08
Вс, дек

Первая заповедь. О катастрофическом вымирании русской нации

Идеология Русского Национализма

И сотворил Бог человека по образу своему ...
мужчину и женщину сотворил их...
И сказал им Бог:
"Плодитесь и размножайтесь и наполняйте Землю
и обладайте ею".
Бытие, I, 27 - 28

Для начала напомню известные цифры, свидетельствующие о быстром, катастрофическом вымирании русской нации.

За последние 5 лет в России родилось на 2,5 млн. человек меньше, чем за предыдущее пятилетие. Смертность с 1992 г. регулярно каждый год превышает рождаемость. Убыль населения вначале была в 42 регионах, в 1993 г. – в 63 регионах, в наши дни – повсеместно в России. В 1985 г. на 1000 человек родилось 16 детей. В 1995 – меньше 10. Если так пойдет и дальше, через 20 лет нас будет меньше на одну пятую часть, а затем мы станем сокращаться вполовину каждые 25 лет. Таков расчетный прогноз демографов.

А теперь – несколько выводов в связи с этими фактами. Они тоже не слишком новы для читателя, но освежить их в памяти нужно для дальнейшего разговора. Итак, просматриваются следующие перспективы.

1. Катастрофа в армии и на флоте. Уже сейчас некому служить, некому воевать: недобор новобранцев – проблема номр один для Министерства Обороны.

2. Снижение процента русских в составе населения. Рост числа смешанных браков, разжижение, размывание русской нации. Утрата русскими национальной идентификации. В масштабах СССР это уже привело к ослаблению имперских скреп, росту национального сепаратизма и распаду страны. На очереди – Россия?

3. Увеличение и без того уже принявшего угрожающие размеры демографического давления на нас со стороны Китая, Средней Азии и Кавказа с Закавказьем.

4. Остановка производства по причине нехватки рабочей силы. А значит, неизбежная иммиграция гастарбайтеров; а значит дальнейшее развитие и усиление разрушающих нацию процессов.

Все это вместе взятое означает в будущем конец России как страны русского народа, завоевание ее военным или мирным путем другими народами и странами, раздел и переделы ее, а как следствие всего этого – уже окончательное исчезновение, растворение русских, превращение нас в нацменьшинство.

Вот, что ждет наших внуков, если мы на протяжении жизни одного поколения не исправим баланс смертности-рождаемости. Все высокопарные рассуждения о великом будущем России, о ее возрождении и т.п. просто повисают в воздухе, они останутся благодушной безответственной болтовней, пока не будет решена главная задача современности – задача быстрого и неуклонного роста русской нации.

Что касается смертности, то здесь я не уверен в необходимости какого-либо вмешательства. В статистику смертности попадают и замерзшие на улицах бомжи, и самоубийцы, и отравившиеся алкоголем, и герои криминальных разборок, и просто физиологически слабые: то есть жертвы своего рода самоочищения популяции. Идет естественный отбор по закону природы. И пусть себе идет.

Но вот что касается рождаемости, то здесь оставлять дело на самотек нельзя. А то и отбирать будет не из кого. В условиях депопуляции возрастает процент неполноценных особей, гуманизируется отношение к ним, что еще усугубляет процесс вырождения.

Со всех сторон нам твердят: рождаемость падает, потому что ухудшается благосостояние людей. Если бы люди стали жить лучше, то выросла бы и рождаемость.

Это – вранье. По такой логике, выше всего рождаемость должна быть в Скандинавии, а ниже всего в Индии, Китае, Африке, Латинской Америке и т. д. Но в действительности ведь все наоборот!

Детей делают не с помощью денег, отдельной квартиры или бытовых приборов. Детей, дорогие читатели, пока что делают весьма традиционным способом. А именно: женщины рожают их от мужчин.

Детей не будет, если мужчины перестанут оплодотворять, а женщины перестанут рожать. Трагедия белой христианской расы вообще, а русской нации в частности в том, что женщины, белые, русские женщины отказываются рожать. (Мужчины пока свое дело делают, хотя зачастую отказываются от трудного долга добытчика и кормильца в пользу скудного, но гарантированного и безответственного, беспечного существования.) Не справившись с этим "бабьим бунтом" против Природы, мы никогда не исправим демографическую ситуацию. Из пробирок поколения не вырастить.

