерзавец, ибо у тебя не сердце, а помойка. И такой «справедливостью» ты предаешь любовь и вычеркиваешь сам себя из круга людей.

Я готов быть самым беспристрастным арбитром между армянами и азербайджанцами, между грузинами и абхазами, между тутси и хуту, наконец. Потому что мне одинаково далеки (или одинаково близки) обе стороны. Их судьба мне не дороже моего честного имени, и я не поступлюсь им в угоду одной из сторон.

Но не ждите от меня справедливости и беспристрастия, скажем, в оценке русско-чеченской войны – я еще не настолько расчеловечился. А вы, Борис Сергеевич, вы готовы быть холодным и беспристрастным судьей, допустим, в русско-еврейском конфликте? Сомневаюсь.

Мы – дети русского народа, готовые, если потребуется, стать для него отцами. И наш народ должен знать, что мы никогда не станем беспристрастно судить его ни с какими другими народами по справедливости, но всегда и только лишь – по любви.

СЕМЬЯ – СЛОВО СВЯТОЕ

Пора заканчивать письмо. Оно и так уж затянулось, хоть многое осталось недосказанным.

Хотелось мне, к примеру, поговорить о том, сколько чего мы, русские, передали за годы Советской власти национальным окраинам, и что за это от них в ответ получили. О том, кто, когда и при каких обстоятельствах возложил на нас это иго, какую роль тут сыграли, скажем, евреи, а какую – сами националы. О том, чем для нас все это обернулось.

Хотелось рассказать в подробностях о так называемом «Среднеазиатском восстании», вспыхнувшем в июле 1916 года в ответ на попытку правительства мобилизовать инородцев на военно-тыловые (!) работы и вскоре охватившем всю Самаркандскую, Сырдарьинскую, Ферганскую, Закаспийскую, Акмолинскую, Семипалатинскую, Семиреченскую, Тургайскую и Уральскую области с более чем 10-миллионным населением. (Оно нашло свое продолжение и разрешение как в годы Гражданской войны, так и в политике интернациональной русофобской Советской власти.)

Хотелось мне остановиться и на портрете тех национальностей, коих вы так увлеченно живописали – татар, чеченцев. Ибо имею что возразить об их роли в годы Гражданской войны, а потом – и Великой Отечественной. И о помянутой вами Дикой дивизии, которую Корнилов бросил на большевиков, а она почему-то не дошла.

Хотелось сказать о том, почему сегодня русский националист не имеет права ставить вопрос о восстановлении СССР или Империи в каком бы то ни было виде – а только о воссоединении разделенной русской нации в Русском национальном государстве.

Хотелось поставить в параллель с некоторыми вашими замечаниями в мой адрес – аналогичные претензии и мысли Альтшулера, Прошечкина, Абдулатипова, других подобных же специалистов по национальному вопросу. На пару страничек.

Хотелось еще просить вас ответить на ваш же собственный замечательный вопрос: «Почему то родство народов, что вчера еще надежно служило крепью государства и каждого народа российского, сегодня, по мнению русского человека, оборачивается угрозой русскому народу?»

Обо всем этом мы еще как-нибудь поговорим.

Но об одной вещи я не имею права не досказать здесь.

Вы дважды – всуе! – употребили слово «семья» в своем тексте. Написав: «Добротою, любовью и уважением к другим народам полнилась российская семья, по-родительски принимали русские цари в свою семью новые народы», а потом еще про то, как народы шли в России – «в русскую семью».

Мало того, что это неправда. Это – кощунство.

* * *

Семья это в первую очередь – общая кровь, общие предки, общая семейная история. Нет крови – нет корней. Нет предков – нет истории. Нет корней и истории – нет человека.

В чужую семью нельзя войти лишь по собственному желанию. Если я завтра объявлю себя сыном Бориса Миронова и на этом основании потребую у вас себе жилплощадь в вашей квартире, средства на мое содержание как сына, материнскую любовь вашей супруги и братскую – детей, место в фамильной кладбищенской ограде и т.д., то люди сочтут меня сумасшедшим, а вы – самозванцем и наглецом. И будете вправе применить ко мне любые меры, чтобы избавиться от такого «члена семьи» – от милицейских до кулачных.

Есть только один способ войти в семью. Для этого надо быть девушкой, и выйти замуж за сына из семьи, и взять его фамилию, а от своей при этом отказаться, и родить ему наследников семьи. Больше – никак.

Из родной семьи нельзя выйти по собственному желанию. Можно поссориться с родителями, отряхнуть от ног прах отчего дома, уехать в Америку, сменить имя, пол, гражданство; но если родился Мироновым или Севастьяновым – значит, Мироновым или Севастьяновым и помрешь, что бы ни делал, чего бы не хотел, чего бы не заявлял устно и письменно.

Нация – это большая семья. У нее – ровно те же признаки, что и у малой: общая кровь, общие предки, общая семейная история.

В нацию нельзя войти со стороны. Из нее нельзя выйти при всем желании.

* * *

Русским можно только родиться. Стать русским так же невозможно, как и перестать им быть. Это не зависит от воли субъекта, это объективная реальность, данная нам от рождения.

Если нерусский (инородец) заявляет, что он – русский, то радоваться тут нечему. Ибо это значит, что в нашу семью рвется либо сумасшедший – либо наглец и самозванец. Сосед по дому, даже самый замечательный, – это еще не член семьи.

