09
Пн, дек

Индия: политическая победа традиции

Прочие статьи

Проблемы фундаментализма стали одними из самых актуальных в политической жизни многих стран современного мира. Для Индии эта проблема становится важнейшей в определении ее дальнейшей политической и цивилизационной роли в мире. Специфический феномен фундаментализма в Индии западные политики называют коммунализмом. На самом деле речь идет о возврате к традиционным духовным ценностям не только политической элиты, но и широких слоев индусов в “самой большой демократии мира”. Иными словами, демократическое большинство, вопреки ожиданиям западных политологов, отвергло навязываемую с 1947 года вестернизацию и секуляризацию Индии.

Уже в период заката “руководящей и направляющей” деятельности Индийского Национального Конгресса – флагмана либерального западничества, в период правления Раджива Ганди, индуизм стал неотъемлемой частью индийской политической культуры. Однако религиозный “уклон” ИНК никого не удивлял. Партия цеплялась за власть в условиях, когда вся политическая инициатива перешла в руки истинных носителей индусской культуры и политической традиции – блоку индусских партий и движений, объединенных идеалом создания индуистского государства. Именно в этом пути правые политические силы видели возможность не только внутреннего развития страны без социальных и национальных антагонизмов, но и считали его единственным условием существования Индии как региональной супердержавы с независимой от Запада и Востока политикой, с цветущей самобытой цивилизацией. Последние события в мире: окончание холодной войны, разлом биполярного мира, складывание новых политических центров в регионах мира – показали дальновидность лидеров индусского возрождения по сравнению с политикой Дж. Неру и ИНК, политикой лавирования между двумя лагерями в роли лидера “неприсоединившихся стран”. После окончания холодной войны политика вестернизированной элиты потерпела полный крах. А коррупция в верхних эшелонах власти получила огромный, ни с чем не сравнимый размах.

География индусских ориентаций за период с 1947 по 1998 гг. охватила всю Индию: и арийский Север и дравидский Юг. Начиная с “Арья самадж” и “Хинду махасабха”, активно действовавших еще в колониальный период, а также РСС, развернувшей свою активность в основном после достижения независимости, “индусское возрождение” заявило себя как политическая альтернатива интеграции Индии (в рамках целого субконтинента), западничеству и аморфному “непротивленчеству” ИНК, чьими духовными вождями были Махатма Ганди и Джавахарлал Неру. Отметим сразу,что цель построения секулярного государства, не считаясь с реалиями, превратилась в некую самоцель политических амбиций Дж. Неру. (Ср. : реформы в России с 1991 г. любой ценой!) Неру пошел по линии уступок мусульманам Индии, второй религиозной общине, что привело, вопреки его ожиданиям, не только к обострению индусско-мусульманских отношений внутри Индии, но и спровоцировало агрессивную политику Пакистана при поддержке США. Увы, кроме “непротивления злу” в политическом арсенале Неру более аргументов не нашлось. Этим воспользовался Китай, оккупировав северные территории. Эта же политика дала начало кровавой трагедии в Кашмире и Пенджабе!

ПОЛИТИЧЕСКИМ выражением военизированной РСС с начала 50-х годов стала Бхаратья джан сангх на севере страны, возродившаяся в 80-е гг. под именем Бхаратья джаната парти (БДП).

Особенно следует выделить политическую роль РСС, которая несмотря на запреты динамично развивалась с 1947 г. Политологи называют многочисленные, чисто политические организации индусского возрождения лишь “щупальцами” РСС. За эти годы РСС отработала технологию мобилизации в кратчайшие сроки огромных людских масс, используя духовный потенциал индусов и идеологию позитивных духовных ценностей. Во внешнеполитическом плане цель ставилась кристально ясно: Индия должна стать региональной супердержавой со своим ядерным потенциалом. Индусские марши через всю страну, в которых принимало участие огромное количество людей, ритуальное освящение кирпичей для храма Рамы в Айодхе и эстафеты их доставки, иные механизмы работы с массами побудили в 1984 году Раджива Ганди начать политику заигрывания с РСС. На всеобщих выборах 1984 г. в награду за это Ганди получает 200 тыс. голосов членов только РСС. Дело дошло до того, что покойный ныне Д. Мишра, один из лидеров ИНК, который связывал Индиру Ганди с Бала Сахеб Деорасом, верховным главой РСС, говорил, что ИНК и РСС – естественные союзники. На новом историческом витке этой дипломатической игры РСС переиграла ИНК, а ныне может обходиться и без этого союзника.