Почему не рожают женщины? В чем корни этого явления?

Ответ очень простой: потому что появилась возможность избежать родов. И потому, что общественная мораль в XX веке смирилась с подобным женским дезертирством.

Рожать очень больно и трудно. Трудно ребенка выкормить и вырастить. Рожать и кормить грудью мне не приходилось. Но в остальном проблема мне, отцу пятерых детей, знакома досконально. Огромная ответственность. Великая тревога. Масса хлопот.

Проще всего этого не делать. Не мучиться в родах. Не знать волнений, а то и терзаний за взрослых детей. Зачем осложнять себе жизнь? Приняла таблетки, сходила на аборт – и спокойна. Одна моя знакомая сделала от родного мужа двадцать шесть (!) абортов. И это, насколько я знаю, далеко не рекорд для России. По экспертным данным Россия сохраняет за собой мировое лидерство по числу абортов. Здесь ежегодно официально регистрируется 3,5 млн. абортов, что составляет 98 операций на 1000 женщин от 15 до 49 лет или 225 неродившихся детей на 100 новорожденных ("Известия" от 24.06.95).

Что дает женщине аборт, эта мучительная и небезопасная операция, являющаяся к тому же, кто бы что ни говорил, убийством собственного ребенка? Что он дает ей такого важного, ради чего стоит идти на пытку и преступление?

Ну, во-первых, ясное дело, он дает возможность уклониться от выполнения природного долга и не рожать. Соответственно – не кормить, не растить, не волноваться, не хлопотать по поводу уже рожденного ребенка.

Во-вторых, можно не прерывать сложившийся образ жизни, в который входит работа и общественная деятельность, не разрывать привычный круг общения, не замыкаться в семейных стенах.;

В-третьих, можно, если есть честолюбие, а оно сегодня разбужено у многих женщин, не просто работать, но и делать карьеру. Защитить, к примеру, диссертацию, вместо того, чтобы няньчиться с малышом, или податься в депутаты. Сравнительная ценность женских диссертаций и детей здесь не рассматривается.

В-четвертых, можно продолжать зарабатывать деньги, не попадая в материальную зависимость от предполагаемого отца ребенка. Независимость от мужчины – это заметный "пунктик" у нынешней женщины.

Одним словом, "аборт" и "свобода" в современном женском мозгу звучат как синонимы. Запрет на аборты женщины сегодня воспримут как свое "закабаление", "закрепощение", добром они с этим не смирятся.

Психологическое коварство аборта еще и в том, что это – преступление (убийство), несущее в себе самом наказание (физическую пытку). Раз наказали – стало быть уже как бы и не виновата: дважды за одну вину не наказывают. Приняла муку – и совести легче. А что не дала жить Машеньке или Мишеньке – так этого никто не видел, не знает: только врач да она сама. У нас за это не судят, сделать аборт просто, было бы желание, – значит даже в глазах людей не преступница.

Таблетки и другие контрацептивы – это, конечно, не прямое детоубийство, каковым является аборт. Но это такое же насилие над природой. Спору нет, бывают случаи, когда их применение необходимо в каких-то особых обстоятельствах: для бездомных беженцев, например, для слабых здоровьем, физически не способных рожать подряд, для тех, у которого так много детей, что еще одного уже невозможно поднять на ноги и т.д. Но ведь беда-то в том, что их используют и вне экстраординарных обстоятельств, используют женщины, которые могли бы рожать и рожать!

Западный белый мир, особенно наиболее процветающие страны, давно стал заложником женского эгоизма. Мы – недавно. Но сокрушительные последствия этого видны и у них, и у нас.