Есть ли люди без нации? Да, есть. Это люди со сложным смешением крови, сами не знающие, кто они, лишенные важнейшей в мире идентичности. Этим людям не позавидуешь. В нашем веке таких стало немало, но не они, к счастью, делают погоду. Ибо если исключение (метисов) мы переведем в ранг правила (нации), то правило (людей чистой крови) придется перевести в разряд исключений, а это, согласитесь, – извращение.

В мире есть один пример «нации метисов» со своей цивилизацией, своей культурой: это латиноамериканцы. Но создание такой нации (в которой основой идентичности служит именно смесь кровей) – во-первых, беспрецедентно, а во-вторых, потребовало как-никак пятьсот лет.

Есть еще полукровки, люди с двойной идентичностью. Таких людей ни в коем случае нельзя отталкивать4. Им нужно помочь определиться, помочь выбрать для себя русскую идентичность. (К евреям по матери это не относится.) Понимая и помня при этом, что их психика имеет свою специфику, отягощена своего рода «синдромом полукровки», в ситуации внутреннего конфликта может привести к опасному для нас поведению. В любом случае такой человек, с ослабленным, нечетким русским национальным инстинктом – не может стоять у руководства русским движением, возглавлять русские СМИ.

Наконец, есть янычары, есть манкурты. Когда грек, болгарин, серб по крови ведет себя, как турок по воспитанию. Но это – результат искусственного вмешательства в природу, судьбу и психику ребенка, своего рода операция без скальпеля. И этим людям тоже – не позавидуешь.

Несчастная Россия в ХХ веке пережила многое. Самое главное несчастье – резкая, стремительная утрата множеством русских людей своих корней, своей семейной истории, чистоты русской крови. Манкуртизация русского сознания, янычаризация поведения (чего стоит лужковский ОМОН, избивавший московских демонстрантов)...

Но все это не дает права нам, русским идеологам, сдавать свои позиции. Русские – не нация полукровок, не нация метисов, не нация манкуртов, не нация янычар. По многим современным исследованиям, русские – в высокой степени гомогенная нация. Русских людей, имеющих обоих русских родителей – примерно 85 % в составе русского народа. Русское самосознание стремительно восстанавливается. И т.д. (Я не раз подробно об этих вещах писал.)

Русские – не «россияне», как бы ни хотелось этого абдулатиповым, тишковым, паиным и пр. Но и «россияне» – не русские. «Россияне», собственно, – это и есть наименование нерусского жителя России.

Охотников приписать русских в «россияне» столь же много, сколь и охотников записать огулом всех «россиян» – в русские. Мы, русские идеологи, не имеем права этого делать сами. И не имеем права позволять это делать другим.

Семья есть семья, у нее – четкие, конкретные границы. Мы не можем позволить их размыть. Если нация сама потеряет себя, то никакие историки ее потом не отыщут. Нынешние греки – не эллины, итальянцы – не римляне, копты – не египтяне. Не дай Бог нам превратиться в живое надгробие собственного народа.

Не играйте со словом «семья».

Не поминайте его всуе.

Это – святое слово.


1 «Это сегодняшние писатели с киношниками все государево строительство Российской империи залили кровью, а ведь документы свидетельствуют и о другом», – пишете Вы. Вот именно: и о другом. Но главные события этого строительства – взятие Казанского, Астраханского, Сибирского, Крымского ханств – отнюдь не были бескровными. Взгляните хоть на картину «несегодняшнего» Сурикова «Покорение Сибири Ермаком». Зачем же лицемерить, приглаживать, приукрашать историю своего народа? Она и без этого красива подвигом воина, завоевателя, русского конкистадора. Мы не такие хищники, как, скажем, англичане, испанцы или немцы, но и травоядных святош, добреньких исусиков из нас делать тоже не надо: это обидно и – неправда.

2  У вас характернейшая, выдающая вас с головой, ошибка: «Четыре года назад (т.е., получается, в 1996 году. – А.С.) евреям удалось сделать еще недавно казавшееся немыслимым – стравить два коренных народа России, стравить русских с чеченцами, и чеченская война лишь начало». Для меня русско-чеченская война началась не четыре года, а десять лет тому назад, в 1990 году, когда чеченцы (при чем тут евреи?!) начали в массовом порядке грабить, насиловать, похищать, избивать русских. Но русская боль и трагедия тех лет (задолго до ввода войск в Грозный) осталась Вами незамеченной. Как и вековая чеченская к нам звериная ненависть. А сегодняшняя война для меня имеет огромный и самоочевидный смысл: это справедливое и неотвратимое возмездие за четыреста с лишним тысяч поруганных русских жизней. вам виден этот смысл, Борис Сергеевич? Или вам важней фальшивая «дружба» с «коренным народом» России?

3 Конечно, самый страшный «подарок» для русских от этого «коренного» российского племени – это «славный сын калмыцкого народа» В. И. Ульянов (Ленин). Говоря о его происхождении, русские охотно вспоминают про еврейские корни, но столь же охотно забывают про калмыцкие и чувашские, а зря (прим. ред.).

4 У немцев времен Третьего Райха был специальный термин «мишлинге» для лиц со смешанной кровью. В этот разряд попадали даже те, у кого один из родителей был евреем, а другой – немцем. Немцы настолько ценили свою, немецкую, кровь, что ни один (!) «мишлинге» за все годы правления национал-социалистов не был репрессирован, депортирован, стерилизован. Но, разумеется, таких не принимали в высший орден расы – в СС, не ставили на наиболее ответственные посты, не доверяли им судьбу расы и нации. Мне это кажется разумным.

Яндекс.Метрика