Политика в Индии всегда исходила из того, что в “самой большой демократии мира” религиозная принадлежность избирателей является более важным фактором, чем социальные, национальные или политические пристрастия. “Отцы-основатели” современной Индии – М. Ганди, Дж. Неру и те, кто за ними стоял, видели возможность сохранения единства страны в секуляризме – отделении политики от религии, что для Индии было, по меньшей мере, недальновидно. Как уже отмечалось выше, в результате этой политики мусульмане, почувствовав статус защищаемых, стали проявлять большую политическую активность при поддержке всего мусульманского мира. Исключение же религиозного, индуистского аспекта из политики выпустило иного джина: национализм и сепаратизм. Это стало полной неожиданностью для последователей М. Ганди. Можно провести определенную аналогию с отечественной историей: борьба с правславием, с “великорусским шовинизмом”, поощрение местечкового национализма заложили мину замедленного действия под СССР. Нужен был лишь катализатор – либеральная вестернизация политики и экономики – для начала развала исторических и традиционных связей Евразии. Индия пережила этот хаос раньше. Кровавые столкновения в Тамилнаде в 60-х, в Пенджабе в 80-х, в Ассаме в конце 80-х, в Кашмире по сей день – и тотальное противостояние индусов и мусульман.

На парламентских выборах 1996 г. Бхарата джаната парти одерживает победу и провозглашает защиту интересов индуистского большинства вне зависимости от национальности, языка и касты. Это был достойный ответ на вызов времени. Шок от победы БДП пережила политическая элита не только в Индии, но и во всем мире. Назвать БДП националистами нельзя. Индуизм объединяет людей разной национальности. Назвать клерикалами тоже нельзя. Религиозного организованного клира в индуизме нет. Политология Запада подобрала ярлык: коммуналисты – защищающие интересы одной религиозной общины. Несмотря на то, что абсолютное большинство страны – индусы, Запад отказывается видеть здесь последовательность истинно демократического подхода. В 1996 г. правительство БДП не получило вотум доверия парламента, продержавшись у власти 13 дней. К власти пришел блок левых и центра. Правительство Объединенного фронта, за которое парламентарии голосовали, лишь бы не прошла БДП, после ряда кризисов ушло в отставку. Неумолимой логике исторического развития современности старой элите нечего противопоставить. В этом году досрочные парламентские выборы вновь выиграла БДП. В начале марта 1998 г. президент Индии Кочери Нараянан поручил сформировать правительство лидеру БДП Аталу Бихари Ваджпаи.

КРАТКО рассмотрим эволюцию идеологической базы организаций индусского возрождения с конца 30-х г. по настоящее время. Сразу же подчеркнем, что, оставаясь на позициях традиционных духовных ценностей Индии, “коммуналисты” динамично эволюционируют во взглядах на внешнюю и внутреннюю политику, социологию и экономику, обгоняя в своем понимании современного исторического этапа остальные политические силы Индии.