Надо заметить, кстати, что белый "цивилизованный" человек оказался жертвой одной грандиозной интеллектуальной ошибки, развязавшей руки сторонникам абортов и контрацепции. Ошибки, связанной с именем Мальтуса. Спору нет, неконтролируемый рост человечества ставит перед ним проблему выживания, глобальную проблему перегрузки Земли потребителями еды, воды, энергии, ресурсов и т. п. Думаю, что в принципе ограничить рождаемость нужно, даже очень нужно. Но верх идиотизма – решать эту задачу, поставленную белым человеком, за счет нас самих – белых людей. Сто лет подобной практики привели сегодня к положению, в котором вся белая раса оказалась под угрозой вырождения. Демографическое давление в мире не снизилось, а возросло за это столетие. Но не за счет нас, а за счет желтых, коричневых, серых и черных людей, пропорциональный вес которых резко увеличился. Негры, арабы, китайцы не только растут числом, все больше обгоняя нас и сокращая на Земле наш удельный вес – это еще полбеды. Но они стремительно приобщаются к цивилизации, к образованию, к медицине, материальным благам. Растут их потребности, их запросы и претензии. Разворачивают знамена черный ("негритюд") и желтый расизм, копит силы исламский фундаментализм, сливаясь порой с желтым и черным движением (например, в Казахстане, США). На фоне русской демографической катастрофы отчетливо просматриваются контуры катастрофы всей белой расы. Еще недавно Россия выглядела как последний заповедник, последний оплот и надежда белого человека, даже несмотря на сильный подмес азиатчины, произошедший после 1917 г. Собственно, в этом и только в этом можно было бы реально углядеть какую-то "русскую идею", "русскую миссию" XXI века. Сегодня же этот "заказник белизны" сам в тяжелом кризисе. Подобные надежды тают на глазах. А причина этого – в белой женщине и только в ней.

Отмечу еще одну характерную идеологическую основу "белого мира", которая, как и ложно осмысленное мальтузианство, служит, увы, моральным оправданием нашему безумному автогеноциду. Это – демократия, западного образца "демократия без границ", однозначно ставящая права и интересы личности выше прав и интересов общества. Отпочковавшись от христианства, демократия в этом пункте вступила с ним в противоречие и встала над ним. Пусть папа римский запрещает аборты и контрацепцию, но демократическое право требует свято соблюдать "свободу" женщины самой решать судьбу свою и будущего ребенка: жить ему или не жить. (Идол демократии вообще требует кровавых жертв, и аборты – лишь одна из них). Впрочем, протестанская церковь и не возражает против произвола женщины в деторождении. Наша патриархия тоже молчит, а наши священники снимают смертный грех с душ матерей-детоубийц и допускают их к причастию, и совесть потом не мучает этих "пастырей". (А вот попробовала бы сделать аборт, да еще мужа не спрося, женщина – в том числе, белая: чеченка, турчанка – в странах ислама!)

Сегодня, когда наша Конституция, принятая впопыхах, в ослеплении политическим романтизмом, официально провозгласила примат личности над обществом, очень непросто повернуть наше внутреннее око к новому реализму, ограничивающему по мере насущной необходимости – то приоритет общества, то приоритет личности. Но сделать это необходимо. Поставив свои личностные, эгоистические интересы выше национальных, женщина противопоставила себя нации и расе. Это самоубийственно и недопустимо. Во имя нашей расы, во имя нашей нации, во имя наших детей и внуков необходимо вернуть наших женщин в семью, к очагу и детской кроватке. Вернуть любым способом: это вопрос жизни и смерти.

Как это сделать? Вот несколько предложений и соображений. Нынешняя чрезвычайная демографическая ситуация требует введения чрезвычайный мер. Со временем, если она исправится, они могут быть откорректированы. Я хорошо понимаю, что нижеизложенное может показаться кому-то утопией, но ничего более реального не вижу и не предлагаю.

Социальная политика

В нашем обществе уже сложились некоторые реалии, которые, при грамотной интерпретации, могут дать положительный эффект.

1. Безработица. Сокращение производства, с одной стороны, а с другой – рационализация и режим экономии на работающих предприятиях, высвободили большое количество людей. В основном, по статистике, это женщины. Не нужно подыскивать им работу: женщинам детородного возраста следует заняться семьей и детьми, старшему поколению – вспомнить о роли бабушки в доме, придти на помощь дочерям и невесткам. С 1950-х до 1980-х гг. количество домохозяек в СССР снизилось с 38 млн. до 4,5 млн. – в девять раз! Этот зловещий процесс пора развернуть вспять. Освободив мужчину от домашних забот и работ, с одной стороны, женщины, с другой стороны, увеличат его ответственность за содержание семьи, заставят его активно искать заработок, "вкалывать на полную катушку". Возрастет его роль как "кормильца", вырастет и авторитет в семье. От этого – только польза.

2. В последние годы закрылись многие ясли и детские сады. Это очень хорошо. Трудно подобрать пристойные слова, чтобы вполне описать все негативное значение этих учреждений. Самое худшее – это отрыв ребенка от семьи, от материнского тепла и ласки, от материнского воспитания, насильственное заключение ребенка в коллектив чужих взрослых и детей. Это травма на всю жизнь. Как часто приходится видеть ранним утром плачущих, несчастных детишек, которых, вырвав из теплой домашней постельки, тащут, несмотря на слезы и протесты, тащут в снег и дождь, в жару и холод, для того, чтобы привести в чужой, казенный дом и сдать на руки казенным людям! И кто тащит?! Кто сдает, кто предает ежедневно маленькое сердечко малыша? Родная мать! Она своими руками отдает его чужим людям на весь день, а то и не на один! Какие бесценные, тончайшие душевные нити рвутся в эти минуты! Что же удивляться, если взрослые дети хладнокровно сдают своих стареньких родителей в дом престарелых: порвать душевную связь легко, восстановить – невозможно. А захочет ли выросший ребенок, для которого детство было не семейным раем, а детсадовским чистилищем, завести своих детей? Зачем, чтобы и они тоже помучились? Да и сможет ли их толком вырастить, если сам рос в инкубаторе?

А о каких нравственных традициях, о каком духовном наследии можно говорить в этих условиях детского стада? Русские песни, русские сказки, русский семейный уклад, русский дух – что, разве этому учат в садах, где на одного воспитателя приходятся десятки малышей?

Психологи знают: в возрасте от 2 до 5 лет малыш задает около 3 млн. вопросов окружающим. Среди них, несмотря на кажущуюся порой нелепость, нет лишних: ребенок строит свою картину мира. Кто будет отвечать на эти вопросы в садике: сверстники, нянька, чужая тетя? Кто будет учить культуре мысли, культуре общения, духовной культуре? Спросите школьных педагогов: "домашние" дети резко отличаются от "детсадовских", превосходя их по интеллектуальному и душевному развитию. Чудовищна сама идея: родить, чтобы потом отдать свое самое дорогое, самое родное, самое святое – в руки посторонних воспитателей! И ради чего? Чтобы ходить на работу. Чтобы зарабатывать деньги. Чтобы быть "членом общества". Чтобы быть "свободной" и "равноправной".

Можно понять: когда в послевоенном СССР, в стране, где основательно уменьшилось мужское население, а на женщин поневоле был взвален груз разных работ, то чтобы высвободить их руки и головы, государство наоткрывало яслей и садов, взяло на себя примитивную, элементарную заботу о детях работающих матерей. Это был вынужденный шаг. Иное дело сегодня. Женщина-работница сейчас гораздо меньше необходима обществу, чем женщина-мать, воспитывающая свое дитя. Сады и ясли должны быть повсеместно и тотально закрыты. Дети должны быть возвращены мамам и бабушкам.

3. Идя навстречу наметившейся тенденции и учитывая сказанное выше, следует понизить для женщин порог пенсионного возраста до 45–50 лет. Не разумнее ли иметь в доме небогатую бабушку, а в семейном бюджете – ее пенсию, чем платить за место в яслях и садике, где ребенок в лучшем случае тормозится в развитии?

4. Приходится слышать от женщин, занимающихся политикой, что таков их общественный долг. Это, мягко говоря, натяжка. Первый и главный долг женщины – воспроизводство рода человеческого, воспроизводство нации. Этот долг вложила в женщину сама Природа, и его никто не смеет отменить. Только исполнение этого долга может принести женщине подлинные честь, славу, общественное признание. Поэтому следует ввести конституционный запрет на занятия политикой для женщин: а) не достигших 40 лет; б) имеющих менее 2-х детей.