Еще в 30-х гг. величайший идеолог индусского возрождения Вир Саваркар так решил проблему единства страны, охватывающей субконтинент, на котором проживают многочисленные народы: “Хиндудом или Хиндустан – наша общая родина и наша общая Святая Земля”, а также: “В отношении индусов не может быть ни конфликта, ни разногласий между нашим общинным и нашим национальным долгом, так как наивысшие интересы Хиндудома совпадают с наивысшими интересами Хиндустана в целом. Хиндудом не сможет воплотить в жизнь нашу священную миссию, пока наша Родина не освобождена и не консолидирована в единое Индийское государство, в котором наши соотечественники вне зависимости от их религии, секты или расы будут иметь равные права, и никому не будет позволено доминировать над другими или лишать кого бы то ни было его гражданских прав, пока соблюдаются общеиндийские права и обязанности для всех категорий граждан”. Отметим попутно, что категория “Святая земля” (родина) – не является политической инновацией, но есть традиционное почитание Индии и ее священой реки – Ганга. Иными словами – сакральная география есть неотъемлемая черта индуизма. Многие свои речи Вир Саваркар начинал с приветствий королю Непала, вкладывая в этот жест особый политический и сакральный смысл. Причину своего восхищения горным королевством Саваркар раскрывал в следующих словах: “Непал составляет часть нашей единой Родины и единой Святой земли. Наша жизнь – одна. Тот, кто считает своим долгом укреплять Хиндудом, должен всячески содействовать на данном этапе укреплению королевства Непал.” Отметим монархизм Вира Саваркара. Этот аспект идеологии “коммуналистов” ускользнул от внимания отечественной индологии. А ведь эту тенденцию нельзя считать случайной в индусском политическом багаже. И хотя в дальнейшем до последнего времени тема индусской монархии в политической борьбе в Индии не звучала, ее нельзя не учитывать. Базируясь на традиционных ценностях Хиндудома, БДП рано или поздно столкнется с противоречиями традиционного общества с одной стороны – и западническими демократическими институтами с другой. Главным образом это касается парламента и всеобщих выборов. И вот здесь значение индусской королевской династии должно приниматься в расчет всеми дальновидными политическими деятелями.

Рассмотрим и ряд других значимых аспектов идеологии индусских организаций. Профессор Кахол в 1958 г. так выражал позицию организаций Пенджаба: “Выбросьте из Индии Тадж Махал, уничтожьте память о Бабуре, уничтожьте ислам – Индия останется! Но попробуйте удалить индуизм из Индии, и здесь не останется ничего. Даже Неру, Ганди и Бхаве числятся среди великих людей современности только как представители особой индусской цивилизации. За вычетом этого их ценностный багаж очень мал”.

На 45 сессии “Хинду Махасабха” в 1961 г. было заявлено, что партия стоит на позициях борьбы с проявлениеми религиозного и языкового сепаратизма, с кастовым неравенством индусов (но не против каст как таковых!). И ратует за создание широкого рабочего фронта в деле построения истинно национальной Индии. В 1961 г. лидеры партии открыто высказались за социализм. (Здесь нужно учитывать подъем экономики в СССР в тот период.) Партия выступала за неуклонное подавление в Индии “эксплуататорских тенденций капитализма”. Особый интерес представляет провозглашение “индусского социализма”. Однако тут же оговаривались его особенности: “Единственная, но принципиальная разница между марксистским социализмом и индусским – то, что мы не ставим во главу угла материальное благополучие. Наша стратегическая цель – духовное спасение на пути следования Дхармы. Но мы знаем, что именно на этом пути нам будет сопутствовать и материальное преуспеяние. Мы также не собираемся безоглядно бороться со всеми видами частной собственности”. На 48 сессии “Хинду Махасабха” прозвучал еще один интересный призыв: “Следовать завету Свами Вивекананды – сделать индуизм более динамичным”. (Именно Вивекананда стал самым ярким пропагандистом величия индуизма в Европе и Америке.)

Мы можем проследить идеологическую преемственность политического индуизма на примере РСС. В настоящее время идеологи РСС сосредоточились на разработке концепции “хиндутвы”. Ссылаясь на Саваркара, они считают, что понятие “индус” имеет совершенно четкий этнический, расовый, конфессиональный и политический смысл. “Индус – тот, кто считает своей землей Бхаратваршу – от реки Инд до морей. Эта земля есть его отечество, его Святая земля, колыбель его религии”. По их мнению, принявшие ислам или христианство не могут считаться индусами, что должно отражаться и на их политических правах как “некоренных”. Настоящие индусы – это нация, связанная общей культурой, общей историей, общим языком, общей страной и общей религией. Таким образом, настоящим индусом модно только родиться. Саваркар расшифровывал понятие “хиндутва” как солидарность индусов – “наследников индусской расовой крови”. Резюмируя свою концепцию, Саваркар, а за ним и идеологи РСС, бросают лозунг: “Индуизируйте всю политику! Милитаризируйте индуизм!”