5. Ращение детей связано с немалыми расходами. Разумно и справедливо, чтобы нация помогала это делать тем, кто исправно выполняет свой долг перед ней, и помогала бы, в том числе, за счет тех, кто своим долгом пренебрегает. Ясно, что минимум, ниже которого нация не может опускаться, чтобы не подвергнуться вырождению, – это двое детей на семью. С таких семей нельзя взимать налоги, кроме подоходного, но и доплачивать им не за что. С однодетной семьи следует взимать налог в размере одной шестой, а с бездетных граждан – в размере четверти дохода. Собранные таким образом деньги нужно, не смешивая с другими налогами, направлять на поддержку семей, имеющих трех и более детей, а также матерей-одиночек. Налог нельзя брать с:

женщин моложе 20 и старше 45 лет;

мужчин моложе 25 и старше 50 лет;

матерей-одиночек;

бесплодных, имеющих препятствующие браку или беременности увечья и другие медицинские противопоказания, состоящих на особом учете.

Ввиду того, что большинство семей сегодня однодетные, подспорье многодетным может получиться значительным. Это очень хорошо.

Биологическая политика

1. Яснее ясного, что аборт для русской женщины должен стать редчайшим исключением, производимым только по медицинским показаниям, заверенным специальной комиссией врачей. Кроме того, для аборта не должно быть достаточно заявления женщины: необходимо письменное согласие мужа, а если мужа нет – отца или опекуна, а если и их нет – то старшего брата. Всякий другой аборт – криминален.

Криминальный же аборт как деяние, направленное против основных жизненных интересов нации, должен влечь за собой для лица, его произведшего (врача, знахарки и т.д.), максимальное наказание вплоть до смертной казни. .

Данную меру вводить не сразу, но поэтапно.

2. Сначала о прецеденте. Из истории мы знаем, что, когда в Германии окончилась тридцатилетняя война, немецкие города обезлюдели на 33%, а деревни – на все 40%. Убивали, естественно, в основном мужчин. Историки считают, что таким образом было истреблено до 85% всех немецких мужчин той эпохи. В связи с этим папа римский издал специальную буллу, которой разрешил немцам-католикам многоженство в течение 15 лет. Мера, по христианским понятиям, чрезвычайная, но отнюдь не невозможная и не безрассудная. Для мусульманина, иудея, буддиста, конфуцианца и т.д. в ней нет и ничего чрезвычайного. Она естественна, ибо с точки зрения человеческой натуры, неестественна как раз моногамия.

Представьте себе, что на необитаемый остров высадилось двадцать физически здоровых мужчин и одна женщина, пригодная для деторождения. Вопрос: сколько детей может быть на острове через год? Ответ: максимум двое, если родится двойня. При этом несколько мужчин (если не все) погибнут в борьбе за обладание женщиной.

А теперь представьте, что на такой же остров высадилось двадцать женщин и один мужчина: сколько будет детей? Минимум десять и еще несколько беременных женщин впридачу.

Природа установила так, что в основе любви и желания иметь семью лежит чисто биологический инстинкт продления рода. Чтобы удовлетворить этому инстинкту, женщине достаточно встретиться один раз в год с одним мужчиной. Но мужчина для этого же может каждый день встречаться с разными женщинами, не только не нарушая, но наоборот, наилучшим образом исполняя завет Природы.

Христианская мораль, в целом направленная против всего естественного в человеке ("естественное" у христиан почти синоним "греховного"), восстает против полигамии. Но природа требует свое: полигамия все равно существует де-факто. Поэтому именно в христианских странах матери-одиночки существуют как феномен: уродливое и несчастное порождение уродливой морали! Немало известно мне случаев, когда отцы семейств, зная, что где-то у них растет еще сынок или доченька, не смеют сказать об этом, не смеют оказать своему ребенку помощь, ласку и поддержку, не смеют подарить полюбившей их однажды бедняжке счастье законного материнства! Горька судьба матери-одиночки и горька судьба ребенка, растущего без отца. Этому нет никакого оправдания! А разве редки случаи, когда муж уходит от стареющей, болеющей, поднадоевшей жены – к новой, молодой, оставляя вместе с прежним домом своих детей, которых он обязан поставить на ноги? Такое возможно только у христиан; мусульманин, буддист так не поступит – если он введет в дом новую жену, то как помощницу старой, старшей: вместе будут вести хозяйство, вместе растить детей, по очереди ухаживать за мужем. Увеличивается рождаемость, уменьшается женская невостребованность и количество разбитых женских судеб.

Женщин в России больше, чем мужчин. А хороших русских женщин, по моим наблюдениям, гораздо больше, чем хороших русских мужчин. Намного больше. Естественный выход из этой противоестественной ситуации – разрешение и поощрение многоженства. Если моральная традиция мешает хорошему, здоровому, разумному делу – значит эта традиция не хороша, не разумна и не моральна. Долой ее! С корнем!

Возразить против этого могут только те, кто во главу угла ставят не необходимость, разумность и пользу, а так называемые "права" женщины.

3. Различие между мужчиной и женщиной в области сексуального поведения не сводится к вышеописанному. Для статического большинства мужчин, в отличие от статистического большинства женщин, секс – первостепенная и настоятельная потребность, порой мучительная физически (особенно в юности). Потребность, за удовлетворение которой мужчина готов платить, – и платит. Такова одна сторона медали.

Вторая сторона – в том, что определенный процент женщин сотворен природой и обществом не для чего иного, как именно для удовлетворения этой потребности мужчин. Хорошо это или плохо, но это факт: один тип женщин предназначен для того, чтобы быть матерью семейства, хозяйкой дома и хранительницей очага, в то время как другой – игрушка мужских страстей, сама зачастую искусно мужчинами играющая. Тем или другим надо родиться, как рождаются волком или овцой. В нормальном, здоровом обществе эти типы четко разделены и не смешиваются: нельзя быть немножко – гетерой, немножко – почтенной матерью семейства. Такая сегрегация, в свою очередь, идет на пользу общественному здоровью во многих отношениях. Не буду углубляться в подробную защиту проституции, поскольку все аргументы в общем давно известны. Проститутка – необходимейший элемент общественного организма, в его легальном существовании заинтересованы:

юноши, которым физически и психически необходим добрачный опыт половой жизни и половых отношений;

мужчины, в силу природной половой амбивалентности, к тому же вынужденные значительную часть времени проводить в командировках, экспедициях, рейсах, походах и т.д.;

общественное здравоохранение, получающее возможность контроля над распространением вензаболеваний;

правопорядок, лишающийся проблем теневого секс-бизнеса, сутенерства и рэкета;

казна, получающая значительный доход в виде налога и т.д.

Но больше всего в ней заинтересованы именно матери – хранительницы домашнего очага. Ибо уничтожить проституцию нельзя, не уничтожив ее причину: природное влечение мужчины к женщинам и природный же тип гетеры. Изгнав проституцию с улиц и из публичных домов, общество загоняет ее в семьи – только и всего. Разрушительные последствия этого сказываются в первую очередь именно на женщинах, на их судьбах. Ибо сексуальная агрессия мужчин, не находя доступной, недорогой и гигиенической разрядки, обращается на то, что есть поблизости, приводя к развращению и изнасилованию женщин – чьих-то жен и дочерей, вовсе для этого не предназначенных. А что хуже всего – размываются критерии для оценки женского поведения, стирается четкая граница между двумя основными женскими типами, происходит разрушение и подмена ролевых женских стереотипов. Вот это все и есть не что иное, как крушение нравственных основ семьи и общества. Со всеми вытекающими отсюда отрицательными демографическими последствиями.

Сегодня в России проституция уже реабилитирована общественным сознанием и стала заурядным бытовым явлением. Дело за малым – за введением этого явления в рамки закона и врачебного контроля.

4. Не подлежит никакому сомнению, что в плоскость практической демографической политики должны быть перенесены наиболее бесспорные выводы и рекомендации генетики и евгеники, включая подбор, выбраковку и другие принципы селекции. Это настолько самоочевидно, что не требует ни разъяснений, ни аргументации. Преимущества породы известны всем, кто когда-либо интересовался живым миром вообще.

5. Также самоочевиден тот вред, который для демографической ситуации, для семьи несет с собой легализация гомосексуализма. Не буду останавливаться на этом подробно – интересующиеся могут заглянуть в мою статью "Агрессивное меньшинство или Заговор педерастов". Обращу ваше внимание только на один факт. По мировой врачебной статистике примерно 2–3 % новорожденных – природные гомосексуалы. Их сексуальная ориентация изначально, еще во чреве матери, оказалась смещена, деформирована. Обвинять этих несчастных в том, что они таковы, несправедливо. Но чем, скажите, объяснить тот факт, что в Америке, этом эпицентре "голубой чумы", по врачебной же статистике, 37% белых мужчин имели хотя бы раз оргазм с мужчиной, а около 10% предаются подобным контактам регулярно? Ничем, кроме распущенности, морального релятивизма, наглого прямого воздействия гомопропаганды и феминизма в условиях безумной, самоубийственной "демократии без границ".