Бхаратия джаната парти образца 90-х приняла на вооружение уже не только лозунги борьбы за традиционные индусские ценности, образ жизни и культуру. БДП утверждает, и не безосновательно, что иностранные инвесторы, привлеченные в Индию прежними властями, получили слишком много льгот в ущерб национальным предприятиям. Кроме того, ожидаемый западнической элитой экономический подъем не наступил. Социальные программы были свернуты. В связи с этим БДП шла к своей победе под экономическими лозунгами поддержки национальной промышленности, расширения социальных программ. Отметим также, что, если несколько лет назад основной электорат подбирался из бедных слоев населения, то теперь за партию стоят не просто предприниматели средней руки, но и крупнейшие национальные промышленники и банкиры. При этом БДП является символом религиозно-политического индусского возрождения. В столь славной победе свою роль сыграла и личность главы партии Атала Бихари Ваджпаи, поэта и уважаемого в Индии человека. Первые же его политические заявления носили конкретный характер: “Партия встает на защиту всех жителей Индии за исключением инвесторов с Запада и компрадорской буржуазии. Индийские штаты получат большую автономию. БДП сорвет покров тайны с индийской ядерной программы”. Время показало, что скрывалось за этими словами.

ИНДИЯ для России – единственный естественный геополитический союзник. От развития политических и экономических отношений двух стран будет зависеть расстановка сил в мире в XXI веке. Это не преувеличение. К началу нового столетия Индия станет самой населенной страной мира с развивающейся экономикой. Несмотря на бедственное состояние российской государственности, наша страна продолжает будоражить умы индийских политологов вне зависимости от их политэкономических пристрастий. Во всех отношениях северный гигант, учитывая его размеры, ресурсы, военный и, главное, научный потенциал, вопреки всему продолжает находиться в центре мировых событий. Игнорировать Россию для Индии просто невозможно – считают источники в МИД Индии. Индийские круги учитывают и позицию России по отношению к болезненному вопросу о будущем Кашмира (российский президент заявил еще в 1993 г. о полной поддержке Индии).

Представляется, что перспектива построения оси Москва-Дели куда более реальна, чем нашумевшие попытки связать Париж-Берлин-Москву паневропейской осью. Кроме того, российско-индийский союз поднимает роль России – в Европе, а Индии – как азиатской супердержавы.

ПОДВЕДЕМ ИТОГИ.

1. Индия для России единственный в мире естественный геополитический союзник.

2. Экономический союз с Индией на рупиевой основе позволит оживить экономику двух стран, придав ей независимый характер.

3. Разрушение биполярного мира времен холодной войны показало справедливость теории Данилевского-Тойнби о существовании автаркийных цивилизационных центров. Европоцентристская модель исторического процесса не выдержала проверку временем. Россия и Индия – это две уникальные цивилизации, имеющие общие духовные и этнические корни. Победа БДП – партии индусского возрождения – это цивилизационный прорыв, адекватный ответ на вызов эпохи. Таким образом, Индия уже стала мировым лидером в том смысле, что к власти пришли те политические силы, которые отвечают закономерностям исторического развития именно данной цивилизации целого субконтинента. Если говорить о преемственности, то Индия представляет собой образец древнейшей цивилизации на планете.

4. Существуя в условиях частичной экономической автаркии, Индия показывает пример решения продовольственного вопроса для почти миллиарда населения.

5. Приход к власти БДП – лидера индусского возрождения в самом широком смысле – являет собой пример уникального политического опыта. Используя чуждые индийскому менталитету методы парламентской борьбы и рычаги либерально-демократи-ческих интститутов, партия показала умение консолидировать огромные массы людей различной этнической, социальной и кастовой принадлежности для решения текущих задач. Иными словами, опыт мобилизации огромных масс и расширения социальной базы электората не имеет аналогов в мировой политической практике.

6. Развитие российско-индийских политических и экономических связей должно стать приоритетом номер один российской внешней политики.

Владимир Ларионов, кандидат исторических наук

«Национальная газета» № 6-7(18-19), 1998 г.

Яндекс.Метрика