Я не призываю репрессировать урожденных гомосексуалов. Но необходимо со всей строгостью запретить не только пропаганду, как это сделано в Англии, но даже нейтральное, квази-объективное, не негативное упоминание гомосексуализма в СМИ, литературе, театре и кино. А вовлечение в гомосексуальный контакт следует юридически расценивать аналогично распространению наркотиков.

Моральная политика

l. Прежде всего необходимо морально, интеллектуально покончить с политическим романтизмом, провозгласившим и закрепившим в Конституции России главенство личности над обществом. Да, личность следует защищать от тирании общества, но и общество следует защищать от личности, от ее безграничного неразумного эгоизма, ведущего к "атомизации" общественного целого – будь то раса, нация, государство – а значит, к его распаду и вырождению. Подобный романтизм должен быть разоблачен, развенчан и заменен трезвым реализмом. На место интеллигентских индивидуалистическо-демократических предрассудков должно придти ясное осознание грозящей нам всем опасности и нашего долга. Это относится ко всем: и к женщинам, и к мужчинам.

2. Необходимо, с одной стороны, сформировать в общественном сознании нетерпимое отношение к аборту, а с другой стороны – нужна пропаганда семейных ценностей, материнства, многодетности. Нужно бережно восстанавливать тонкие душевные нити, связующие поколения, нити, разорванные безотцовщиной, сиротством, одиночеством, детсадовским воспитанием.

3. Необходима ревизия мальтузианства и христианской демократии с точки зрения интересов белой расы вообще и русской нации в частности. Здоровому русскому национализму – то есть любви к русской нации и заботе о ней – должны быть возвращены все гражданские права.

4. Необходимо поставить все мыслимые заслоны на пути размывания русского этноса, русского этнического сознания. В том числе, надо разъяснять нежелательность смешанных браков, опасность их последствий для нации в целом и для детей, теряющих важнейшую в жизни идентификацию, в частности. Сколь мне приходилось видеть, полукровки раздвоены, ущербны и от этого закомплексованы и несчастны, если только не умеют полностью ассоциировать себя с одной из своих половин. Не секрет, что в XX веке Россия обрела множество людей со смешанной кровью. Противоречит ли это сохранению или приобретению такими людьми названия "русские"? Нет, ибо русская нация изначально полиэтнична. Пройдет одно-два поколения, и общая история, общая культура, общий язык, общие интересы и цели возвратят органическое единство русским XXI века. Если только удастся сегодня удержать мулатов и квартеронов в рамках русского самосознания, не допустить их внутреннего раздвоения-растроения-расчетверения. Знать все свои корни нужно и интересно, но нельзя без ущерба для психики (как личной, так и общественной) считать себя, скажем, "евреем-русским" или "греком-армянином-русским", как это предлагает кое-кто из псевдоученых. Да, в наших жилах может течь доля крови татарской, еврейской или кавказской, но все же мы – русские, а не татары, не евреи и не кавказцы. Сегодня осознание себя русским для многих потребует волевого акта. Это – решение; это – поступок! Но уже следующее поколение, с детства обладающее русским национальным сознанием, сознанием цельности нации и своей причастности ее судьбе, поблагодарит родителей за ясный выбор, за избавление от мучительной раздвоенности, неопределенности.

В этом смысле важнейшую роль обретает перепись населения 1999 года, которая должна дать стимул не для раздергивания личности на национальные атомы (а нации – на индивидов, лишенных национального сознания), а наоборот, для осознания абсолютным большинством населения своей русскости, своего национального единства, а своей Родины – как русской страны России. Только так сможет начаться путь в будущее.

Александр Севастьянов


Статья опубликована в 1996 году.

Теперь уже шестерых (прим. 2005 г.).

По последней статистике женщины инициируют развод в 90% случаев.

Яндекс.Метрика